Филиппа Грегори Белая королева


НазваниеФилиппа Грегори Белая королева
страница20/67
Дата публикации02.11.2013
Размер6.07 Mb.
ТипДокументы
vb2.userdocs.ru > Военное дело > Документы
1   ...   16   17   18   19   20   21   22   23   ...   67


Однако я не уставала удивляться тому, как дорого содержать такой двор, как много приходится платить за всю эту красоту и даже просто за подаваемые на стол яства. Немало стоили нам и бесконечные требования наших придворных — то о судебном разбирательстве, то о какой-либо должности, то о выделении земель или иной милости, то о посте сборщика налогов, то о помощи в решении вопроса о наследстве.

— Вот что значит — быть королем, — заметил как-то Эдуард, подписывая последнюю из поданных в тот день петиций. — Как король Англии я владею всем. Герцоги и графы распоряжаются своими землями только благодаря моей милости, и каждый рыцарь, и даже каждый мелкий сквайр, пользуется неким ручейком, вытекающим из моей реки. Каждый жалкий фермер, каждый арендатор, каждый копигольдер[22] и крестьянин — все зависят от моей милости. И я вынужден раздавать богатство и власть, чтобы мои реки текли по-прежнему. А если что-то пойдет не так — даже при малейших признаках этого, — люди сразу начнут шептаться, что прямо-таки мечтают вернуть на трон короля Генриха, что в старые времена было куда лучше. Или даже что Эдуард, сын Генриха, или мой брат Георг могли бы стать более щедрыми правителями. И уж конечно, клянусь Господом, где-нибудь да найдется очередной претендент на трон — например, Генрих, сын Маргариты Бофор. А что? Люди скажут: пусть теперь нами правит кто-нибудь из династии Ланкастеров, для разнообразия. Все это способно лишь усилить брожение мыслей. Ради сохранности власти мне постоянно приходится по кусочку отдавать ее другим, но кусочки эти тщательно мной выбраны и отмерены. Я должен нравиться каждому, но не слишком сильно.

— Да все они — просто жадные до денег крестьяне! — раздраженно бросила я. — Их преданность королю покоится лишь на собственных интересах. Их волнуют только собственные проблемы и желания. Они хуже рабов!

Эдуард улыбнулся.

— Ты права. Это действительно так. Каждый из них хуже раба. И каждый мечтает владеть своим маленьким поместьем или своим личным маленьким домиком — точно так же, как и я хочу владеть своим троном, так же, как ты желала получить в манориальную собственность поместье Шин, а в придачу к нему и должности для своих родственников. Все мы стремимся к богатству, к управлению землями, и все это находится в моих руках, так что раздавать и земли, и богатства мне приходится с большой осторожностью.

^ ВЕСНА 1470 ГОДА

Дни становились все теплее, по утрам было все светлее, а птицы уже вовсю пели в садах Вестминстера, когда разведка донесла Эдуарду, что в Линкольншире готовится восстание, имеющее целью вновь посадить на королевский престол Генриха VI, доселе всеми забытого и тихо проживавшего в лондонском Тауэре скорее отшельником, чем узником.

— Придется туда поехать, — заявил Эдуард, держа в руке письмо осведомителя. — Если вожак бунтовщиков, кто бы он ни был, — предтеча наступления Маргариты Анжуйской, тогда мне придется расправиться с ним прежде, чем она высадится со своей армией на английский берег и поддержит этот мятеж. Судя по всему, она собирается использовать ситуацию, чтобы проверить, достаточно ли сильны здесь ее сторонники, а заодно возложить на плечи неведомого вожака весь риск по созданию необходимого войска. Убедившись, что войско собрано, она незамедлительно явится в Англию со своей французской армией, и тогда мне придется сражаться на два фронта.

— Но разве это не опасно — бороться с человеком, которому не хватило мужества даже назвать свое имя? — встревожилась я.

— Не более опасно, чем всегда, — спокойно ответил Эдуард. — Не могу же я позволить своим людям снова отправиться на войну без меня. Нет, я должен быть там, с ними. Должен их возглавить.

— А как же твой надежный друг Уорик? — ядовито усмехнулась я. — И твой верный брат Георг? Может, они уже собирают для тебя армию? Может, спешат в трудную минуту оказаться рядом?

Эдуард тоже усмехнулся, но ответил так:

— Вот тут ты и ошибаешься, моя маленькая Королева Недоверие. Я только что получил письмо от Уорика — он предлагает сформировать войско, которое как раз и отправится со мной. И Георг хочет меня сопровождать.

— В таком случае во время битвы тебе придется следить за ними! — воскликнула я, ничуть не успокоенная его словами. — Они будут отнюдь не первыми, кто приведет свое войско сражаться на твоей стороне, и отнюдь не последними, кто покинет тебя при неблагоприятном исходе. Как бы они в решающий момент не переметнулись на сторону противника. Мой тебе совет: когда окажешься лицом к лицу с врагом, оглянись и посмотри, что у тебя за спиной делают твои верные друзья.

— Но ведь они действительно принесли мне клятву верности, — утешал меня Эдуард. — Правда, любимая. И потом, ты же знаешь, я умею выигрывать.

— Знаю, что умеешь, — отозвалась я. — Но мне так тяжело смотреть, как ты снова собираешься в поход! Когда же все это кончится? Когда они перестанут будоражить людей и бороться за то, что давно утрачено?

— Скоро, — пообещал Эдуард. — Они быстро поймут, что мы едины и сильны. Уорик со своими северянами на моей стороне, Георг докажет, что он мне действительно брат. Ну а Ричард всегда со мной. Не тревожься, я вернусь домой, как только мы победим этого бунтовщика, и это случится очень скоро — мы с тобой еще успеем потанцевать утром вокруг майского дерева, и ты будешь улыбаться…

— Эдуард, пойми! Пойми хоть на этот раз! Я просто не вынесу твоего отъезда на север, чувствую, что не вынесу. Не мог бы Ричард встать сейчас во главе твоей армии? Вместе с Гастингсом. Останься со мной. Только в этот раз!

Эдуард взял мои руки и прижал их к губам. Судя по всему, моя тревога на него ничуть не действовала, скорее, она его умиляла и забавляла. Он улыбался.

— Но почему? Почему ты так переживаешь из-за этого похода? Почему именно этот раз так для тебя важен? Может, ты хочешь что-то рассказать мне?

Я не могла противиться мужу и тоже улыбнулась.

— Да, хочу. Точнее, хотела бы, но лучше приберегу на потом.

— А я и так понял! Догадался. Неужели ты думала, что я сам не догадаюсь? Ну-ка, выкладывай, что за великую тайну ты от меня скрываешь?

— Из-за этой тайны ты должен как можно скорее вернуться домой, ко мне. Из-за этой тайны тебе вообще не следует никуда отправляться — даже во главе своего славного войска!

Эдуард, улыбаясь, молчал, ждал продолжения — именно такой мне представлялась эта сцена в мечтах.

— Ну же, выкладывай! — поторопил он меня. — Тебе давно следовало все рассказать, я уже заждался.

— У меня опять будет ребенок, — сообщила я. — И на этот раз мальчик, я в этом уверена.

Эдуард привлек меня к себе и нежно обнял.

— Я так и знал! Нутром чувствовал, что ты опять беременна. Но откуда тебе известно, что это мальчик? Откуда, моя маленькая ведьма, моя чаровница?

Я улыбнулась и посмотрела на мужа, ощущая себя в полной безопасности, но свой маленький женский секрет предпочла сохранить.

— Ах, зачем тебе все эти ненужные подробности, — прощебетала я. — Повторю лишь, что я совершенно в этом уверена. И ты тоже можешь не сомневаться. Так что у нас родится сын!

— Мой сын! Принц Эдуард! — прошептал муж.

Я засмеялась, вспомнив ту серебряную ложечку, которую вытянула из темной реки в день зимнего солнцестояния.

— Почему именно Эдуард? — спросила я.

— Ну конечно, Эдуард! Я давно так решил.

— И он действительно будет принцем Эдуардом! — подтвердила я. — Так что ты должен не только явиться домой целым и невредимым, но и успеть к его появлению на свет.

— А когда это случится?

— Осенью.

— Я обязательно вернусь домой целым и невредимым и обязательно привезу тебе персиков и соленой трески! Помнится, когда ты носила Сесилию, тебе хотелось чего-то такого… очень специфического…

— Солероса! — засмеялась я. — Странно, что ты помнишь! Я все просила принести мне еще. Так что поскорее приезжай домой и захвати с собой солерос. Ну и что-нибудь еще, я пока не знаю, что еще потребуется. У меня там мальчик, принц, и он должен получать все, что пожелает. Он родится с серебряной ложечкой во рту!

— Мы скоро снова будем вместе! Только не тревожься так. А то вдруг у нашего сына на лбу навечно застынет хмурая морщинка.

— В таком случае остерегайся Уорика. И братца своего тоже. Я им не доверяю.

— Ладно, но обещай мне, что будешь побольше отдыхать и развлекаться; тебе нужно быть веселой, тогда и он вырастет веселым и сильным.

— А ты обещай, что вернешься целым и невредимым, чтобы наш сын чувствовал себя уверенно и был настоящим наследником твоего трона.

— Хорошо, договорились. Я скоро вернусь.

Но Эдуард ошибся. Боже, как сильно он ошибся! Нет, слава тебе господи, не насчет того, что выиграет это сражение, которое позже назвали «сражением сброшенных мундиров». Ведь эти босоногие глупцы, бившиеся за полоумного Генриха, в такой спешке бежали с поля брани, что побросали не только свое оружие, но и одежду. Они спасались от бешеной атаки королевского войска, возглавляемого моим мужем, который прямо-таки прорубался сквозь вражеские ряды, стремясь поскорее отправиться домой, захватив обещанные мне персики и солерос.

Нет, ошибался Эдуард насчет верности Уорика и Георга. Его брат — как выяснилось впоследствии — давно планировал этот мятеж и даже заплатил за него, собираясь на этот раз обеспечить поражение Эдуарда. Эти люди надеялись убить моего мужа и посадить на трон Георга. Родной брат Эдуарда и его лучший друг, точнее, тот, кто некогда был им, решили, что единственный способ победить короля — это нанести ему удар в спину прямо на поле боя. Они бы наверняка еще и кинжалом его сзади ударили, да не удалось: слишком уж быстро скакал Эдуард на своем жеребце — никому не угнаться.

Битва еще не успела начаться, а лорд Ричард Уэллс, этот жалкий предводитель мятежников, упал перед Эдуардом на колени и признался во всем, показав и план действий, и приказы Уорика, и золото Георга. Они заплатили ему за мятеж под именем свергнутого короля Генриха, но на самом деле это была всего лишь уловка: они планировали заманить Эдуарда на север и заставить его участвовать в сражении — там бы они убили его прямо на поле боя. Уорик хорошо усвоил урок, преподанный моим мужем, и понял, что невозможно удержать взаперти такого человека, как Эдуард. Чтобы победить Эдуарда, надо его уничтожить. И Георг, его родной брат, преодолев родственные чувства, готов был перерезать ему горло прямо на поле брани и, утопая по колено в крови, добраться до короны. Эти люди подкупили несчастного лорда Уэллса, приказав поднять мятеж, и в очередной раз убедились, что Эдуард им все же не по зубам. Когда стали ясны все улики и свидетельства против Уорика и Георга, мой муж потребовал их к себе — своего ближайшего друга, которого считал старшим братом, и юного прощелыгу, который действительно был ему родным братом, — но они не явились; и только тут Эдуард наконец понял, как ему следует к ним относиться. Король призвал их к ответу как предателей, но они уже успели бежать из страны.

— Ничего, я еще увижу их мертвыми, — заявила я матери. — Увижу мертвыми их обоих. Клянусь тебе в этом, мама, что бы ты на этот счет ни думала и ни говорила!

Мы с ней сидели у открытого окна в моих покоях Вестминстера и пряли чистейшую шерсть ягнят, чтобы выткать бесценную ткань с золотой нитью для плаща моего будущего сына — поистине чудесного плаща, достойного маленького принца, наследника одного из величайших престолов христианского мира.

Мать кивнула, не сводя глаз с веретена у себя в руках, и шерсти, которую я старательно разбирала.

— Не стоит вслух желать кому-то зла, когда ткешь плащ для будущего малыша, — предупредила мать. — Злые пожелания застревают в вещах.

Я тут же остановила колесо прялки и отложила в сторону комок шерсти.

— Ладно, — сказала я, — работа может и подождать. А вот мой гнев ждать не может!

— Но разве ты не знаешь? Эдуард пообещал лорду Ричарду Уэллсу полную безопасность, если тот признается в предательстве и выдаст участников заговора; но, когда Уэллс открылся, Эдуард нарушил свое слово и убил его. Неужели ты об этом не слышала?

Я лишь молча покачала головой.

Лицо моей матери стало еще мрачнее.

— Теперь семейство Бофор громко оплакивает Уэллса, ведь он был их родственником, а враги Эдуарда получили новый козырь и новую причину для вражды. Король ведь тоже не был честен. И теперь ему никто не поверит, никто не осмелится ему сдаться. Он ведь сам продемонстрировал, что доверять ему нельзя, что он ничуть не лучше Уорика.

Я пожала плечами.

— Такова капризная удача войны. И Маргарита Бофор понимает это не хуже меня. Кстати, ей и без того было с чего горевать — она ведь считает себя наследницей дома Ланкастеров, а мы призвали ее мужа Генриха Стаффорда, и он воюет на нашей стороне. — Я холодно усмехнулась. — Вот уж бедняга! Оказался меж двух огней — приказом короля и волей жены.

Мать тоже не могла скрыть хитрой улыбки.

— Не сомневаюсь, Маргарита все это время простояла на коленях перед иконами, — заметила она. — Маргарита так хвастается своим божественным чутьем и близостью к Богу! Однако ее достижения не слишком велики.

— В общем-то, этого Уэллса можно сбросить со счетов, — рассуждала я. — Живой или мертвый, он особого значения не имел. Зато имеет очень большое значение то, что Уорик и Георг теперь направятся прямиком к королю Франции и станут нас всячески порочить, надеясь собрать там армию для очередного вторжения. У нас теперь появился новый враг — причем буквально в нашем же собственном доме, среди наших же собственных наследников. Господи, что за ужасная семья эти Йорки!
1   ...   16   17   18   19   20   21   22   23   ...   67

Похожие:

Филиппа Грегори Белая королева iconФилиппа Грегори Белая королева Война кузенов 1 Филиппа Грегори Белая королева Посвящается Энтони
Затем тень распрямилась, поднялась во весь рост, и перед рыцарем предстала купальщица, пугающе прекрасная в своей наготе. По телу...
Филиппа Грегори Белая королева iconФилиппа Грегори Алая королева Война кузенов 2 Филиппа Грегори Алая королева Посвящается Энтони
...
Филиппа Грегори Белая королева iconФилиппа Грегори Алая королева
Преследуя свою цель, она не гнушалась никакими средствами, вплоть до убийства, что и неудивительно, ведь она жила в эпоху братоубийственной...
Филиппа Грегори Белая королева iconФилиппа Грегори Вечная принцесса Филиппа Грегори Вечная принцесса Принцесса Уэльская
Встревожились, заржали лошади, испуганные люди пытались их успокоить, однако ужас, звучавший в их командах, пугал животных еще пуще,...
Филиппа Грегори Белая королева iconФилиппа Грегори Хозяйка Дома Риверсов Война кузенов 3
Эфиопии, желая развлечь знатное семейство Люксембургов и пополнить нашу коллекцию. Одна из фрейлин у меня за спиной перекрестилась...
Филиппа Грегори Белая королева iconФилиппа Грегори Другая Болейн
Слышен приглушенный рокот барабанов, но мне ничего не видно – только кружева на корсаже, дама передо мной полностью закрывает эшафот....
Филиппа Грегори Белая королева iconМихаил Афанасьевич Булгаков Белая гвардия Белая гвардия 1 Михаил...
Пошел мелкий снег и вдруг повалил хлопьями. Ветер завыл; сделалась метель. В одно мгновение темное небо смешалось с снежным морем....
Филиппа Грегори Белая королева iconФилиппа Грегори Хозяйка Дома Риверсов
Жакетта Люксембургская, Речная леди, была необыкновенной женщиной: она состояла в родстве почти со всеми королевскими династиями...
Филиппа Грегори Белая королева icon1. Белая гвардия, белый снег, белая музыка революции

Филиппа Грегори Белая королева iconФилиппа Грегори Вечная принцесса
Особый успех выпал на долю книг, посвященных эпохе короля Генриха VIII, а роман «Еще одна из рода Болейн» стал мировым бестселлером...
Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
Школьные материалы


При копировании материала укажите ссылку © 2014
контакты
vb2.userdocs.ru
Главная страница