Аще хощеши совершен быти, иди, продаждь имение


Скачать 196.41 Kb.
НазваниеАще хощеши совершен быти, иди, продаждь имение
Дата публикации13.10.2013
Размер196.41 Kb.
ТипДокументы
vb2.userdocs.ru > Право > Документы
О монашестве
"Аще хощеши совершен быти, иди, продаждь имение

твое и даждь нищым: и имети имаши сокровище нанебеси:

и гряди вслед Мене"

(Мф 19:21)
"Могий вместити да вместит"

(Мф 19:12)
I

Монашество появилось в первые века христианства, хотя некоторые его черты встречаются и во времена ветхозаветные, будучи присущи некоторым праведникам и до Нового Завета. Так, Святой пророк Божий Илия был пустынножителем и девственником, Святой пророк Елисей — девственником, а стоявший в самом начале новозаветной эпохи Святой Иоанн, Предтеча и Креститель Господень, — так же и девственником и пустынником.
Святитель Иоанн Златоуст считает, что монашество ведёт своё начало со времени Иисуса Христа. В Беседе 17–й («К антиохийскому народу») и Беседе 68–й на Евангелие от Матфея Святитель говорит, что такой род любомудрия (то есть монашество) введён от Иисуса Христа и что монахи даже одеждой своей подражают Его Апостолам.
Сократ, Созомен и преподобный Иоанн Кассиаан относят происхождение, начало монашества к Святому Евангелисту Марку, бывшему первым епископом в Александрии.
Некоторые обстоятельства первохристианской жизни содействовали возникновению, распространению и утверждению монашеского уединенного жития среди более ревностных по Богу и по вере христиан. Впоследствии особому удалению христиан из городов в пустыни и уединённые места содействовали и гонения на них со стороны язычников.
Авва Пиаммон считает, что во времена апостольские все верующие находились на весьма высокой степени христианской жизни и многие уже тогда были подобны монахам. Но когда после Апостолов, вследствие бóльшего наплыва в Церковь христиан из иноплеменных народов (язычников, к которым проявлялось значительное снисхождение по их духовной слабости), стало несколько ослабевать общее рвение первоначальной веры, то те, в которых прежняя апостольская ревность всё еще пламенела, удалялись от своих сограждан, чтобы пребывать затем в подгородных уединенных местах.
Естественно, что более деятельные и последовательные христиане даже и во внешней своей жизни с большей силой выражали своё стремление к Божественному — в более строгом подвижничестве. В отличие от прочих христиан они назывались сначала преимущественно аскетами (греческ.: «άσκητής,», то есть упражняющийся, подвизающийся). Те же, которые отделялись от общества верующих из-за желания воздержаться ради Господа от брака, удаляясь при этом даже от общения с родными и — шире — от общения с миром в целом, стали именоваться монахами, или единожительствующими (от греческ. «μóνος» — один, одинокий, живущий уединённо), ибо именно так они и жили.
Такое их название утвердилось особенно тогда, когда они, желая ещё большего безмолвия, начали оставлять свои прежние места жительства — кто уходя из городов и селений, а кто даже и из подгородных, сравнительно тихих мест — чтобы, полностью удалившись всякого общества, поселиться по примеру Святых пророков Божиих Илии, Елисея или Иоанна Предтечи в глухих пустынях. Здесь, вдали от шума и соблазнов мира, ничем не отвлекаемые от Богообщения, такие подвижники и предавались подвигам благочестия, чтобы постоянными в них упражнениями удобнее достигать высшей степени духовного совершенства.
В апостольские времена христианские аскеты иногда назывались ещё ферапевтами, или, в другой традиции прочтения, терапевтами (от греческ. «θεραπευτής», то есть врач, ухаживающий слуга, целитель, в данном случае, вероятнее всего, — некто излечивающий, возвышающий в человеке его дух). Филон, современник Апостолов, у которого мы и встречаем такое именование, пишет об этом сословии христианских аскетов так: «Аскеты называются ферапевтами или потому, что души приходящих к ним, подобно врачам, исцеляют от злых страстей, или по причине чистого и искреннего их служения Богу».
Вероятно, первыми из египетских подвижников удалились в пустыню на бóльшие подвиги Святой преподобный Павел Фивейский, проживший в ней 90 лет, и Святой преподобный Антоний Великий. Блаженный Иероним называет Павла Фивейского основателем, а Антония Великого — образователем, учителем пустынножительного монашества, который написал и основные правила такой жизни.

При этом даже и в таких, весьма отдаленных и пустынных местах сложились две основные формы монашеского жительства. Так, монахи, жившие поблизости друг от друга в определённом единении, назывались киновитами, а личные келлии, их жилища составляли киновию (от греч. «κοινός» — общий, «βίος» — жизнь). Киновия — это общежительный монастырь.
Но как от общего плодоносного корня произрастают многие цветы и плоды, так и от образа жизни киновитян произошёл другой род монашеского совершенного жития, последователей которого называли анахоретами, то есть отшельниками, которые из-за желания ещё большего преуспеяния в Божественном созерцании удалялись даже и из киновий в самые сокровенные места пустыни, лишь время от времени приходя ради Причастия в храм какой-либо относительно близлежащей киновии. Такое отшельничество представляет собой особую и весьма суровую разновидность иноческого жительства «наедине» с Богом.
Одновременно возник и такой тип иноческого жития, как затворничество — когда монах–отшельник, или «затворник», мог жить даже и в монастыре-киновии, но притом постоянно, порой многие годы «пребывать неисходно» в своей келлии, никуда не выходя из неё.
Из отдельных пустынников порой составлялись очень большие общежительные обители–киновии, знаменитейшей из которых является устроенная попечением Святого преподобного Пахомия Великого. Преподобный Пахомий полностью развил тип общежительного монашества, написав при этом особые правила, которыми определялись все упражнения в подвигах иночества и регламентировался даже характер одежды и пищи.
В общежительных монастырях во главе всегда стоит настоятель монастыря — игумен или архимандрит. Вся братия пользуется общей трапезой, единообразной одеждой, и для всех обязательно участие в общем Богослужении.
По свидетельствам Палладия, Созомена и Никифора, преподобный Пахомий Великий первым стал облекать иноков в полный монашеский образ — схиму, используя наставления явившегося ему Ангела: именно этот Ангел и научил Пахомия, в частности, как и во что должен одевать он поступающих в монастырь. Но ещё важнее то, что Ангел дал ему несколько правил монашеского общежительного устроения. После этого Пахомий начал принимать приходящих к нему, облачая их и в мантию, и в схиму. В дальнейшем он, и сам предписывая многие общежитные правила руководимым им обителям, ставил в них наиболее опытных старцев наставниками прочих иноков.
Аскеты первых веков христианства вели столь воздержную и подвижническую жизнь, что порой изумляли иноверцев. Они занимались чтением священного писания, молитвою и рукоделием с таким усердием, что и естественный голод зачастую не прерывал их воздержания: разве на второй или третий день принимали они пищу — и то «не столько по желанию наслаждения, сколько по требованию нужды».
Очень высоко ставил монахов Святой Дионисий Ареопагит.
Разделяя христиан на три степени по их духовному совершенству — очищаемых, просвещаемых и усовершающихся, Дионисий в одном из своих трактатов пишет, что «священное сословие монахов есть чин высший всех усовершающихся», то есть самый высокий из всех возможных.
И недаром монашество называется «чином ангельским».
Такое наименование иночества нашло своё отражение и в чинопоследовании монашеского пострига.

Как известно, к новопостриженному монаху сначала обращаются с особым традиционным приветствием, спрашивая его: «Что ти есть имя?», то есть «Какое твое (новое) имя?»
Ведь монаху, по большей части, даётся при постриге новое имя — в знак начала им совершенно новой, свободной от страстей и подлинно духовной жизни. Обновлённое имя и есть знак того, что отселе он должен полностью оставить прежнюю мірскую жизнь и начать жить уже «не по стихиям міра сего», а по заветам и заповедям Господа нашего Иисуса Христа. Отныне он должен отказаться от упования на себя, на свои силы, на свою самость, всецело опираясь теперь только на Христа и на Его Всемогущую помощь. По сути же, монах отказывается не от своей силы, а от своей человеческой слабости, от своей духовной немощи, обретая во Христе Иисусе истинную Божественную крепость.
И вот ему — обновлённому, очищенному и укреплённому монашеским постригом, получившему даже новое имя, что сам он и подтверждает, возглашая его в ответ на вопрошание: «Что ти есть имя?», — ему теперь и высказывается от лица всех иноков единственно нужное в этот момент пожелание: «Спасайся, брате, в ангельском чине»!
Уже упоминавшийся выше Филон Александрийский также сообщает, что, мол, аскеты находятся во многих местах Вселенной (под этим в его время подразумевалось в основном Средиземноморье), но больше всего их в Египте, особенно же — около Александрии. И в каждом месте их жительства есть особый священный дом, называемый ими обителью и монастырём, уединившиеся в котором ведут благочестивую жизнь.
Впоследствии монахи населили египетские пустыни: Нитрийскую, Фиваидскую, Скитскую, где подвизались многие великие подвижники — Преподобные.
Из Египта, этого рассадника иночества, монашество вскоре оказалось перенесено в Палестину преподобным Иларионом Великим, учеником Великого Антония. От Илариона же оно распространилось отсюда и далее — в Сирию, потом в Армению и на Понт [то есть на северный, черноморский берег Малой Азии, а потом и в Закавказье].
Позднее, когда монашество умножилось уже повсюду, монахи стали селиться в обителях близ городов и даже в самих городах.
На Востоке, в Малой Азии, Святитель Василий Великий почти что одним из первых стал устраивать монашеские скиты. Когда он сам подвизался в Понтийской пустыни, то предписывал скитникам подвижнические правила, объемлющие как всю внутреннюю, так и внешнюю жизнь монашества, которыми оно руководствуется преимущественно и доныне. Из подвижнических Правил Святителя Василия Великого в свою очередь составлены правила Студийские, которые со временем перешли и в российские монастыри.
На Русь монашество принесено со Святой Афонской Горы афонским же пострижеником, преподобным Антонием Киево–Печерским.
Афоном называется восточный из трёх выступов Халкидонского полуострова в Северной Греции — длиной в 60 километров. На самой горе имеется лишь несколько келлий отшельников, а на вершине её во второй половине XIX столетия был построен храм.
Согласно средневековым преданиям, на Афонском полуострове уже во времена Святого Равноапостольного Царя Константина появились первые монастыри, которые затем, в царствование Юлиана Отступника, были разрушены, но при Императоре Феодосии Великом вновь восстановлены.

Первые достоверные сведения о том, что на полуострове Афон начали собираться отдельные отшельники, а затем и группы монахов, относятся к IX столетию. В этот период вследствие мусульманских завоеваний древние монашеские поселения в Египте и в Сирии начали постепенно приходить в упадок, а их обитатели-иноки стали искать спасения на Афоне. Сюда же в то время бежали со всех концов Византийской Империи и православные монахи–иконопочитатели, спасавшиеся от преследований еретиков–иконоборцев.
В 963 году Святой Афанасий Афонский, монах родом из Трапезунда, основал при поддержке византийского Императора Никифора Фоки первый строго организованный и официально утверждённый монастырь Афона — Великую Лавру, несколько лет спустя составив и первый Устав афонского монашеского жития. Собственно основание Великой Лавры и считается началом истории развитого монашеского Афона.
Император Никифор Фока наделил Великую Лавру преподобного Афанасия, а затем и другие возникавшие тогда афонские монастыри, большими земельными угодьями и одарил богатыми подарками. Всё это, однако, поначалу вызвало недовольство значительной части отшельников–афонитов, усматривавших в таких действиях власти гибель настоящей аскетической жизни. Впоследствии же здешние представители различных направлений в монашестве вполне примирились друг с другом, и ныне на Афоне имеются и мирно соседствуют как монахи, живущие в киновийных монастырях, так и отдельные безмолствующие отшельники.
В 1963 году было отпраздновано тысячелетие общежительного монашества на Афоне; в этом торжественном праздновании приняла участие и делегация от Русской Православной Церкви.

В настоящее время на Афоне подвизаются около полутора тысяч монахов, живущих в двадцати монастырях (17 из них — греческие, 1 — русский, 1 — сербский и 1 — болгарский), в их филиалах — «скитах» и в отдельных «кельях» (так называются на Афоне маленькие монастыри). И монастыри, и скиты почти все расположены на морском побережье — или на самом берегу, или невдалеке от него.

Одна из крупнейших афонских обителей — Русский Свято–Пантелеимоновский монастырь. В начале XX века в нём подвизалось около полутора тысяч иноков. Ежегодно в него приезжало и множество паломников. Сейчас в нём чуть менее тридцати иноков, преимущественно русских, а также человек пятнадцать наёмных рабочих, помогающих поддерживать монастырское хозяйство Точно так же не слишком многолюдны теперь и другие афонские обители.
В 1966 году Русская Православная Церковь направила на Афон для пополнения оскудевающего числа насельников Свято–Пантелеимоновского монастыря четырёх иеромонахов Свято–Успенской Псково–Печерской обители: Досифея (Сороченкова), Ипполита (Халина), Евстафия (Маркелова) и Стефана (Курсина). Русская Православная Церковь намерена послать на Афон ещё пять иноков из той же Псково–Печерской обители. Большая заслуга в деле поддержания Свято–Пантелеимоновского монастыря его Псково–Печерским собратом принадлежит Священноархимандриту последнего — Владыке Иоанну [Разумову], Архиепископу Псковскому и Порховскому.
…Административным центром монашеского Афона является Карея, где заседает Священный Кинот Святой Горы Афонской и расположена резиденция здешнего губернатора. В Кинот — высший орган административного управления иноческого Афона — каждый монастырь направляет по одному представителю.
Весь Афон в целом, независимо от национальной принадлежности монастырей или отдельных монахов-келлиотов, в каноническом отношении подчиняется Патриарху Константинопольскому. Представителями же гражданской власти на Афоне являются губернатор и неженатые полицейские, поскольку въезд женщинам на полуостров по давней традиции запрещён.
На Святой Руси монашество было насаждено преподобным Антонием Киево–Печерским — при самом прямом посредничестве Святого Афона. Решив вступить на иноческий путь, Антоний отправился на Афон, где и принял монашеский постриг. Лишь впоследствии он был отправлен оттуда на Родину, чтобы основать в Древнем Киеве первый в нём и прославившийся затем на всю Русь монастырь — будущую великую Киево-Печерскую Лавру. Таким образом, именно преподобный Антоний соделался «начальным» иноком всего монашеского братства Русской земли.
II

Характерной чертой восточного монашества является его подчёркнуто созерцательный образ жизни. Самую суть, как и самую цель, подобного рода иноческого пути можно выразить так: подвизающийся старается постоянной молитвой, аскезой и внутренним духовным созерцанием дойти до познания вечной Истины и успокоения в Боге, или, иначе говоря, до «тéозиса», то есть «обόжения» — через «стяжание», обретение благодати Божией.
Отсюда и основная задача монашества заключается в отречении от мира, от «ветхого человека», от всех его греховных дел и устремлений, в посвящении всех своих сил на служение Богу — для достижения духовного и нравственного совершенства, спасения души и обретения Царства Божия. Монах отрекается от мира и на деле старается отрешиться от него, дабы более не «работать греху». Все свои силы посвящает он на служение Богу, стараясь исполнить первую заповедь Божию: «Возлюбиши Господа Бога твоего от всего сердца твоего и от всея души твоея, и всею крепостию твоею и всем помышлением твоим» (Лк 10:27).
Авва Моисей Египетский так говорил о цели монашеского подвижничества: «…конец (finis) наших обетов есть Царство Божие, или Царство Небесное, а назначение наше, то есть [непосредственная, конкретная] цель (scopus) монашеского делания есть чистота сердца, без которой невозможно достигнуть оного конца. Основою подвижничества должно быть смирение, а душою всех подвигов благочестия должна быть любовь и концом всех выспренних стремлений духа — непрестанное возрастание в любви к Богу и ближним».
Во время принятия монашества постригаемый произносит слова отречения от мира и даёт высокие иноческие обеты — послушания, нестяжания, девства, а также выслушивает молитвенные наставления на путь монашеской жизни — с пожеланием и ему со временем «удостоиться части спасаемых» вместе с преподобным Антонием и всеми прочими преподобными отцами. Затем его облачают в монашеские одежды…
Самым главным в монашеском «делании», помимо «творения» молитвы, всегда являлось сохранение верности обетам нестяжательства, девства и послушания, которые с самого начала христианства давались и были ненарушаемы наиболее ревностными, наиболее благочестивыми христианами. Следование этим обетам составляет важнейшую особенность монашеской жизни, чем, в частности, они и отличаются от прочих христиан — так называемых «мірских», или «мiрян».

Суть монашеских обетов вкратце можно выразить так.
Обет послушания — это согласие на ежедневное принесение себя, своей воли и своей «самости» в жертву, подобно тому, как Авраам согласен был принести в жертву Богу самое дорогое, что у него было — дороже себя самого! — сына своего Исаака. При этом Авраамом становится начальствующий над иноком, а Исааком — сам этот инок.
Обет девства — опять же самопожертвование.

Обет нестяжания — отречение от внешних благ мира при одновременном всецелом уповании на Бога даже и в отношении житейских земных потребностей.

Обет послушания особенно необходим иноку, чтобы суметь поставить себя в правильное отношение к Богу.
Ведь прародители наши пали через неповиновение Богу, чрез преслушание заповеди Божией не вкушать плодов от запрещенного древа познания добра и зла, и через то подверглись наказанию, отвержению от Лица Божия, оказавшись отсюда подвластны и проклятию смерти. И вот теперь каждый инок жаждет восставить себя милостью Божией от этого грехопадения и, достигнув спасения во Христе, усвоив плоды Его Воскресения, войти, подобно евангельскому благоразумному разбойнику, в рай, войти в Царство Небесное. Поэтому на вопрос: «Зачем монаху необходимо послушание?» можно ответить очень просто: «Чтобы войти в рай». Как говорит преподобный Афанасий Великий: «Как Адам за ядение [запретного плода] и преслушание изгнан из рая, так тот, кто желает опять войти в рай, входит в оный постом и послушанием».
Ту же мысль утверждает и Святой блаженный Диадох: «Адам, отвергнув послушание, ниспал в глубокий тартар. Господь же, возлюбив Адама, был послушен Своему Отцу до Креста и смерти, дабы, своим послушанием уничтожив вину человеческого преслушания, ввести в блаженную и вечную жизнь поживших в послушании. Итак, вступающие в борьбу с диавольскою гордынею должны прежде всего стараться о послушании; оно, предводительствуя нами, укажет нам безошибочно все стези добродетелей».
По словам преподобного Иоанна Кассиана, послушник должен быть подобен распятому на кресте. Как распятый на кресте ничего уже не может делать сам, так и послушник ничего не должен делать по своей воле, но всё исполнять по воле другого. Послушник при этом, естественно, нуждается в опытном наставнике духовной жизни — чтобы не заблудиться ему на пути к Царству Небесному. Об этом говорят — Святитель Василий Великий, Святой преподобный Иоанн Лествичник, Авва Дорофей, Святой преподобный Иоанн Кассиан, Петр Дамаскин и другие.
Послушание должно оказываться духовному отцу, а в его лице — Самому Богу! Цель послушания — удобнее пресекать злонравие души, как можно скорее обезсиливая её греховные наклонности, давать доброе направление всей умственной и нравственной деятельности инока, постепенно образуя и утверждая нравственно–добрый его характер. Всё это и позволяет монашествующему достаточно прямым и безопасным путём восходить к высшему духовному совершенству.
Послушание является великой добродетелью Недаром послушание почитается — на основе огромного опыта монашества — даже выше поста и молитвы. Как говорит афонский старец Силуан (Ныне уже прославленный, будучи причисленным к лику преподобных. – Составит.) : «Послушанием хранится человек от гордости; за послушание даётся молитва; за послушание даётся и благодать Святаго Духа. Вот почему послушание выше поста и молитвы».
Истинный послушник, поступая по чистой совести, не боится, по словам преподобного Иоанна Лествичника, и самой смерти, но ожидает её — как сна, или, лучше сказать, как жизни, будучи уверен, что при исходе из сей жизни потребуется отчёт не от него, а от его наставника.
Обет девства приносится иноком как особый дар Богу. Девство не обязательно для достижения Царства Божия. Супружеская жизнь благословлена Богом. Царства Божия достигают и состоящие в браке. Но как в любом Царстве знатные и богатые горожане не только дают Царю дань, но и приносят ему порой богатые дары, получая за это в свою очередь особые милости и награды, так и монахи приносят Богу обет девства как особый Ему дар от их чистых душ — с надеждой на особое угождение Богу, а отсюда и на получение Его милости в Царствии Божием.
Принесения обета девства является со стороны монаха также и выражением стремления посвятить служению Богу все свои силы, чтобы свободнее, безпрепятственней и совершеннее служить Богу и подвизаться в иноческих подвигах. Как говорит Святой Апостол Павел: «оженивыйся печется… како угодити жене» (1 Кор 7:33), а «не оженивыйся… како угодити Господеви» (1 Кор 7:32).

Обет девства имеет своим основанием пример Самого Иисуса Христа и обет девства Пресвятой Девы Богородицы, и по Рождестве Сына Божия пребывшей Приснодевою; к тому же обет сей основывается и на словах Спасителя: «Могий вместити да вместит» (Мф 19:12).
Добродетель девства является равноангельской — ибо, как говорит Господь, разъясняя, накпример, характер человеческих отношений в духовном мiре: по «воскресении ни женятся, ни выходят замуж, но пребывают, как Ангелы Божии на небесах» (Мф 22:30).
Святые Отцы высоко отзывались о великой добродетели девства. Так Св. Киприан Карфагенский говорит: «девственницы суть цветы в вертограде Церкви, красота и благолепие благодати, торжество природы, славнейшая часть стада Христова». Подобную же высочайшую оценку этой поистине жертвенной дани человека Богу — как свидетельства всепоглощающей любви к Нему и, одновременно, как обратного драгоценного дара Божия человеку — мы встречаем и у Св. Антония Великого: «девство есть печать совершенства, подобие Ангелам, духовная и святая жертва; венец, сплетённый из цветов добродетели, благоухающая роза, оживляющая всех, находящихся близ неё, приятнейшее благоухание Господу Иисусу Христу, великий дар Божий, залог будущего наследия в Царстве Небесном» (Письмо 17-е о девстве). Преимущественно девство и делает душу невестою небесного Жениха–Христа, а тело — храмом Святаго Духа (ср. 1 Кор 3:16,17; 6:19).
Обет нестяжания также приносится монахом Богу — с целью более удобного достижения духовного совершенства. Принятие такого обета полностью соответствует ответу Спасителя, который Он дал некоему юноше, вопрошавшему Его о том, что же ему следует делать, дабы наследовать жизнь вечную. Как сказал тогда Господь: «Аще хощеши совершен быти, иди, продаждь имение твое и даждь нищим: и имети имаши сокровище на небеси: и гряди вслед Мене» (Мф 19:21).
Обет нестяжания есть также выражение упования на Бога, на Его спасительный Промысл, Его заботу и попечение о человеке. Поэтому и в чине монашеского пострига произносятся замечательные слова, внушающие постригаемому уверенность в попечительной о нём заботе Божией: «Аще и мать забудет исчадие свое, Аз не забуду тебя никогда»!
Необходимым, неизменным правилом в отношении внешней нищеты для монаха должно быть следующее: по отречении от міра не только не приобретать и не иметь у себя ничего такого, в чём нет необходимой нужды в настоящее время, но, по возможности, всё более и более ограничивать и самые необходимые потребности жизни. Это — общее правило, от исполнения которого монах никогда не должен уклоняться.
Так, по правилам святых подвижников, одежда монаха должна быть не драгоценная, не пышная, но соответствующая духовной нищете монаха. Он должен не тщеславиться ею, но и в одежде являть смиренномудрие.
Касательно и пищи монах не должен иметь ничего лишнего, ничего, что превышало бы дневную нужду: например, не должен иметь у себя в келье даже и куска хлеба для следующего дня и уж тем более — особенно в условиях общежитной обители — заботиться о заготовлении пищи на многие дни, по заповеди Спасителя (см. Мф 6:25–34).
Монах всегда должен пользоваться только самым необходимым и добровольно расставаться со всем тем, что рано или поздно у нас отнимет смерть: не должен он через стяжание привязываться к земле. Не должен он заботиться о стяжании имения и для того, чтобы не ослаблять в себе надежды на Бога и усердия в духовных подвигах.
Например, при жизни преподобного Кирилла Белозерского в его обители никому не позволялось иметь что–либо в келье, кроме самых нужных вещей, и называть что–либо «своим» – но всё у них было общим.
III

Монашество, имея целью служение Богу, угождение Ему и личное спасение, всегда благотворно влияло на мір — иногда и не замечая того – помогая ему как на путях всеобщего спасения, так и во многих добрых делах, проявляя тем самым обильную любовь к ближнему. Как говорит о такой роли монашества аскетический писатель Епископ Петр: «Монашество, или что то же — обеты девства, нестяжательности и послушания, составляющие [собственно подвижническую] сущность монашества, возвышая истинного последователя Христова на высшую степень совершенства — святости жизни и чистоты вéдения предметов Божественных и человеческих, составляет истинный духовный цвет, украшение Церкви, образует лучших её служителей и ратоборцев против царства тьмы, а через это имеет благотворное влияние на всех членов Церкви».
Кратко, но замечательно точно говорил о том же самом и преподобный Иоанн Лествичник: «Свет инокам суть Ангелы, а свет всем мірским людям суть иноки»!
Монахи–подвижники во все времена, вместе со своими епископами, защищали Православие от еретиков. Так, преп. Антоний Великий по вызову Св. Афанасия Великого вместе с ним мужественно боролся против ариан; Св. Кирилл Александрийский посылал монахов для защиты Православия против несториан и особо хвалил их ревность. Многие Святители и Преподобные столь же ревностно защищали иконопочитание от иконоборцев — например, Св. Никифор Исповедник, Патриарх Константинопольский, преподобный Иоанн Дамаскин, преподобный Феодор Студит и другие.
Бывало также, что Святители и даже простые пустынники иногда вступались за провинившийся народ перед Императорами — и имели успехи: из уважения к ним Императоры прощали народ, меняя свой гнев на милость. Недаром Святитель Иоанн Златоуст утверждает: «Добродетель монахов есть хранение всей земли. Добродетель их покрывает пороки людей», а Св. Григорий Великий говорит, что монашеские обеты суть спасение мира, ибо ими отвращаются войны и моровые язвы, — в доказательство сказанного напоминая о том, что Рим спасся от оружия лангобардов именно благодаря молитвам святых дев, которых в нём тогда было до трёх тысяч.
И просветителями, например, славянских народов были тоже монахи — Святые Равноапостольные братья Кирилл и Мефодий, составившие для славян алфавит.
И первое просвещение Руси по её Святом Крещении шло из монастырей, и учиться наши благочестивые предки начинали по Псалтыри — этой особо драгоценной для каждого монаха–подвижника книги.

А сколько потрудились над просвещением прежних язычников: например, в Древней Перми — преподобный Стефан, или среди эстонской чуди — игумен Корнилий, преподобномученик Псково–Печерский!
Монашество незаменимо и в делах управления Церкви, ибо по православным церковным канонам все архиереи поставляются только из монашеского чина: все эти Святители — светильники и Ангелы Поместных Церквей и отдельных епархий — берутся из числа лишь монашествующих. Духовно окормляя свои Церкви и епархии, какую великую апостольскую пользу приносят они своей многочисленной пастве!
А сколь многие из них писали поучительные и духовно назидательные творения — какие славные имена великих наших Святителей: Димитрий, митрополит Ростовский, Тихон Задонский, Филарет, митрополит Московский, епископ Игнатий (Брянчанинов), епископ Феофан, затворник Вышенский… Все они приносили и приносят своими творениями неоценимую пользу и инокам, и мирянам, духовно их просвещая и научая. Вспомним также и о том, что многие семинарии и духовные училища России содержались во многом за счёт монастырей, а иногда и существовали прямо при них.
Иноки полезны всегда и для всех — благими советами и наставлениями, высокими примерами добродетелей и истинной христианской любви, своими тёплыми молитвами о всём нашем грешном міре.

Как поучает афонский подвижник, старец Силуан, именно монах является особым молитвенником о всех: «Монах — молитвенник за весь мiр; он плачет за весь мiр; и в этом его главное дело… Ни пастыри Церкви, ни монахи — не должны заниматься мірскими делами, но подражать Божией Матери, Которая в храме, во «Святая Святых», день и ночь поучалась в Законе Господнем и пребывала в молитве за народ… Мір думает, что монахи — безполезный род. Но напрасно люди так думают. Они не знают, что монах — молитвенник за весь мір, не видят его молитв и не знают, как милостиво Господь принимает их. Монахи ведут крепкую брань со страстями, и за эту борьбу будут велики у Бога».
Иноки во все времена были лучшим оплотом Православия и чистоты учения Церкви, распространителями веры Христовой.
Из монастырей иногда шло и спасение Родины от иноземного ига. Так, по молитвам и благословению преподобного Сергия Радонежского, Великим князем Димитрием Донским было свергнуто на Руси татарское иго. Преподобный Сергий дал ему не только своё благословение, но прислал и двух иноков в помощь — Александра Пересвета и Андрея Ослябю; он же поддерживал князя и своими письмами, и последующими молитвами — и победа была за Русью!
Знаменитая Троице–Сергиева Лавра, основанная Преподобным, помогала содержать войска, питала бедных во время голода и бедствий, печатала книги для духовного просвещения. Вот уже более полутора веков в ней находится Духовная Академия, стремящаяся воспитывать духовно просвещённых пастырей и архипастырей...
Итак, монашество и его деятельность всегда были полезны и міру. И, несмотря на довольно тяжёлые условия, в которых пребывает нынешнее монашество, в нём всё-таки есть приток молодых сил, молодых людей — одарённых, образованных, ревностных в деле Божием и любящих Церковь, и потому монашество, этот «цвет христианства», ещё продолжит своё существование на благо Церкви Христовой и Божия міра, молитвенниками за который и являются православные иноки — современные духовные наследники великих Святителей, Преподобных и Всех Святых, в монашеском чине Господу угодивших…

Похожие:

Аще хощеши совершен быти, иди, продаждь имение iconКрасивой старой даме
«Иди со мной в грозу и дождь! Иди со мной в грозу и дождь! Внемли мой клич, Стремись постичь Простор земель и вод!» Ижизнь обнять...
Аще хощеши совершен быти, иди, продаждь имение iconAnnotation «Встань и иди» роман о девочке-подростке, которую война...

Аще хощеши совершен быти, иди, продаждь имение iconПатриция Вентворт Опасная тропа
Не успела Рейчел Трехерн унаследовать огромное состояние и прекрасное имение, как в ее дом тотчас зачастили бедные родственники....
Аще хощеши совершен быти, иди, продаждь имение iconИван Сергеевич Тургенев Записки охотника вычитка М. Тужилин
Иван Сергеевич Тургенев был заядлым охотником. Он исходил с ружьем всю Орловскую губернию, где располагалось его родовое имение Спасское-Лутовиново,...
Аще хощеши совершен быти, иди, продаждь имение icon«Бальзак, Оноре. Собр соч в 24 т.: т с. 95-271.»: М.: Правда; Москва; 1960; Перевод: А. Худадова
Бальзаке врача, который первый дал имя их недугу. Он извиняет любой их неверный шаг, если только шаг этот совершен из любви, он решается...
Аще хощеши совершен быти, иди, продаждь имение iconВиктор Гутеев Пришлые
Российской армии Алексей Вольнов оказывается в глубинах космоса, где вынужден участвовать в жестоком противостоянии цивилизаций....
Аще хощеши совершен быти, иди, продаждь имение iconЧтобы быть хорошим преподавателем
«Выходи за меня», и девушка, улыбаясь, сказала: «Да». Решение о женитьбе принято. И что же делать дальше? За что браться, как не...
Аще хощеши совершен быти, иди, продаждь имение icon2 Алфавит языка логики Имена предметов это отдельные слова иди словосочетания,...
По составу различают имена единичные (элементы) и множества. Имена признаков качеств, свойства или отношения нaзывaются предикатами....
Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
Школьные материалы


При копировании материала укажите ссылку © 2014
контакты
vb2.userdocs.ru
Главная страница