Загадка Розето «Местные жители умирали от старости. Вот так вот»


НазваниеЗагадка Розето «Местные жители умирали от старости. Вот так вот»
страница2/14
Дата публикации30.10.2013
Размер2.57 Mb.
ТипРеферат
vb2.userdocs.ru > Спорт > Реферат
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   14
1 .

PAGE5

Видя, какое влияние оказывает эффект относительного возраста,

можно впасть в уныние. Наблюдая за игрой канадской хоккейной

сборной, хочется верить в то, что перед тобой действительно лучшие из

лучших. Но это не так. Система, призванная находить самых

талантливых, пусть ненамеренно, но все-таки предоставляет огромное

преимущество

людям,

которым

посчастливилось

родиться

в

определенную пору года. Но почему именно эта пора года признана

наилучшей? Никаких реальных причин для этого не существует. Каприз

системы, не более того.

«Мне кажется, это глупо, — говорит Дьюи. — Уму непостижимо:

произвольный выбор конечных сроков отбора влечет за собой такие

серьезные последствия, и никому нет до этого дела».

Эффект относительного возраста пугает еще и потому, что система,

определяющая, кто получит преимущество, сама по себе несовершенна.

Мы полагаем, будто участие в элитных лигах или программах для

одаренных детей является гарантом того, что ни один юный талант не

просочится сквозь сито отбора. Но взгляните на состав чешской команды

еще раз. В нем нет игроков, родившихся в июле, октябре, ноябре и

декабре, и только по одному человеку родилось в августе и сентябре.

Тех, кто появился на свет во второй половине года, прозевали,

проигнорировали или не пропустили в большой спорт. Почти половина

талантливых чешских спортсменов осталась невостребованной. Так что

же остается делать молодому чеху-спортсмену, если на его долю выпало

несчастье родиться во второй половине года? Путь в футбол ему

заказан. Расклад не в его пользу. Может быть, ему податься в другой

вид спорта, на котором помешаны все чехи, — хоккей? Подождите-

подождите. (Уверен, вы догадываетесь, что сейчас последует.) Привожу

состав юношеской хоккейной сборной Чехословакии, занявшей на

чемпионате мира 2007 г. пятое место.

Фамилия, имя

Дата рождения

Позиция

1

Давид Кветон

3 января 1987 г.

Нападающий

2

Йири Сухи

3 января 1988 г.

Защитник

3

Михаил Коларз

12 января 1987 г.

Защитник

4

Якуб Войта

8 февраля 1987 г.

Защитник

5

Якуб Киндл

10 февраля 1987 г.

Защитник

6

Михаил Фролик

17 февраля 1989 г.

Нападающий

7

Мартин Ханзаль

20 февраля 1987 г.

Нападающий

8

Томас Свобода

24 февраля 1987 г.

Нападающий

9

Якуб Церни

5 марта 1987 г.

Нападающий

10

Томас Куделка

10 марта 1987 г.

Защитник

11

Ярослав Бартон

26 марта 1987 г.

Защитник

12

Х.Ц.Литвонокс

22 апреля 1987 г.

Защитник

13

Даниил Ракос

25 мая 1987 г.

Нападающий

14

Давид Кухейда

12 июня 1987 г.

Нападающий

15

Владимир Соботка

2 июля 1987 г.

Нападающий

16

Якуб Ковар

19 июля 1988 г.

Вратарь

17

Лукас Вантух

20 июля 1987 г.

Нападающий

18

Якуб Ворацек

15 августа 1989 г.

Нападающий

19

Томас Посписил

25 августа 1987 г.

Нападающий

20

Ондрей Повелец

31 августа 1987 г.

Вратарь

21

Томас Кана

29 ноября 1987 г.

Нападающий

22

Михаль Репик

31 декабря 1988 г.

Нападающий

Те, кто родился в последние три месяца года, могут попрощаться и

с хоккеем.

Вся правда в том, что этот список игроков производит тяжелое

впечатление хотя бы потому, что свидетельствует о том, как мы

предпочитаем понимать успех. По нашим представлениям, найти

прекрасного студента или прекрасного спортсмена все равно что найти

подходящую модель для подиума. Надо просто ее отыскать, где-то же

она живет и ходит. Однако мир все-таки устроен не так. При

произвольном выборе конечного срока отбора решение о том, кто будет

элитным игроком в хоккей, а кто нет, остается за обще-

ством. Игроками в хоккей становятся буквально при рождении.

Подготовка выдающихся спортсменов мало похожа на работу модельного

агентства. Она скорее базируется на принципах морской пехоты: если

вы нашли физически пригодных мужчин и женщин, то при правильном

обучении и тренировках вы практически любого из них сумеете

превратить в уникального бойца. Мир по образу и подобию модельного

агентства наводит уныние и тоску, поскольку красота от рождения

дается немногим. Мир, больше похожий на морскую пехоту, вселяет

оптимизм: достижение успеха не будет зависеть от произвольных

факторов.

Начнем с того, что конечные сроки отбора действительно имеют

значение. Мы могли бы организовать две или даже три хоккейные лиги в

зависимости от месяца рождения. Пусть игроки тренируются по

отдельным программам. Возьмем для примера команды «все звезды».

Если бы все чешские и все канадские спортсмены, родившиеся в конце

года, вдруг получили бы равные возможности, то кандидатов в чешскую

и канадскую национальные сборные стало бы в два раза больше.

Школы могли бы действовать по аналогичной схеме. Начальные и

средние школы могли бы определять январских, февральских,

мартовских и апрельских учеников в один класс, тех, кто родился летом,

— в другой, а осенних детей — в третий. Тогда ученики соперничали бы

с детьми своего уровня развития и зрелости. С административной точки

зрения такие решения усложняют процесс, но они не требуют лишних

расходов и повышают шансы тех, кто не по своей вине оказывается за

бортом образовательной системы. Другими словами, мы могли бы

контролировать механизм достижений, и не только в спорте, но — как вы

впоследствии увидите — и в других, более значимых сферах. Однако мы

этого не делаем. Почему? Потому что убеждены: успех обусловлен

исключительно личными заслугами, следовательно, ни мир, в котором

мы растем, ни правила, которые диктует наше общество, не имеют

ровным счетом никакого значения.

6

Следующие четыре главы посвящены роли, которую играет в

достижении успеха возможность. Привилегии хоккейных и футбольных

игроков, рожденных в первой половине года, не являются чем-то из

ряда вон выходящим. Если внимательно изучить жизнь талантливых и

успешных — лучших из лучших, нетрудно заметить, что подобного рода

особые привилегии встречаются с завидной регулярностью. Я

использовал прилагательное «особые», поскольку все упомянутые

разбивки на группы связаны со специфическими и поразительными

закономерностями. Знакомству с этими закономерностями отведена

первая часть книги.

Во второй части рассматривается культурное наследие разных

стран. В какой степени мы наследуем свой успех? Эта часть начинается с

истории о двух очень странных городах в Кентукки и Пенсильвании.

Оттуда мы переберемся на остров Гуам, в Южную Корею, Колумбию, в

долину китайской реки Чжуцзян, в Нью-Йорк и — наконец — на Ямайку.

За время нашего путешествия мы узнаем секреты успеха в двух таких

разных областях, как математика и пилотирование самолета. А чтобы

разобраться, как люди справляются с этими двумя основополагающими

задачами XXI в., нам придется вернуться к привычкам и убеждениям их

предков.

Красной нитью через всю книгу будет проходить одна идея. Тесно

связывая успех и личностные качества, мы напрасно растрачиваем

человеческий потенциал. Мы упускаем возможность поднять других на

высшие ступеньки успеха. Мы придумываем правила, препятствующие

достижениям. Мы раньше срока скидываем со счетов людей, которых

считаем бесперспективными. Мы слишком преклоняемся перед теми, кто

добился успеха, и слишком легко отвергаем тех, кто потерпел неудачу. Я

хочу, чтобы, читая эту книгу, вы задумались вот о чем: если бы мы

представляли, как глубоко коренятся причины успеха и как сильно

выдающиеся люди зависят от обстоятельств, насколько лучше и

справедливее был бы наш мир?

Биологи часто говорят об экологии организма: самый высокий дуб

в лесу вырос таким высоким не только потому, что рос из самого

живучего желудя. Все дело в том, что другие деревья не заслоняли от

него солнце, желудь попал в плодородную почву, пока деревце было

молодым, зайцы не грызли его кору, дровосек не срубил его до того, как

оно превратилось в могучего исполина. Все мы знаем, что успешные

люди и группы происходят из самых живучих семян. Но достаточно ли

мы знаем о солнце, обогревающем их, о почве, в которой они пустили

корни, и о зайцах и дровосеках, с которыми им повезло не столкнуться?

Эта книга не о высоких деревьях. Эта книга о лесе.

7

Перед финальным матчем Мемориального кубка Горд Уосден, отец

одного из игроков «Медисин-Хат Тайгерс», рассказывал о своем сыне

Скотте. На Горде была бейсболка и черная футболка, обе с эмблемой

команды. «Когда Скотту было четыре или пять, — вспоминал Уосден, —

он вкладывал клюшку в руки младшему брату, который тогда еще ходил

с ходунками, и они с утра до вечера гоняли шайбу на кухне. Скотт

всегда обожал хоккей. Принимал участие в показательных матчах, пока

играл в младших лигах. Всегда попадал в команды категории AAA. С

двенадцати до пятнадцати лет он постоянно играл в лучших сборных

командах, — Уосден заметно нервничал. Еще бы, ведь Скотта ждала

самая ответственная игра в его жизни. — Он всего добивался упорным

трудом. Я очень им горжусь».

Страстность, талант и упорный труд — составляющие выдающегося

успеха. Но есть и еще один компонент. Когда Уосден впервые обратил

внимание на необычные способности сына? «Знаете, он всегда был

очень рослым для своего возраста, сильным и отлично умел забивать

голы уже в юном возрасте. И он всегда выделялся среди ровесников,

был капитаном команды… »

Очень рослый для своего возраста? Разумеется. Скотт Уосден

родился 4 января, через три дня после идеальной даты рождения

элитного игрока в хоккей. Он принадлежит к числу счастливчиков. Если

бы в результате некоего каприза судьбы отбор заканчивался в другое

время, вполне вероятно, парню пришлось бы не играть на льду, а

наблюдать за чемпионатом Мемориального кубка со зрительских трибун.

ГЛАВА 2

Правило 10000 часов

^ «В ГАМБУРГЕ НАМ ПРИХОДИЛОСЬ ИГРАТЬ ПО ВОСЕМЬ ЧАСОВ

КРЯДУ»

1

В 1971 г. в городе Энн-Арбор состоялось открытие нового компью-

терного центра Мичиганского университета. Центр разместился на Бил-

авеню, в невысоком кирпичном здании с фасадом из темного стекла. В

просторной комнате, облицованной белой плиткой, стояли огромные

ЭВМ. По словам одного из преподавателей, они напоминали «декорации

к "Космической одиссее 2001 года"». Сбоку пристроились десятки

клавишных перфораторов, которые в те дни использовались как

компьютерные терминалы. В 1971 г. они воспринимались как настоящее

произведение искусства. Мичиганский университет предлагал одну из

самых продвинутых учебных программ по информатике, поэтому за

время работы компьютерного центра в его стенах побывали тысячи

студентов. Самым известным из них стал неуклюжий подросток по имени

Билл Джой.

Джой поступил в Мичиганский университет как раз в тот год, когда

открылся компьютерный центр. Ему было 16 лет. Это был высокий тощий

парень с копной непослушных волос. В средней школе он удостоился

звания «самого прилежного ученика» выпускного класса. По словам

Билла, это означало, что среди одноклассников он слыл «занудным

ботаником». Он хотел стать инженером или математиком, но в конце

первого курса случайно заглянул в компьютерный центр — и остался

там.

Этот центр стал его жизнью. Джой занимался программированием

когда только мог. А получив работу у профессора информатики, смог

остаться в центре на все лето. В 1975 г. Джой поступил в аспирантуру

Калифорнийского университета в Беркли. Там он еще глубже погрузился

в мир программного обеспечения. На устном экзамене на соискание

степени доктора философии он составил настолько сложный алгоритм

полета мухи, что — как пишет один из многих его поклонников — «до

глубины души потряс экзаменаторов, и один из них позднее даже

сравнивал его с "Иисусом, приведшим в смятение старейшин"».

Вместе с группой программистов Джой взялся за перезапись Unix —

программного обеспечения, разработанного для ЭВМ компанией AT&T.

Версия Джоя оказалась очень удачной. Настолько удачной, что до сих

пор используется как операционная система на миллионах компьютеров

по всему миру. «Если включить в Macintosh режим, при котором виден

код, — говорит Джой, — то можно увидеть то, что, помнится, я придумал

двадцать пять лет тому назад». А вам известно, кто написал программу,

позволяющую пользоваться Интернетом? Билл Джой.

После учебы в Беркли Джой основал в Кремниевой долине Sun

Microsystems — одну из тех компаний, благодаря которым и свершилась

компьютерная революция, и приступил к разработке другого

компьютерного языка — Java. Слава о Джое разошлась еще дальше.

Жители Кремниевой долины отзываются о нем с таким же

благоговением, с каким говорят о Билле Гейтсе из Microsoft. Его даже

прозвали «Эдисоном Интернета». Как говорит специалист по

информатике из Йельского университета Дэвид Гелернтер: «Билл Джой

— один из самых влиятельных персонажей в истории компьютеров».

История гениального Билла Джоя пересказывалась много раз, и

всегда из нее делался один и тот же вывод. Компьютерное про-

граммирование — сфера чистейшей меритократии. В этом мире не

действуют принципы кумовства, проталкивающие человека вперед за

счет денег и связей. Все оцениваются исключительно по талантам и

достижениям, а успеха добиваются самые лучшие. Джой, вне всяких

сомнений, принадлежал к числу лучших.

И эта версия не вызывала бы сомнений, если бы мы не раскрыли

тайну хоккея и футбола. Ведь эти виды спорта тоже должны были бы

являть собой образец меритократии. Но на деле все не так. То, что мы

называем талантом, является результатом сложного переплетения

способностей, благоприятных возможностей и случайно полученного

преимущества. Давайте вернемся к истории Билла Джоя и посмотрим, не

поможет ли она нам еще глубже проникнуть в секреты того, на чем

зиждется так называемая меритократия. Если выдающиеся личности

выигрывают благодаря особым возможностям, подчиняются ли эти

возможности какой-нибудь закономерности? Как выясняется, да.

2

В начале 1990-х гг. психолог Андерс Эриксон вместе с двумя

коллегами провел исследование в Академии музыки в Берлине. С помо-

щью преподавателей студентов-скрипачей разделили на три группы. В

первую вошли звезды, потенциальные солисты мирового класса. Во

вторую — те, кого оценили как «перспективных». В третью — студенты,

которые вряд ли могли бы стать профессиональными музыкантами, в

лучшем случае — учителями музыки в средней школе. Всем участникам

задали один вопрос: сколько часов вы практиковались с того момента,

когда впервые взяли в руки скрипку, и до сегодняшнего дня?

Почти все участники начали играть примерно в одном возрасте —

лет в пять. В течение первых нескольких лет все упражнялись

приблизительно одинаково — около двух-трех часов в неделю. Но

примерно с восьми лет стали проявляться различия.

Студенты, считавшиеся лучшими в классе, упражнялись больше

всех остальных: к девяти годам по шесть часов в неделю; к 12 по восемь

часов; к 14 по 16, и так до 20 лет, когда они стали заниматься — то есть

целенаправленно и сосредоточенно совершенствовать свое мастерство —

более чем по 30 часов в неделю. Таким образом, к 20 годам у лучших

студентов в общей сумме набиралось до 10 000 часов занятий. У средних

студентов количество часов составляло 8000, а будущие учителя музыки

репетировали не более 4000 часов.

После этого Эриксон с коллегами сравнили профессиональных

пианистов и пианистов-любителей. Была выявлена аналогичная

закономерность. В детстве любители никогда не занимались более трех

часов в неделю, поэтому к 20 годам общее количество часов практики

составляло 2000. Профессионалы же, напротив, каждый год

увеличивали продолжительность занятий, и к 20 годам каждый из них

имел «в багаже» по 10 000 часов упражнений.

Любопытен тот факт, что Эриксону с коллегами не удалось найти

ни одного человека, который добился бы высокого уровня мастерства,

не прикладывая особых усилий и упражняясь меньше сверстников. Не

были выявлены и те, кто, вкалывая изо всех сил, так и не вырвались

вперед просто потому, что не обладал нужными качествами. Опираясь на

результаты этого исследования, можно было предположить, что людей,

обладающих достаточными способностями, чтобы поступить в лучшее

музыкальное учебное заведение, различало лишь то, насколько упорно

они трудились. И все. И кстати сказать, лучшие студенты не просто

работали больше, чем все остальные. Они работали гораздо, гораздо

больше.

Эта мысль — о том, что достижение высокого уровня мастерства в

сложных видах деятельности невозможно без определенного объема

практики, — не

раз

высказывалась

в

исследованиях

по

профессиональной компетенции. Ученые даже вывели волшебное число,

ведущее к мастерству: 10 000 часов.

Невропатолог Даниель Левитин пишет: «Из многочисленных ис-

следований вырисовывается следующая картина: о какой бы области ни

шла речь, для достижения уровня мастерства, соразмерного со статусом

эксперта мирового класса, требуется 10 ООО часов практики. В

исследованиях,

объектами

которых

становились

композиторы,

баскетболисты, писатели, конькобежцы, пианисты, шахматисты, матерые

преступники и так далее, это число встречается с удивительной

регулярностью. Десять тысяч часов эквивалентны примерно трем часам

практики в день, или двадцати часам в неделю на протяжении десяти

лет. Это, разумеется, не объясняет, почему одним людям занятия идут на

пользу больше, чем другим. Но пока еще никому не встретился случай,

когда бы высочайший уровень мастерства достигался за меньшее время.

Создается впечатление, что именно столько времени требуется мозгу,

чтобы усвоить всю необходимую информацию».

Это относится даже к тем людям, которые с детства считались

чрезвычайно одаренными. Возьмем, к примеру, Моцарта, который, как

известно, начал писать музыку в шесть лет. Вот что пишет в своей книге

«Объяснение гениальности» (Genius Explained) психолог Майкл Хоув:

«По сравнению с работами зрелых композиторов ранние произ-

ведения Моцарта не отличаются ничем вьщающимся. Велика вероятность

того, что они были написаны его отцом и в дальнейшем исправлялись.

Многие детские произведения Вольфганга, такие как, скажем, первые

семь концертов для фортепиано с оркестром, представляют собой по

большей части компиляцию произведений других композиторов. Из

концертов, полностью принадлежащих Моцарту, самый ранний,

считающийся великим (No. 9. К. 271), был написан им в двадцать один

год. К этому времени Моцарт сочинял музыку уже десять лег».

Музыкальный критик Харольд Шонберг идет еще дальше. Моцарт,

по его словам, «развился поздно», поскольку величайшие свои

произведения он создал после 20 лет сочинения музыки.

Чтобы стать гроссмейстером, также требуется около десяти лет.

(Только легендарный Бобби Фишер пришел к этому почетному званию

быстрее: у него на это ушло девять лет.) А что такое десять лет?

Примерно на такой период растягиваются 10 ООО часов интенсивного

обучения. Эти 10 ООО часов — волшебное число величайшего

мастерства.

Тут кроется и объяснение того странного факта, что в списках

игроков национальных команд Чехословакии и Канады нет молодых

людей, родившихся после 1 сентября. Казалось бы, в списках должны

обнаружиться хотя бы несколько хоккеистов или футболистов,

родившихся в конце года и своим выдающимся талантом проложивших

себе путь в верхние строчки рейтингов.

Но их нет, и Эриксон не видит в этом ничего удивительного.

Талантливого ребенка, родившегося слишком поздно, не отбирают в

команду «все звезды» просто потому, что он слишком мал ростом.

Поэтому он лишен возможности тренироваться в большем объеме. А без

дополнительных тренировок ему не набрать 10 ООО часов к тому

моменту, когда профессиональные хоккейные команды начинают

отсматривать игроков. Не имея за плечами 10000 часов тренировок,

игрок просто не сумеет овладеть всеми навыками, необходимыми для

первоклассной игры. Даже Моцарт — самый известный музыкальный

вундеркинд в истории — по-настоящему раскрыл свой талант лишь после

того, как отработал 10 000 часов. Без регулярной шлифовки сам по себе

талант ничего не значит.

Надо отметить и еще одну интересную деталь: 10 000 часов — это

очень-очень много. Молодые люди не в состоянии в одиночку наработать

такое количество часов. Нужны поддержка и помощь родителей. И ты не

можешь быть бедным, ведь если тебе придется подрабатывать, чтобы

свести концы с концами, у тебя не останется времени на интенсивные

занятия. Большинство людей нарабатывают такое огромное количество

часов только благодаря участию в специальных программах — вроде

команды «все звезды» — или же благодаря каким-то особым

возможностям, позволяющим им полностью отдаваться обучению.

3

Итак, вернемся к Биллу Джою. В 1971 г. это был высокий застен-

чивый шестнадцатилетний подросток. Гений математики, один из тех,

кого

привлекают

Массачусетский

технологический

институт,

Калифорнийский технологический институт или университет Ватерлоо.

«В детстве Билл хотел знать все обо всем и задолго до того, как должен

был бы понять, что хочет что-то узнать, — рассказывает его отец

Уильям. — Мы отвечали, если знали ответ. А если не знали, давали ему

книгу». При поступлении в колледж в тесте академических способностей

Scholastic Aptitude Test Джой набрал максимальный балл по математике.

«Ничего особо трудного там не было, — деловито говорит он. —

Оставалась еще куча времени на то, чтобы все два раза проверить».

Он мог бы выбрать любую стезю: получить докторскую степень но

биологии, поступить в медицинский колледж. Мог бы погрузиться в

типичную студенческую жизнь: учеба, футбол, вечеринки с выпивкой,

подготовка к экзаменам в последнюю ночь, неуклюжие знакомства с

девушками, разговоры с товарищами по комнате о смысле жизни —

одним словом, в бурную и хаотичную жизнь, знакомую большинству

студентов. Но он этого не сделал, потому что случайно забрел в

непримечательное здание на Бил-авеню.

В 1970-х гг., когда Джой постигал азы программирования,

компьютеры занимали по целой комнате. Одна вычислительная машина

— с меньшей мощностью и памятью, чем у вашей микро-волновки, —

стоила примерно миллион долларов. И это в долларах 1970-х гг.

Компьютеров было мало. Если вам удавалось отыскать хотя бы один,

пробиться к нему было трудно; если вам удавалось занять за ним место,

его использование обходилось в целое состояние.

Более того, программирование в то время являло собой крайне

утомительное занятие. Это была эпоха программ, создаваемых с

помощью картонных перфокарт. Клавишный перфоратор набивал на

карточке строчки кодов. Сложная программа состояла из сотен — если

не тысяч — таких карточек, хранившихся в огромных стопках. Когда

программа была готова, вы искали доступ к вычислительной машине и

отдавали кипы карточек оператору. Поскольку компьютеры могли

выполнять лишь по одной команде за раз, оператор записывал вас в

очередь, поэтому получить карточки обратно можно было лишь через

несколько часов или через день в зависимости от того, сколько человек

было перед вами. А если в программе обнаруживалась хоть малейшая

ошибка, пусть даже опечатка, вы забирали карточки, выискивали ее и

начинали все с начала.

В таких условиях стать программистом-экспертом было чрез-

вычайно трудно. И разумеется, не могло идти речи о том, чтобы стать

настоящим специалистом в двадцать с небольшим. Если из каждого часа,

проведенного в компьютерном центре, вы «программировали» лишь

несколько минут, каким образом можно было набрать 10 ООО часов

практики? «Программируя с помощью карточек, — вспоминает

компьютерный

специалист

той

эпохи, — ты

учился

не

программированию, а терпению и внимательности».

И здесь в игру вступает Мичиганский университет. В середине

1960-х гг. он представлял собой нетипичное учебное заведение. У него

была давняя компьютерная история и были деньги. «Помню, как мы

купили полупроводниковое запоминающее устройство. Это было в

шестьдесят девятом. Полмегабайта памяти», — вспоминает Майк

Александр, один из тех, кто создавал университетскую компьютерную

систему. Сегодня полмегабайта памяти стоит четыре цента и умещается

на кончике пальца. «Думаю, тогда это устройство стоило несколько

сотен тысяч долларов, — продолжает Александр, — и было размером с

два холодильника».

Большая часть учебных заведений не могла себе такого позволить.

А Мичиганский университет мог. Но что еще важнее, он был одним из

первых университетов, заменивших картонные карточки современной

системой разделения времени. Эта система появилась благодаря тому,

что к середине 1960-х гг. компьютеры стали гораздо мощнее и могли

одновременно

обрабатывать

несколько

задач.

Компьютерщики

обнаружили, что можно обучить машину обрабатывать сотни заданий

одновременно, а это означало, что программистам больше не нужно

было таскать операторам стопки карточек. Достаточно было

организовать несколько терминалов, посредством телефонной линии

подсоединить их к ЭВМ, и все программисты могли одновременно

работать онлайн.

Вот как описывает появление разделения времени свидетель тех

событий:

«Это была не просто революция, а настоящее откровение. Забудьте

об операторах, грудах карточек, очередях. Благодаря разделению

времени ты мог сидеть за телетайпом, набивать команды и моментально

получать ответ. Разделение времени — система интерактивная:

программа запрашивала ответ, ждала, пока ты его напечатаешь, об-

рабатывала его и выдавала результаты. И все в режиме реального

времени».

Мичиганский университет одним из первых в стране ввел систему

разделения времени, получившую название MTS (Мичиганская

терминальная система). К 1967 г. был запущен в действие прототип

системы. В начале 1970-х гг. компьютерные мощности университета

позволяли сотне программистов работать одновременно. «В конце

шестидесятых, начале семидесятых ни один университет не мог

сравниться с Мичиганским, — говорит Александр. — Разве что

Массачусетский технологический. Может, еще университет Карнеги-

Меллона и Дартмутский колледж. Больше, пожалуй, никто».

Вот какие возможности открылись перед Биллом Джоем осенью

1971 г., когда он прибыл в кампус Энн-Арбора. Он выбрал Мичиганский

университет вовсе не из-за компьютеров. В средней школе он не имел с

ними дела. Его интересовали математика и инженерия. Но когда на

первом курсе он серьезно «заболел» компьютерами, оказалось, что по

счастливой случайности он учится в одном из немногих университетов в

мире, где 17-летний студент может программировать в полное свое

удовольствие.

«Знаете, чем отличается программирование с помощью перфокарт

и разделение времени? — спрашивает Джой. — Тем же, чем игра в

шахматы по почте отличается от очной игры на скорость».

Программирование перестало приносить разочарования и превратилось

в развлечение.

«Я жил в северном кампусе, и там же располагался компьютерный

центр, — продолжает рассказывать наш герой. — Сколько времени я там

проводил? Феноменально много. Центр работал 24 часа в сутки, и я

просиживал там всю ночь, а утром возвращался домой. В те годы я

проводил в центре больше времени, чем на занятиях. Все мы,

помешанные на компьютерах, жутко боялись забыть о лекциях и вообще

о том, что мы учимся в университете.

Была одна проблема: всем студентам разрешалось работать за

компьютером строго определенное время. Когда ты записывался, то

должен был указать, как долго собираешься сидеть. Давали примерно

один час. На большее нечего было рассчитывать, — эти воспоминания

развеселили Джоя. — Но кто-то вычислил, что если поставить время,

потом знак "равно" и букву, t = к, то отсчет времени не начнется. Такая

вот ошибка в программном обеспечении. Ставишь t = к — и можешь

сидеть там до бесконечности».

Обратите внимание, сколько благоприятных возможностей выпало

на долю Билла Джоя. Поскольку ему посчастливилось попасть в

университет с дальновидным руководством, он получил шанс осваивать

программирование с помощью системы с разделением времени, без

перфокарт; поскольку в MTS закралась ошибка, он мог программировать

сколько душе угодно; поскольку университет был готов тратить деньги

на то, чтобы держать компьютерный центр открытым 24 часа в сутки, он

мог проводить там ночи напролет; и поскольку ему удалось потратить на

свое образование так много часов, он был во всеоружии, когда

представилась возможность переписать UNIX. Билл Джой был

исключительно талантлив. Он хотел учиться. И этого у него не отнять.

Но прежде, чем он стал специалистом, ему должна была представиться

возможность научиться всему тому, чему он научился.

«В Мичигане я программировал по восемь-десять часов в день, —

признается Билл. — Когда поступил в Беркли, то посвящал этому дни и

ночи. Дома у меня стоял терминал, и я не ложился до двух-трех часов

ночи, смотрел старые фильмы и программировал. Иногда так и засыпал

за клавиатурой, — он продемонстрировал, как его голова падала на

клавиатуру. — Когда курсор доходит до конца строки, клавиатура издает

такой характерный звук: бип-бип-бип. После того как это повторяется

три раза, нужно идти спать. Даже поступив в Беркли, я оставался

зеленым новичком. Ко второму курсу я поднялся выше среднего уровня.

Именно тогда я стал писать программы, которыми пользуются до сих

пор, тридцать лет спустя, — он на секунду задумывается, мысленно

производя подсчеты, что у такого человека, как Билл Джой, не отнимает

много времени. Мичиганский университет в 1971 г. Активное

программирование ко второму курсу. Прибавьте сюда летние месяцы и

дни и ночи, уделяемые этому занятию в Беркли. — Пять лет, — подводит

итог Джой. — И начал я только в Мичиганском университете. Так что,

наверное… десять тысяч часов? Думаю, так и есть».

Можно ли назвать это правило успеха общим для всех? Если разо-

брать по косточкам историю каждого успешного человека, всегда ли

можно отыскать эквивалент мичиганского компьютерного центра или

хоккейной команды «все звезды» — той или иной особой возможности

для усиленного обучения?

Давайте проверим эту идею на двух примерах, и для простоты

пусть они будут самыми что ни на есть классическими: группа «Битлз»,

одна из известнейших рок-групп всех времен, и Билл Гейтс, один из

богатейших людей на планете.

«Битлз» — Джон Леннон, Пол Маккартни, Джордж Харрисон и

Ринго Стар — приехали в США в феврале 1964 г., положив начало так

называемому «британскому нашествию» на музыкальную сцену Америки

и выдав целую партию хитов, которые изменили звучание популярной

музыки.

Для начала отметим одну интересную деталь: сколько времени

участники группы играли до того момента, как попали в Соединенные

Штаты? Леннон и Маккартни начали играть в 1957 г., за семь лет до

прилета в Америку. (Между прочим, со дня основания группы до записи

таких прославленных альбомов, как «Оркестр Клуба одиноких сердец

сержанта Пеппера» и «Белый альбом», прошло десять лет.) А если

проанализировать эти долгие годы подготовки еще тщательнее, то в

контексте хоккея, примера Билла Джоя и первоклассных скрипачей

история «Битлз» приобретает до боли знакомые черты. В 1960 г., когда

они были еще никому не известной школьной рок-командой, их

пригласили в Германию, в Гамбург.

«В те времена в Гамбурге не было рок-н-ролльных музыкальных

клубов, — писал в книге «Крик!» (Shout!) биограф группы Филипп

Норман. — Нашелся один владелец клуба но имени Бруно, у которого

возникла идея приглашать различные рок-группы. Схема была одна для

всех. Длинные выступления без пауз. Толпы народа бродят туда-сюда. А

музыканты должны беспрерывно играть, чтобы привлечь внимание

слоняющейся публики. В американском квартале красных фонарей такое

действо называли стриптизом нон-стоп».

«В Гамбурге играло много групп из Ливерпуля, — продолжает

Норман. — И вот почему. Бруно отправился на поиски групп в Лондон.

Но в Сохо он познакомился с антрепренером из Ливерпуля, оказавшимся

в Лондоне по чистой случайности. И тот пообещал организовать приезд

нескольких команд. Вот так был установлен контакт. В конечном счете

"Битлз" наладили связь не только с Бруно, но и с владельцами других

клубов. И потом часто приезжали туда, потому что в этом городе их

ждало много выпивки и секса».

Так что такого особенного было в Гамбурге? Платили не слишком

хорошо. Акустика далеко не фантастическая. Да и публика отнюдь не

самая взыскательная и благодарная. Все дело в количестве времени,

которое группа была вынуждена играть.

Вот что Джон Леннон рассказывал о выступлениях в гамбургском

стриптиз-клубе «Индра» в интервью, данном им после распада группы:

«Мы становились все лучше и набирались уверенности. Иначе и

быть не могло, ведь нам приходилось играть вечерами напролет. То, что

они были иностранцами, пришлось весьма кстати. Чтобы достучаться до

них, мы должны были стараться изо всех сил, вкладывать в музыку душу

и сердце.

В Ливерпуле мы выступали в лучшем случае по одному часу, да и

то играли только хиты, одни и те же на каждом выступлении. В Гамбурге

нам приходилось играть по восемь часов кряду, так что хочешь не

хочешь, а надо было стараться».

Восемь часов?

А вот что вспоминает Пит Бест, бывший в ту пору ударником

группы:

«Как только становилось известно о нашем выступлении, в клуб

набивались толпы народа. Мы работали семь вечеров в неделю. I Го-

началу мы играли без остановки до полпервого, то есть до закрытия

клуба, но когда стали популярнее, публика не расходилась и до двух

часов ночи».

Семь дней в неделю?

С 1960-го по конец 1962 г. «Битлз» побывали в Гамбурге пять раз.

В первый приезд они отработали 106 вечеров по пять или больше часов

за вечер. Во второй приезд они отыграли 92 раза. В третий — 48 раз,

проведя на сцене в общей сложности 172 часа. В последние два

приезда, в ноябре и декабре 1962 г., они выступали еще 90 часов. Таким

образом, всего за полтора года они играли 270 вечеров. К тому моменту,

когда их ждал первый шумный успех, они дали уже около 1200 живых

концертов. Вы представляете, насколько невероятна эта цифра?

Большинство современных групп не дают столько концертов за все

время своего существования. Суровая школа Гамбурга — вот что

отличало группу «Битлз» от всех остальных.

«Они уезжали, ничего собой не представляя, а вернулись в пре-

красной форме, — пишет Норман. — Они научились не только

выносливости. Им пришлось выучить огромное количество песен —

кавер-версии всех произведений, какие только существуют, рок-н-

ролльных и даже джазовых. До Гамбурга они не знали, что такое

дисциплина на сцене. Но, вернувшись, они играли в стиле, непохожем

ни на какой другой. Это была их собственная находка».

5

А теперь перейдем к истории Билла Гейтса. Она не менее

знаменита, чем история «Битлз». Блистательный молодой математик

открывает

для

себя

программирование.

Бросает

Гарвардский

университет. Вместе с друзьями основывает небольшую компьютерную

фирму под названием Microsoft. Благодаря своей гениальности,

амбициозности и решительности превращает ее в гиганта —

производителя программного обеспечения. Это его история в самых

общих чертах. А теперь копнем чуть глубже.

Отец Гейтса — богатый адвокат из Сиэтла, мать — дочь со-

стоятельного банкира. Маленький Билл был развит не по годам, и на

уроках ему было скучно. Поэтому в седьмом классе родители забрали

его из обычной школы и отправили в «Лейксайд», частное учебное

заведение для детей сиэтлской элиты. На втором году обучения Гейтса в

этой школе там открылся компьютерный клуб.

«Школьный материнский комитет ежегодно устраивал благо-

творительную распродажу, и всегда возникал вопрос, на что потратить

вырученные деньги, — вспоминает Гейтс. — Иногда они шли на оплату

летнего лагеря для детей из бедных районов. Иногда передавались

учителям. А в тот год родители потратили три тысячи долларов на

покупку компьютерного терминала. Его установили в маленькой

комнатке, которую мы впоследствии и оккупировали. Компьютеры были

для нас в диковинку».

В 1968 г. это, вне всяких сомнений, было диковинкой. В 1960-е гг.

большинство колледжей не имели компьютерных центров. Но еще более

примечательно то, какой именно компьютер приобрела школа. Ученикам

«Лейксайда» не пришлось осваивать программирование с помощью

трудоемкой системы, которой в то время пользовались почти все. Школа

установила так называемый телетайп ASR-33, терминал, работающий в

режиме разделения времени и напрямую связанный с ЭВМ в центре

Сиэтла. «Система разделения времени появилась только в 1965 году, —

продолжает Гейтс. — Кто-то оказался весьма дальновиден». Билл Джой

получил

редчайшую,

уникальную

возможность

изучать

программирование

в

системе

разделения

времени,

будучи

первокурсником,

в 1971 г.

Билл

Гейтс

начал

заниматься

программированием в режиме реального времени в восьмом классе

школы и на три года раньше.

С момента установки компьютера Гейтс переселился в ком-

пьютерный класс. Вместе с несколькими товарищами он самостоятельно

осваивал новое устройство. Покупать время для работы на ЭВМ, к

которой подсоединялся ASR, было накладно даже для такого богатого

заведения, как «Лейксайд», и вскоре деньги материнского комитета

закончились. Родители собрали еще, но ученики потратили и это. Вскоре

группа программистов из Вашингтонского университета основала фирму

Computer Center Corporation (или C-Cubed) и стала продавать местным

компаниям время для работы на компьютерах. По счастливой

случайности сын одной из владелиц фирмы — Моники Рона — учился в

«Лейксайде» на класс старше Билла. Рона предложила компьютерному

клубу школы тестировать по выходным программное обеспечение фирмы

в обмен на бесплатное компьютерное время. Кто же откажется! Теперь

после школы Гейтс на автобусе отправлялся в офис C-Cubed и работал

там до позднего вечера.

Вскоре C-Cubed разорилась, и Гейтс с друзьями перебрались в

компьютерный центр Вашингтонского университета. Спустя некоторое

время они зацепились за другую фирму, ISI, предоставлявшую им

бесплатное компьютерное время за усовершенствование программного

обеспечения для автоматизации платежных ведомостей компании. За

семь месяцев 1971 г. Гейтс и его товарищи наработали на компьютере

ISI 1575 часов компьютерного времени, что равняется восьми часам

работы но семь дней в неделю.

Вот как описывает свои школьные годы Билл Гейтс: «Я помешался

на компьютерах. Пропускал физкультуру. Сидел в компьютерном классе

до ночи. Программировал по выходным. Каждую неделю мы проводили

там по двадцать-тридцать часов. Был период, когда нам запретили

работать, потому что мы с Полом Ал-леном украли пароли и взломали

систему. Я остался без компьютера на целое лето. Тогда мне было

пятнадцать-шестнадцать лет. А потом Пол нашел бесплатный компьютер

в Вашингтонском университете. Машины стояли в медицинском центре и

на физическом факультете. Работали они 24 часа в сутки, но в

промежутке от трех ночи до шести утра никто их не занимал, — Гейтс

смеется. — Вот почему я всегда так щедр к Вашингтонскому

университету. Они позволяли мне красть у них столько компьютерного

времени! Я уходил ночью и шел до университета пешком или подъезжал

на автобусе». Много лет спустя мать Гейтса сказала: «А мы никак не

могли понять, почему его так трудно добудиться по утрам».

Как-то раз к одному из основателей ISI, Баду Пемброуку, об-

ратилась технологическая компания TRW, только что подписавшая

контракт

на

установку

компьютерной

системы

на

огромной

электростанции Бонневиль, которая находится на юге штата Вашингтон.

TRW срочно требовались программисты, знакомые со специальным

программным обеспечением, которое используется на электростанциях.

Но на заре компьютерной революции программистов с такими

узкоспециальными знаниями найти было непросто. Однако Пемброук

точно знал, кому позвонить: ребятам из школы «Лейксайд»,

наработавшим тысячи часов на компьютере ISI. Билл Гейтс тогда учился

в старших классах и каким-то образом сумел убедить учителей

освободить его от занятий ради независимого исследовательского

проекта на станции Бонневиль. Там он провел всю весну, разрабатывая

код под руководством Джона Нортона. Тот, по словам Гейтса, рассказал

ему о программировании столько, сколько не рассказывал никто.

Эти пять лет, с восьмого класса до окончания средней школы,

стали для Билла Гейтса своего рода Гамбургом. С какой стороны ни

посмотри, на его долю выпали еще более потрясающие возможности,

чем на долю Билла Джоя.

Сколько средних школ в 1968 г. имели в своем распоряжении

терминал с системой разделения времени? Это возможность номер один:

Гейтса отправляют учиться в «Лейксайд». Возможность номер два:

родители учащихся смогли профинансировать расходы, связанные с

использованием компьютера. Третья возможность: когда деньги

закончились, выяснилось, что один из родителей работает в фирме C-

Cubed, которой понадобились люди для проверки кодов по выходным

дням и которая совсем не возражала против того, чтобы выходные дни

переходили в ночи. Четвертая: Гейтс случайно узнал о фирме 1ST,

которой как раз в тот момент потребовались разработчики программы по

управлению платежными ведомостями. Пятая: международная компания

TRW обратилась к Баду Пемброуку. Шестая: лучшими программистами,

известными Пемброуку, оказались ученики средней школы. Седьмая:

школа «Лейксайд» позволила ребятам пропустить весенний семестр.

Восьмая: руководитель бонне-вильского проекта оказался великолепным

наставником.

А что общего у всех этих благоприятных возможностей? Благодаря

им Билл Гейтс получил массу времени для того, чтобы практиковаться. К

тому моменту, когда он, собравшись открыть собственную компанию,

бросил после второго курса Гарвард, его стаж в программировании

насчитывал уже семь лет. И количество отработанных часов намного

превысило 10 000. Сколько подростков в мире могут похвастаться таким

опытом? «Я удивлюсь, если наберется пятьдесят человек, — признается

сам Гейтс. — Сначала были C-Cubed и программа для платежных

ведомостей, потом TRW, все так удачно сложилось. Думаю, в то время я

имел больше возможностей заниматься разработкой программного

обеспечения, чем любой другой мой ровесник. И все благодаря

невероятно счастливому стечению обстоятельств».

6

Если сложить вместе истории хоккеистов, музыкантов из группы

«Битлз», Билла Джоя и Билла Гейтса, то картина пути к успеху прояс-

няется. Джой, Гейтс и «Битлз», бесспорно, очень талантливы. Леннон и

Маккартни обладали редким музыкальным даром, а Билл Джой сумел

разработать сложнейший алгоритм полета мухи и тем самым привел

своих профессоров в неописуемый восторг. Все это очевидно.

Весомой составляющей их таланта, помимо природных способ-

ностей к музыке или математике, было еще и желание. «Битлз» были

готовы играть по восемь часов семь дней в неделю. Билл Джой был готов

программировать ночами напролет. Большинство из нас на его месте

отправились бы домой спать. Другими словами, ключевым фактором

талантливости является способность работать часами — до того момента,

когда уже трудно разобрать, где заканчиваются природные способности

и начинается готовность вкалывать. В следующей главе я остановлюсь

на этом вопросе подробнее, потому что наше ложное понимание

природы успеха во многом объясняется тем чрезмерным значением,

которое мы придаем врожденным способностям.

Но еще более важным фактором являются благоприятные воз-

можности. И этот элемент уравнения нами недооценивается. «Битлз»

получили приглашение в Гамбург по чистой случайности. Не будь этого

приглашения, они вполне могли бы выбрать иной путь. «Мне крупно

повезло», — признался Билл Гейтс в начале нашего интервью. Это

признание вовсе не умаляет его блестящих способностей. Оно лишь

доказывает, что он прекрасно понимает, как ему повезло оказаться в

«Лейксайде» в 1968 г.

На долю всех особенных людей, чьи истории мы рассмотрели,

выпали уникальные возможности. Вот что самое примечательное!

Применительно к миллиардерам, сделавшим состояние на программном

обеспечении, рок-группам и звездам спорта счастливые случаи

представляются скорее правилом, нежели исключением.

И напоследок еще один пример. Проведем календарный анализ

наподобие того, что был в конце предыдущей главы, только на сей раз

нас интересуют не месяцы рождения, а годы. Внимательно ознакомьтесь

со списком 75 самых богатых людей в истории человечества, который

недавно составил журнал Forbes. Состояние каждого из них оценено в

долларах США с учетом их текущей покупательской способности. В

список включены королевы, короли, фараоны минувших веков, а также

миллиардеры современности, такие как Уоррен Баффетт и Карлос Слим.



Имя

Состояние, млрд$

Страна происхождения

Компания или источник состояния

1

Джон Рокфеллер

318,3

США

Standard Oil

2

Эндрю Карнеги

298,3

Шотландия

Carnegie Steel Company

3

Николай II

253,5

Россия

Династия Романовых

4

Уильям Генри Вандербильт

231,6

США

Chicago, Burlington and Quincy Railroad

Продолжение таблицы



Имя

Состояние, млрд $

Страна происхождения

Компания или источник состояния

5

Осман Али Хан из династии Асиф Джахи VII

210,8

Хайдарабад

Монархия

6

Эндрю Меллон

188,8

США

Gulf Oil

7

Генри Форд

188,1

США

Ford Motor Company

8

Марк Лициний Красе

169,8

Римская империя

Римский сенат

9

Василий II

169,4

Византийская

• III пЛ п • J п

империя

Монархия

10

Корнелий Вандербильт

167,4

США

New York and Harlem Railroad, морские перевозки

11

Алан Руфус

166,9

Англия

Инвестиции

12

Аменхотеп Iff

155,2

Древний Египет

Фараон

13

Вильгельм де Варенн, 1-й граф Суррей

153,6

Англия

Графство

14

Вильгельм II

151,7

Англия

Монархия

15

Елизавета 1

142,9

Англия

Династия Тюдоров

16

Джон Рокфеллер-мл.

141,4

США

Standard Oil

17

Сэм Уолтон

128,0

США

Wal-Mart

18

Джон Джейкоб Астор

115,0

Германия

American Fur Company

19

Одо, епископ Байе

110,2

Англия

Монархия

20

Стефан Жирар

99,5

Франция

Первый банк США

21

Клеопатра

95,8

Древний Египет

Наследство Птолемеев

22

Стефан Ван Ренсселер III

1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   14

Похожие:

Загадка Розето «Местные жители умирали от старости. Вот так вот» iconГде-то сейчас за окошком вот-так ! Где-то вот так!!!! Скоро всем...

Загадка Розето «Местные жители умирали от старости. Вот так вот» iconДоктороу Билли Батгейт часть первая первая глава
Я был очарован и восхищен той силой и грубостью, которую он олицетворял так, как никто другой! О, эта угроза в его глазах, могущая...
Загадка Розето «Местные жители умирали от старости. Вот так вот» iconАлексей Ефимов Требуется Темный Властелин
Все нужно делать самому, вот и крутись как знаешь. Зато врагов вокруг – пруд пруди. Уже в очередь выстроились. Так что приходится...
Загадка Розето «Местные жители умирали от старости. Вот так вот» iconМолодые львы
На засыпанных снегом улицах нарядно одетые люди – туристы и местные жители обменивались при встречах приветливыми улыбками. Белые...
Загадка Розето «Местные жители умирали от старости. Вот так вот» iconТони Моррисон Самые синие глаза Тем, кто дал мне жизнь
Вот папа. Он большой и сильный. Папа, поиграй с Джейн. Папа улыбается. Улыбайся, папа, улыбайся. Вот собака. Собака лает. Хочешь...
Загадка Розето «Местные жители умирали от старости. Вот так вот» iconПаоло Бачигалупи «Заводная»
Нет, не надо мне мангостан. – Андерсон тянет руку и показывает пальцем. – Вот, вот это. Ко полламаи ни кхап. С красной шкуркой, с...
Загадка Розето «Местные жители умирали от старости. Вот так вот» iconАнника счастлива в браке, они с мужем идеальная пара, предмет зависти...
Анники появляется новый коллега, элегантный и обходительный Рикард. И задерганная мать семейства вдруг снова ощущает собственную...
Загадка Розето «Местные жители умирали от старости. Вот так вот» icon-
Сейди и шестнадцатилетнюю бебиситтершу Реджи. А старший детектив-инспектор Луиза Монро озабочена другой пропажей — еще не зная, что...
Загадка Розето «Местные жители умирали от старости. Вот так вот» iconВыписывал вчера, после того как доблестно сражаясь с вайфаем в местном...
Вот прямо сейчас мы уже пережили хер ваще знает как Мюнхен-Рим и сидим в вайфайной зоне отеля в ожидании заселения. Надо, наверное,...
Загадка Розето «Местные жители умирали от старости. Вот так вот» iconЖюль Верн Завещание чудака
Печальная, угрюмая пятница 3-го апреля. Но жители как будто забыли, что по городу тянется траурная процессия… Повсюду раздаются веселые...
Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
Школьные материалы


При копировании материала укажите ссылку © 2014
контакты
vb2.userdocs.ru
Главная страница