Филиппа Грегори Алая королева Война кузенов 2 Филиппа Грегори Алая королева Посвящается Энтони


НазваниеФилиппа Грегори Алая королева Война кузенов 2 Филиппа Грегори Алая королева Посвящается Энтони
страница20/33
Дата публикации02.12.2013
Размер5.46 Mb.
ТипДокументы
vb2.userdocs.ru > Военное дело > Документы
1   ...   16   17   18   19   20   21   22   23   ...   33

^ АПРЕЛЬ 1483 ГОДА. ВЕСТМИНСТЕР


Однако пришлось ждать до Пасхи, прежде чем Генри наконец разрешили вернуться домой, хотя я, разумеется, написала своему сыну и Джасперу сразу, как только муж сообщил мне новость. И они тотчас начали готовиться в дорогу, распуская свой небольшой двор, состоявший из противников Йорка и просто отчаявшихся людей, к ним примкнувших. Впервые за долгие годы дяде и племяннику предстояло надолго расстаться; Джаспер писал, что не представляет, куда себя денет, когда рядом не будет Генри, ведь ему не о ком будет заботиться, некому будет давать дружеские советы, он ни для кого не будет наставником.
Возможно, после его отъезда я отправлюсь в странствие по святым местам. Может, мне действительно пора обратить внимание на себя самого, на собственную душу. До сих пор я жил только ради нашего мальчика, вдали от Англии; мы слишком долго пробыли в ссылке, и мне уже стало казаться, что мы никогда не увидим родину. Но Генри все же возвращается, как и должно быть, а я по прежнему не могу этого сделать. Теперь у меня будет отнято все – не только любимый брат, родной дом и ты, но и Генри. Я рад, конечно, что он воссоединится с тобой и сможет занять подобающее ему высокое положение, но мне, изгнаннику, будет без него очень одиноко. Признаюсь честно: я и подумать не могу о жизни без него.
Решив показать это послание Стэнли, я зашла к нему в кабинет; он сидел за письменным столом и работал, весь стол был завален разными документами, принесенными на рассмотрение или на подпись.

– По моему, Джаспер Тюдор тоже был бы рад приехать домой вместе с Генри, – осторожно начала я.

– Если он и сможет сюда приехать, то только на плаху, – резко отозвался супруг. – Джаспер Тюдор сразу выбрал не ту сторону, однако упорно держался Ланкастеров и во время их побед, и в периоды их поражений вплоть до самого последнего и окончательного разгрома. Ему бы следовало умолять о прощении еще после битвы при Тьюксбери, когда это сделали все остальные, но он упрям, как уэльский пони. Нет, я и пальцем о палец не ударю, не стану помогать ему восстановиться в правах. И ты тоже ничего не предпринимай в этом отношении. Ты ведь, как мне кажется, питаешь к нему особое пристрастие, которого я отнюдь не разделяю. И мне это чрезвычайно не нравится.

– Но он мой деверь, – только и смогла вымолвить я в свое оправдание, изумленно глядя на мужа.

– Мне это известно. И от этого только хуже.

– Неужели ты думаешь, что все годы, пока он находился в ссылке, я была влюблена в него?

– Я вообще не думаю об этом, – холодно заметил супруг, – и не хочу думать. И я не желаю, чтобы об этом думала ты. И не желаю, чтобы об этом думал он. Но более всего мне бы не хотелось, чтобы об этом задумались король и его жена сплетница. Так что пусть Джаспер остается там, где сейчас и находится, а мы с тобой не будем вмешиваться и заступаться за него. Отныне у тебя больше не будет необходимости с ним переписываться, у тебя не будет необходимости даже вспоминать о нем. Считай, что он умер для нас.

Меня прямо таки всю трясло от возмущения.

– Ты не можешь сомневаться в моей порядочности!

– И о твоей порядочности я тоже отказываюсь думать, – отрезал муж.

– Не понимаю, с какой стати тебе волноваться на мой счет, раз ты не испытываешь ко мне ни малейшей страсти! – сердито бросила я, но вывести мужа из себя так и не сумела; его улыбка была ледяной.

– Отсутствие страсти, если ты не забыла, – часть нашего брачного контракта, – сказал он. – И на этом условии, кстати, ты отдельно настаивала. Да, я не питаю к вам ни малейшей страсти, миледи. Но вы полезны мне, как и я вам. Так давайте соблюдать условия нашего соглашения и не нарушать их, пользуясь ненужными романтическими бреднями. Ведь раньше никому из нас и в голову не приходило обсуждать нечто подобное. Если честно, ты, моя дорогая, совсем не в моем вкусе; одному Богу известно, какой мужчина способен пробудить желание в твоей душе. Вряд ли такой человек вообще найдется. Сомневаюсь, что даже бедняга Джаспер вызывал у тебя нечто большее, чем просто холодный трепет встревоженного сердца.

Я резко повернулась, метнулась к двери, но, уже держась за ручку, оглянулась на мужа и с горечью произнесла:

– Мы женаты десять лет, и все это время я была тебе хорошей женой. Разве у тебя есть основания жаловаться? Неужели в твоем сердце нет ни капли любви ко мне?

Продолжая сидеть за столом, лорд Стэнли вскинул на меня глаза; перо в его руке замерло над серебряной чернильницей.

– Когда мы с тобой заключали брак, ты убеждала меня, что целиком и полностью предана Богу и единственной, святой для тебя цели. Я же честно признался, что целиком и полностью предан своей семье и карьере. Ты говорила, что тебя привлекает непорочная жизнь монахини и соблюдение целибата; я согласился принять это в своей будущей жене, которая к тому же принесла мне богатство, знатное имя и сына, имеющего полное право претендовать на английский престол. Так что слова о любви тут совсем ни к чему; нас с тобой объединяет нечто большее – общие интересы. И мне известно совершенно точно, что ради нашего общего дела ты более верна мне, чем это возможно во имя какого бы то ни было чувства. Если бы ты была женщиной, подвластной воле любви, то давным давно уехала бы к сыну и к Джасперу. Но ни для тебя, ни для меня любовь не играет роли. Ты жаждешь власти, Маргарита, власти и богатства; и я хочу того же. И ничто иное не имеет для нас столь же существенного значения; ради этого мы готовы пожертвовать буквально всем.

– Но я действую по велению Бога, – запротестовала я.

– Да, поскольку считаешь, что Господу угодно видеть твоего сына на английском престоле. Не думаю, что твой Бог когда либо давал тебе иной совет. Ты слышишь только то, что желаешь услышать. И тебе кажется, что это Он направляет тебя в твоих предпочтениях.

Я покачнулась, словно муж ударил меня.

– Как ты смеешь! Я прожила жизнь, служа Господу!

– Но Он почему то всегда призывает тебя стремиться к власти и богатству. Неужели ты совершенно уверена, что слышишь не свой собственный голос, даже когда вокруг бушует буря, пожар или землетрясение?

– Повторяю! – злобно оскалившись, воскликнула я. – По воле Господа мой сын будет сидеть на английском троне! И те, кто сейчас смеется над моими видениями и сомневается в моей избранности, станут называть меня «ваше высочество, королева мать»! А подписывать свои послания я буду «королева Маргарита»…

Кто то настойчиво постучал в дверь, потом нетерпеливо подергал дверную ручку.

– Милорд!

– Войдите! – крикнул Томас, узнав голос своего личного секретаря Джеймса Пирса.

Я немного отступила от двери, Пирс проскользнул внутрь, коротко кивнул мне и тут же проследовал к столу моего мужа.

– С королем случилось несчастье, – в волнении сообщил он. – Его величество серьезно болен.

– Да, знаю. Он еще вчера вечером чувствовал себя плохо. По моему, просто переел в очередной раз.

– Сегодня ему гораздо хуже. Собрали консилиум, сейчас врачи пускают ему кровь.

– И каков их прогноз? Неужели все так серьезно?

– Судя по всему, да.

– Я немедленно отправляюсь во дворец.

Стэнли отшвырнул перо и широкими шагами подошел ко мне, по прежнему стоявшей рядом с приоткрытой дверью. Низко, точно любовник, наклонившись ко мне и интимным жестом приобняв меня за плечи, он быстро прошептал мне в самое ухо:

– Если он действительно серьезно болен, если он умрет и в стране будет править регент, то твой сын, вернувшись домой, окажется среди членов регентского совета и в двух шагах от трона. Преодолеть такое расстояние ему будет совсем нетрудно. Особенно если он проявит себя как верный слуга отечества и вызовет симпатии англичан, которые в таком случае вполне могут предпочесть молодого представителя дома Ланкастеров малолетнему принцу из дома Йорков. Скажи, ты хочешь заняться чтением и вышивкой и впоследствии продолжить наш спор о твоем призвании и о превратностях любви или предпочтешь сопроводить меня и выяснить, действительно ли король Эдуард при смерти?

Я даже отвечать не стала, просто молча взяла супруга под руку, и мы поспешили во дворец. Наши лица были бледны от тревоги за здоровье короля, которого, как известно, мы оба очень любили.
Но день следовал за днем, а Эдуард все держался. Королева испытывала страшную тревогу, поскольку, несмотря на бесконечные измены мужа, несмотря на его затяжные пьянки и непристойные развлечения в компании друзей, она нежно и страстно его любила и была искренне к нему привязана. Дни и ночи она проводила у его постели; врачи, сменяя друг друга, предлагали одно целебное средство за другим, но ничего не помогало. Слухи летали по дворцу, точно вороны, ищущие, на каком бы дереве заночевать. Многие считали, что король простыл на холодном ветру у реки, пожелав накануне Пасхи непременно отправиться на рыбную ловлю. Другие решили, что он просто испортил себе желудок постоянным обжорством и пьянством. А некоторые подозревали, что одна из шлюх, которых он постоянно менял, заразила его сифилисом и теперь эта страшная болезнь сводит его в могилу. И лишь немногие, подобно мне, не сомневались: такова воля Божья, так Он наказывает Йорка за предательство дома Ланкастеров. А я к тому же была уверена: сам Господь прокладывает моему сыну путь к английскому престолу.

Стэнли почти все время находился в покоях короля вместе с другими придворными, шептавшимися по углам о своих догадках и опасениях; многие вполголоса озвучивали предположение, что Эдуард, всю жизнь казавшийся себе неуязвимым, в конце концов исчерпал свое везение. Я же постоянно пребывала в комнатах королевы, поджидая, когда она в очередной раз заглянет туда, ненадолго покинув мужа, чтобы сменить головной убор и расчесать волосы. Я видела в зеркале ее застывшее лицо, когда она покорно позволяла служанке делать ей такую прическу, какая той больше нравится. Бледные губы Елизаветы беспрестанно шевелились, бормоча молитвы. И если бы она была женой любого другого человека, а не Йорка, я бы, наверное, из чувства жалости и сострадания тоже за нее помолилась. Королева действительно была в ужасе и прекрасно сознавала, что может потерять не просто любимого мужа, но и, безусловно, величайшего человека в Англии, стоявшего над всеми своими подданными.

– Ну, что она говорит? – спросил меня муж, когда мы встретились за обедом в большом зале, непривычно тихом, будто уже накрытом похоронным покровом.

– Ничего, – отозвалась я. – Она не говорит ни слова. Судя по всему, ее лишает дара речи одна лишь мысль о возможной утрате. Теперь я уверена: король действительно умирает.

В полдень в королевскую спальню пригласили членов Совета. Мы, женщины, остались в просторной приемной, за пределами личных покоев короля, мечтая выяснить, что там происходит. Через час мой муж с мрачным лицом вышел оттуда и сказал:

– Он заставил нас поклясться над его смертным ложем в верности друг другу. Заставил даже таких заклятых врагов, как Гастингс и королева, его лучший друг и его жена. Он просил, чтобы все мы, не щадя сил, трудились во имя благополучия и безопасности его сына Эдуарда, которого и назвал своим преемником. Король соединил над своей постелью руки Уильяма Гастингса и королевы, назначил регентом своего брата Ричарда до тех пор, пока принц не достигнет совершеннолетия, и призвал всех нас преданно служить принцу. А затем явился священник, дабы король мог в последний раз причаститься. Наверное, к вечеру он скончается.

– И ты поклялся ему?

По коварной улыбке мужа я поняла, что клятва эта ничего не стоит, но вслух он произнес:

– Господи, конечно же поклялся! Все мы поклялись быть ему верными, мирно трудиться во благо Англии и хранить вечную дружбу. В общем, думаю, королева уже сейчас поднимает армию и посылает за сыном, чтобы его как можно скорее привезли из уэльского замка, а заодно и прихватили с собой максимально большой вооруженный отряд, полностью готовый к бою. Думаю также, что Гастингс уже послал за Ричардом, предупредил его о возможных происках Риверсов и посоветовал поскорее прибыть из Йорка вместе со всем своим войском. В общем, двором снова будет править женщина, как при Маргарите Анжуйской. И все в один голос примутся убеждать Ричарда, что ее необходимо остановить. Так что нам с тобой придется пока разделиться. Я напишу Ричарду и выражу желание присягнуть ему на верность, а ты тем временем поддерживай в королеве мысль, что мы по прежнему преданы ей и всему семейству Риверс.

– Это называется сидеть на двух стульях, – прошептала я.

Впрочем, подобный поступок был вполне в духе Стэнли. Именно поэтому я когда то и вышла за него замуж; и вот теперь наступил тот самый момент, ради которого мы с ним и заключили брак.

– Полагаю также, – продолжал он, – что Ричард питает надежду не только долгое время править Англией в качестве регента, но и впоследствии, когда Эдуард уже станет совершеннолетним, подчинить мальчишку себе и руководить страной, переступив через него. И тогда он станет вторым Уориком, «делателем королей».38

– Или же он станет соперником юному королю и еще одним претендентом на престол, – выдохнула я, как всегда заботясь только о своем сыне.

– Да, или соперником, – согласился мой муж. – Герцог Ричард и сам из рода Плантагенетов Йоркских, он человек вполне зрелый, и его претензии на престол не подлежат сомнению. И уж ему совершенно не требуется ни регентство, ни помощь лордов, которые стали бы править вместо него. Многим, пожалуй, покажется, что куда безопаснее выбрать такого короля, а не поддерживать совершенно неопытного мальчика. А кое кто наверняка уже и сейчас воспринимает Ричарда как следующего наследника трона. Ты должна немедленно отправить гонца к Джасперу; пусть твой деверь постарается обеспечить Генри максимальную безопасность, а мы здесь будем следить, как станут развиваться события. Им не стоит приезжать в Англию, пока не прояснится, кто именно предъявит права на престол.

Лорд Стэнли уже хотел уйти, но я помешала ему, коснувшись его плеча.

– А как, по твоему, будут развиваться события?

Не глядя мне в глаза и даже чуть отвернувшись, муж тихо сказал:

– По моему, королева и герцог Ричард будут драться, точно псы из за кости. И этой костью станет маленький принц. И боюсь, что в итоге они попросту разорвут его на куски.
^ МАЙ 1483 ГОДА. ЛОНДОН


Всего через четыре недели после этого поспешного обмена мнениями я уже торопливо сообщала Джасперу совершенно невероятные новости:
Ричард, герцог Глостер, родной брат короля, поклявшийся в абсолютной преданности своему племяннику, принцу Эдуарду, сам съездил за мальчиком, привез его в Лондон и с должными почестями поселил в королевских покоях Тауэра, объявив, что коронация состоится через месяц. Правда, имела место небольшая стычка герцога Ричарда с охраной юного принца, возглавляемой Энтони Риверсом, дядей Эдуарда, и Ричардом Греем,39 его сводным братом. Оба они теперь арестованы, а королева Елизавета вместе с остальными детьми вновь укрылась в убежище и клянется, что Ричард обманул ее доверие и дружбу и отныне стал врагом всей ее семьи; она также требует, чтобы ее сына и наследника немедленно освободили из Тауэра и вернули ей.

Столица гудит; никто не знает, кому верить и на кого положиться. Большинство считает, что Елизавета намерена прибрать к рукам королевскую сокровищницу (она, впрочем, уже унесла оттуда столько, сколько смогла поднять) и защитить свою власть и свою семью. Ее брат40 вывел в море английский флот, также имея при себе немалые средства, украденные из казны; судя по всему, он намеревается атаковать Лондон со стороны реки. Королева за какую то неделю превратилась во врага собственных подданных и даже собственного сына, поскольку сейчас все только и делают, что готовятся к коронации юного принца. А сам он издает всевозможные указы, подкрепляя их двойной печатью – своей и своего дяди, лорда протектора. Интересно, откроет ли братец королевы артиллерийский огонь по Тауэру, где находится его племянник и наследник английского престола? Или же Елизавета постарается похитить и спрятать сына, дабы избежать его коронации?

Как только выясню что то еще, немедленно напишу тебе. Стэнли советует ждать и смотреть в оба; говорит, что наш час, возможно, близок.

^ Маргарита Стэнли
1   ...   16   17   18   19   20   21   22   23   ...   33

Похожие:

Филиппа Грегори Алая королева Война кузенов 2 Филиппа Грегори Алая королева Посвящается Энтони iconФилиппа Грегори Белая королева Война кузенов 1 Филиппа Грегори Белая королева Посвящается Энтони
Затем тень распрямилась, поднялась во весь рост, и перед рыцарем предстала купальщица, пугающе прекрасная в своей наготе. По телу...
Филиппа Грегори Алая королева Война кузенов 2 Филиппа Грегори Алая королева Посвящается Энтони iconФилиппа Грегори Алая королева
Преследуя свою цель, она не гнушалась никакими средствами, вплоть до убийства, что и неудивительно, ведь она жила в эпоху братоубийственной...
Филиппа Грегори Алая королева Война кузенов 2 Филиппа Грегори Алая королева Посвящается Энтони iconФилиппа Грегори Белая королева
Алой и Белой розы, когда шла кровавая борьба за трон. У нее было много детей, и с двумя ее сыновьями связана величайшая загадка английской...
Филиппа Грегори Алая королева Война кузенов 2 Филиппа Грегори Алая королева Посвящается Энтони iconФилиппа Грегори Хозяйка Дома Риверсов Война кузенов 3
Эфиопии, желая развлечь знатное семейство Люксембургов и пополнить нашу коллекцию. Одна из фрейлин у меня за спиной перекрестилась...
Филиппа Грегори Алая королева Война кузенов 2 Филиппа Грегори Алая королева Посвящается Энтони iconФилиппа Грегори Вечная принцесса Филиппа Грегори Вечная принцесса Принцесса Уэльская
Встревожились, заржали лошади, испуганные люди пытались их успокоить, однако ужас, звучавший в их командах, пугал животных еще пуще,...
Филиппа Грегори Алая королева Война кузенов 2 Филиппа Грегори Алая королева Посвящается Энтони iconНатаниель Готорн Алая буква Натаниель Готорн алая буква натаниель...
Отец Готорна, скромный морской капитан, плавал на чужих судах и умер в Суринаме, когда Натаниелю было всего четыре года. Мать Готорна...
Филиппа Грегори Алая королева Война кузенов 2 Филиппа Грегори Алая королева Посвящается Энтони iconНатаниель Готорн Алая буква Натаниель Готорн алая буква натаниель...
Отец Готорна, скромный морской капитан, плавал на чужих судах и умер в Суринаме, когда Натаниелю было всего четыре года. Мать Готорна...
Филиппа Грегори Алая королева Война кузенов 2 Филиппа Грегори Алая королева Посвящается Энтони iconФилиппа Грегори Другая Болейн
Слышен приглушенный рокот барабанов, но мне ничего не видно – только кружева на корсаже, дама передо мной полностью закрывает эшафот....
Филиппа Грегори Алая королева Война кузенов 2 Филиппа Грегори Алая королева Посвящается Энтони iconФилиппа Грегори Хозяйка Дома Риверсов
Жакетта Люксембургская, Речная леди, была необыкновенной женщиной: она состояла в родстве почти со всеми королевскими династиями...
Филиппа Грегори Алая королева Война кузенов 2 Филиппа Грегори Алая королева Посвящается Энтони iconФилиппа Грегори Вечная принцесса
Особый успех выпал на долю книг, посвященных эпохе короля Генриха VIII, а роман «Еще одна из рода Болейн» стал мировым бестселлером...
Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
Школьные материалы


При копировании материала укажите ссылку © 2014
контакты
vb2.userdocs.ru
Главная страница