Кен Фоллетт Игольное ушко


НазваниеКен Фоллетт Игольное ушко
страница1/49
Дата публикации01.12.2013
Размер4.31 Mb.
ТипДокументы
vb2.userdocs.ru > Военное дело > Документы
  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   49
det_espionage

Кен Фоллетт

Игольное ушко

Эта книга – остросюжетный детектив о проведенной в 1944 году, накануне открытия союзниками Второго фронта, операции британских спецслужб по нейтрализации немецкого суперагента.1.0 – создание fb2 OCR Денис2.0 – доп. вычитка, аннотация – NickNem

Кен Фоллетт

Игольное ушко

"Немцев уже почти обманули – только Гитлер догадывался об этом, но боялся довериться своей интуиции…"

Пролог

В начале 1944 года германская разведка стала получать сведения о существовании огромной армии на юго-востоке Англии. Самолеты-разведчики фотографировали казармы, аэродромы и скопление кораблей противника в заливе Уош. На снимках можно было даже опознать генерала Джорджа С. Паттона в неизменных розовых галифе, выгуливающего своего белого бульдога. Отмечались всплески активной радиосвязи, части и подразделения обменивались сигналами. Донесения немецких агентов в Британии подтверждали все эти данные.

На самом деле никакой армии не существовало. «Корабли» представляли собой ловкие подделки из резины и дерева. «Казармы» – не более чем декорации, которые применялись для съемок фильмов. У генерала Паттона в подчинении не было ни единого человека. Радиосигналы не содержали никакой информации. Шпионы же являлись агентами-двойниками.

Ставилась задача убедить немцев в подготовке вторжения через Па-де-Кале, чтобы в назначенный день и час высадка в Нормандии была для них полной неожиданностью.

Такой камуфляж проводился с большим размахом, тысячи людей участвовали в этом обмане. Казалось чудом, если никто из шпионов Гитлера не узнает о подлоге.

А были ли вообще шпионы? В то время люди думали, что их повсюду окружают те, кого называли «пятой колонной». После войны распространился миф, что британская контрразведка (МИ-5) покончила с ними еще к Рождеству 1939 года. Похоже, их на самом деле оставалось очень мало – МИ-5 действительно поймала почти всех.

Но за одним она продолжала охотиться…

Известно, что немцы видели происходящее в Восточной Англии так, как и было задумано. Известно также, что они подозревали обман и всячески старались узнать правду.

Таковы исторические факты. Все остальное – вымысел.

И все же полагают, что нечто подобное вполне могло иметь место.

Кэмберли, графство Суррей Июнь 1977 г.

Часть первая

Это была самая холодная зима за последние сорок пять лет. Деревушки в Англии оказались прямо-таки завалены снегом. Замерзла Темза. Как-то в январе поезд Глазго – Лондон прибыл в Юстон, опоздав на сутки. Снег и светомаскировка сделали опасным движение на дорогах, количество дорожных происшествий увеличилось вдвое, и люди шутили, что опаснее ночью вести «Остин-7»[1] по Пикадилли, чем прорываться на танке через линию Зигфрида.

Затем наступила весна, и она была прекрасна. Аэростаты заграждения величественно плавали в ярко-синем небе, на улицах Лондона солдаты в увольнении флиртовали с девушками в легких платьях.

Город не слишком походил на столицу государства, которое воюет. Конечно, следы войны были, и Генри Фабер, ехавший на велосипеде от вокзала Ватерлоо к Хайгейт, видел груды мешков с песком вокруг важных объектов, убежища Андерсона в пригородных садах, плакаты гражданской обороны по эвакуации и воздушной тревоге. Фабер был гораздо наблюдательнее, чем обычный служащий железной дороги. Он видел много детей в парках и понимал, что с эвакуацией ничего не вышло, на дороге замечал изрядное количество машин, несмотря на ограничение продажи бензина, и читал объявления о выпуске новых моделей. Он отметил, что рабочие идут в ночные смены на фабрики, где еще несколько месяцев назад едва хватало работы днем. И наконец, ему было известно о передвижении английских войск по железной дороге – вся документация проходила через его контору. Из этих документов можно было узнать многое. Например, сегодня он проштамповал кипу бланков, которые навели его на мысль о формировании нового экспедиционного корпуса. Он был совершенно уверен, что в итоге там будет около 100 тысяч человек и войска отправят в Финляндию.

Следы войны, несомненно, были, но чем-то все это напоминало фарс. В радиопостановках высмеивался бюрократизм распоряжений военного времени, в бомбоубежищах пели, а модно одетые женщины носили противогазы в сумках, придуманных дамскими модельерами. Говорили о «Скучной войне». Она была длиннее, чем жизнь, и банальна, как кинофильм. Все воздушные тревоги были ложными.

Фабер смотрел на эту войну иначе и видел в ней совсем иное.

Он выехал на Арчуэй-роуд и, чтобы преодолеть подъем, слегка наклонился вперед; его длинные ноги трудились без устали, подобно поршням локомотива. Для своих тридцати девяти лет он был в отличной форме, хотя и скрывал свой возраст; впрочем, он вообще скрывал многое…

Здание, где жил Фабер, было одним из самых высоких в Лондоне, поэтому он там и поселился – кирпичное сооружение, типичное для викторианской Англии, в торце располагались шесть одинаковых пристроек. Они были высокие, узкие и темные, как души тех, для кого их построили. В каждой три этажа, подвал да отдельный вход для прислуги – средний класс Англии девятнадцатого века всегда предпочитал такой отдельный вход, даже если прислуги не было. Сам Фабер с презрением относился к капризам англичан.

Владельцем дома № 6 в свое время был мистер Харольд Гарден, которому принадлежала «Гарден'с ти энд коффи» – маленькая компания, разорившаяся в годы депрессии. Жившему по принципу: «неплатежеспособность – страшный грех» банкроту мистеру Гардену не оставалось ничего другого, кроме как умереть. Дом – это все, что он завещал жене, которая затем была вынуждена сдавать комнаты. Ей очень нравилось быть хозяйкой, хотя по своему положению она должна была делать вид, что слегка смущена ролью, которую приходится играть.

Фабер занимал комнату наверху с мансардным окном. Он жил там с понедельника по пятницу и говорил миссис Гарден, что на выходные ездит к матери в Эрит. В Блэкхите у него была другая хозяйка, которая называла его мистером Бейкером и думала, что он занимается выездной торговлей канцелярскими товарами и проводит всю неделю в дороге.

Фабер въехал по садовой тропинке под мрачный выступ высоких окон фасада. Он поставил велосипед в сарай, соединив замком с газонокосилкой – запрещалось оставлять транспорт без замка. В ящиках вокруг сарая пророс семенной картофель. На время войны миссис Гарден приспособила цветочные клумбы под овощи.

Фабер вошел в дом, повесил шляпу на вешалку, помыл руки и прошел в гостиную к чаю.

Трое из квартирантов уже были за столом: прыщеватый мальчик из Йоркшира, который пытался попасть в армию; лысеющий продавец кондитерских изделий с рыжеватыми волосами и отставной морской офицер – по убеждению Фабера, просто дегенерат. Фабер кивнул им и сел за стол.

Продавец рассказывал анекдот:

– И вот командир эскадрильи говорит: «Вы что-то рано вернулись!» А летчик оборачивается и отвечает: «Да, я сбросил листовки в пачках, а что?» Командир от страха вылупил глаза: «Боже! Вы могли ушибить кого-нибудь!»

Морской офицер загоготал, Фабер тоже улыбнулся. Вошла миссис Гарден с чайником для заварки.

– Добрый вечер, мистер Фабер. Мы начали без вас. Надеюсь, вы не против?

Фабер намазал тонкий слой маргарина на кусок белого хлеба и вдруг пронзительно остро вспомнил запах сочной немецкой сосиски.

– Ваш картофель пророс и готов к посадке, – сообщил он хозяйке.

Фабер спешил выпить чай. В гостиной спорили, нужно ли отправить в отставку Чемберлена и заменить его Черчиллем. Миссис Гарден высказывала свое мнение, затем смотрела на Фабера, ожидая его реакции. Она была розовощекой, полноватой женщиной примерно в возрасте Фабера, но носила одежду тридцатилетней, и он догадывался о ее желании снова выйти замуж. Фабер не принимал участия в споре.

Миссис Гарден включила радио. Оно затрещало, затем диктор произнес:

– Вы слушаете Би-би-си. Передаем сериал «Опять этот человек!»

Фабер как-то слушал эту постановку, одним из главных героев которой был немецкий шпион Фюнф. Он извинился и поднялся в свою комнату.

После окончания радиоспектакля миссис Гарден осталась одна. Морской офицер и продавец отправились в бар, а мальчик из Йоркшира, который был религиозен, пошел на проповедь. Она сидела в маленькой гостиной с рюмкой джина, смотрела на опущенные шторы и думала о Фабере. Как жаль, что он проводит в своей комнате так много времени. Она нуждалась в компании, и он ей подходил.

Чтобы избавиться от этих греховных мыслей, миссис Гарден стала думать о своем покойном муже. Эти воспоминания были стертыми, как старая порванная кинопленка с плохим звуком. Она с трудом представляла его лицо или одежду, которую он мог бы носить, или его комментарии к ежедневным военным сводкам. Муж был этаким веселым живчиком, когда дела шли хорошо, и наоборот, если фортуна от него отворачивалась. Сдержанный на людях, Гарден был ненасытным в постели. Она его очень любила. В таком положении оказалось бы много женщин, если бы шла настоящая война.

Сладкая истома заползла в душу, и миссис Гарден снова наполнила рюмку.

Фабер какой-то тихий, скромный – это и было камнем преткновения. Казалось, у него нет недостатков. Он не курил, от него никогда не пахло спиртным, проводил каждый вечер в своей комнате, слушая классическую музыку по радио. Он читал много газет и совершал долгие прогулки. Фабер очень умен, несмотря на свою скромную работу, – его участие в беседах в гостиной всегда отличалось глубиной мысли. Несомненно, он мог бы получить должность получше, если бы захотел. Казалось, этот человек не использует своих возможностей.

То же самое можно было сказать о его внешности. Он обладал прекрасной фигурой: высокий, с крепкой шеей и широкими плечами, не склонный к полноте, длинноногий. У него было мужественное лицо с высоким лбом, волевым подбородком и синими глазами – не такое красивое, как у кинозвезды, но вполне способное привлечь женщину. Правда, общую картину несколько портили тонкие губы, из-за которых она могла вообразить его жестоким.

И все же на первый взгляд Фабер не был таким мужчиной, на которого женщина посмотрела бы дважды. Брюки его старого, поношенного костюма никогда не были выглаженными – она с удовольствием сделала бы это, но ее не просили. Фабер всегда ходил в поношенном плаще и мятой кепке, как у докеров. Усов не носил, каждые две недели коротко стриг волосы. Похоже, он сознательно хотел выглядеть невзрачным.

Несомненно, ему нужна женщина. На мгновение миссис Гарден задумалась, не был ли он из тех, кого называют «трусишками», но быстро оставила эту мысль. Конечно, ему необходима жена, чтобы стать уверенным и честолюбивым. А ей нужен мужчина для компании и… любви.

Тем не менее, сам он не предпринимал никаких шагов. Иногда она просто не знала, что делать, и была готова застонать от отчаяния. Миссис Гарден была уверена в своей привлекательности. Она посмотрела в зеркало и налила еще джина. У нее хорошее лицо, светлые кудрявые волосы, грудь… мужику есть за что ухватиться… При этой мысли она захихикала: должно быть, совсем набралась.

Миссис Гарден потягивала джин и размышляла, не сделать ли ей самой первый шаг. Фабер явно стеснялся – это его хроническая болезнь. Нет, он не был безразличен к сексу, она ведь видела его глаза, когда дважды попалась ему в ночной сорочке. Возможно, она сможет своим бесстыдством побороть его стеснительность. А что ей терять? Она постаралась представить самое худшее. Ну хорошо, он ее отвергнет. Что ж, неловко, даже унизительно. Это будет удар по ее достоинству. Но никто об этом не узнает. Ему просто придется уйти.

Мысль о том, что она может быть отвергнута, заставила ее покраснеть. Миссис Гарден медленно встала, повторяя про себя: «Я не шлюха… Я не шлюха…»

Было поздно. Если выпить еще джина в постели, то можно заснуть. Миссис Гарден захватила наверх бутылку.

Ее спальня находилась прямо под комнатой Фабера, и, раздеваясь, она слышала, как из его радиоприемника доносится голос скрипки. Надев новую сорочку – розовую, с вышитым декольте (жаль, что никто ее не видит) – и сделав последний глоток, она представила его раздетым. У него, наверное, гладкий живот, на сосках – волосы, можно будет ощутить его ребра, потому что он стройный. Вероятно, зад у него небольшой. Она опять захихикала: совсем стыд потеряла.

Миссис Гарден легла в кровать и открыла книгу, но так и не смогла сосредоточиться; к тому же ей наскучил чужой роман. Книжные любовные истории хороши, когда у тебя самой все ладится в личной жизни. Она потягивала джин в ожидании, что Фабер наконец выключит радио. Иначе это все равно, что пытаться заснуть на танцах.

Конечно, можно попросить его об этом. Миссис Гарден взглянула на часы у кровати – было больше десяти вечера. Она может накинуть халат, который классно подходит к сорочке, поправить волосы, надеть изящные туфли с розочками, подняться наверх и постучать в дверь. Он откроет, может быть, в одних брюках и майке и посмотрит на нее так, как уже смотрел, когда увидел в сорочке по пути в ванную.

– Глупая старая дура, – произнесла она вслух. – Ты просто ищешь предлог пойти к нему.

А нужен ли вообще предлог? Она взрослый человек, находится у себя дома и за последние десять лет не встречала другого мужчины, который бы ей так подходил. К черту предлог! Она хочет мужика – сильного, крепкого, волосатого; вот он лежит сверху, мнет ее груди, тяжело дышит в ухо, раздвигает ей ляжки широкими ладонями… Уже завтра немцы могут сбросить бомбы с удушающим газом, и все они умрут, задыхаясь и хватая ртом воздух. Ее последний шанс будет упущен.

Она осушила рюмку, поднялась с кровати, надела халат, поправила волосы, сунула ноги в туфли и взяла связку ключей на случай, если он запер дверь и из-за радио не услышит стука.

  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   49

Похожие:

Кен Фоллетт Игольное ушко iconКен Кизи Над кукушкиным гнездом
Вику Ловеллу, который сказал мне, что драконов не бывает, а потом привел в их логово
Кен Фоллетт Игольное ушко iconФгбоу впо «санкт-петербургский государственный университет культуры и искусств»
Теория и история литературы: История зарубежной литературы: конс к экз доц. Кен Л. Н
Кен Фоллетт Игольное ушко iconТәжірибелік
Студенттерге өздерінің таңдап алған техникалық мамандықтарына сай тау-кен, металлургия, құрылыс-сәулет, экономика, машинажасау, ақпараттану...
Кен Фоллетт Игольное ушко iconКен Бруен Лондон бульвар часть первая ~~~
...
Кен Фоллетт Игольное ушко iconКен Кизи Порою нестерпимо хочется
«Порою нестерпимо хочется» — увлекательное повествование об истории семьи с разнообразными, сложными характерами, глубины которых...
Кен Фоллетт Игольное ушко iconКен Фоллет Третий близнец Посвящается моим приемным детям Джен Тернер,...
Апатичные шлюхи, норовившие укрыться в тени деревьев на Северной авеню, потели в своих париках; юнцы, промышлявшие наркотой в переулках,...
Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
Школьные материалы


При копировании материала укажите ссылку © 2014
контакты
vb2.userdocs.ru
Главная страница