Сколько стоит вон тот самолет? спрашивает у продавца рыжеволосая молодая женщина, держащая за руки двух одинаковых мальчишек


НазваниеСколько стоит вон тот самолет? спрашивает у продавца рыжеволосая молодая женщина, держащая за руки двух одинаковых мальчишек
страница1/48
Дата публикации24.05.2013
Размер4.52 Mb.
ТипДокументы
vb2.userdocs.ru > Медицина > Документы
  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   48


Пролог
- Сколько стоит вон тот самолет? – спрашивает у продавца рыжеволосая молодая женщина, держащая за руки двух одинаковых мальчишек.
- Вдаль он с собой все равно не возьмет, - задумчиво говорит один из мальчиков.
- Мам, он опять начал! – недовольно тянет второй, дергая женщину за руку.
- Тише, Том. Билл, хватит говорить стихами!
- …крылья ему вы давно поломали…
Продавец с выпученными глазами смотрит на юного стихоплета, сосредоточенно рассматривающего игрушечный самолетик на прилавке. Сощуренный, внимательный взгляд красивых карих глаз исследует каждый миллиметр незамысловатой игрушки, игнорируя наставления матери о правильном поведении в общественных местах и подшучивания рядом стоящего брата. Близнецы. Это сразу видно. Вот только во взгляде одного есть что-то, чего не прослеживается у другого. Что-то, заставляющее замирать и смотреть на этого маленького человечка, забавно слагающего простые рифмы.
- Билли, ты все понял? – устало вздыхает мать, завершив свою речь.
- А по небу несутся белые кони…
- О нет, ну сколько можно! – взвывает женщина и поворачивается к ничего не понимающему продавцу. – Извините пожалуйста, это мой сын…он…он…
- Идиот, - завершает за нее другой пацан.
- …он ведь не просит, он просто берет…
Женщина густо краснеет и, что-то неразборчиво пробормотав, молниеносно вылетает из магазина игрушек, прихватив с собой близнецов. Продавец лишь качает кучерявой головой и возвращается к своей работе, прокручивая в памяти глаза маленького поэта.


POV Том.

Сколько я себя помню, ты всегда был таким. Всегда отвечал на вопросы бессмысленными рифмами, пугая людей и заставляя нашу мать стыдиться тебя. Всегда смотрел на меня своими черными глазами, словно ожидая какой-то поддержки. А я лишь дарил тебе взгляд, полный немой ненависти. Наверное, ты не понимал меня. Ты не понимаешь людей вокруг, равно как и они тебя. За что природа наградила тебя этим уродством? Почему ты ненормальный? Возможно, ты расплачиваешься за мою идеальность… Ведь я, в отличие от тебя, получился самым настоящим человеком. Я красив, умен, обладаю искрометным чувством юмора. А еще я вынужден терпеть тебя… Терпеть и тихо ненавидеть за то, что ты есть в моей жизни.
А ведь сегодня наш день рождения. Ты знаешь об этом? Навряд ли… Для тебя все дни одинаковы. И лишь рифмы, которые срываются с полных губ, всегда разные… Откуда они в твоей голове, Билл? Иногда мне становится страшно от осознания того, что ты навсегда останешься таким. Что всю жизнь я буду тащить тебя на своей спине, отказавшись от нормальной жизни, лишившись многих удовольствий и поставив крест на человеческой жизни. Жизни, в которой нет тебя. Ты мой якорь, Билл. Ты упал рядом со мной в тот день, когда прозвучал мой первый крик, и держишь до сих пор. За что мне это?..
Я не могу пригласить друзей, знакомых, чтобы провести этот день, расплескивая шампанское и с довольной улыбкой выслушивая многочисленные тосты. Не могу включить оглушительную музыку и насладиться теплом девичьих тел, которые липнут ко мне, стоит только блеснуть в их сторону взглядом. Я элементарно не могу пойти в клуб и просто расслабиться. И все потому, что сейчас ты сидишь передо мной и слегка улыбаешься, глядя как-то сквозь меня. А ведь твоя улыбка совсем не изменилась…ты повзрослел, как и я, а она осталась прежней. Как и твои глаза. Порой мне кажется, что ты нормальный человек…но это только иногда, в те моменты, когда ты долго и пристально рассматриваешь меня, каждую мою черточку, при этом немного хмурясь и закусывая губу. Но потом я задаю какой-нибудь вопрос, а в ответ слышу все те же рифмы… Знаешь, я ненавижу стихи.
Чувствую внезапное прикосновение теплых пальцев к своей руке. Ты тянешься ко мне, загадочно улыбаясь, смотря с такой детской нежностью, что мне грезится, будто передо мной совершенно нормальный человек, такой же, как и я. Вздрагиваю и слегка отодвигаюсь от тебя, брезгливо сбрасывая хрупкую кисть. Не касайся меня, брат. Я не хочу чувствовать себя виновным за твою убогость.
Ты недовольно хмуришься и на четвереньках подползаешь ко мне, сосредоточенно крадясь пальцами к моей руке, сжатой в кулак. Что тебе нужно? Я не понимаю… Но меня пугают твои глаза. Раздражает эта щемящая нежность. Ведь ты не осознаешь своих действий! Ты это делаешь потому, что какая-то часть твоего тела так хочет.
- Билл, отстань, - нервно бросаю я.
Говорю и резко поднимаюсь с твоей кровати. Собственно, я пришел сюда всего лишь для того, чтобы принести тебе завтрак. Ты недоуменно смотришь на меня и незамедлительно выдаешь:
- Ты мой кусочек, мой маленький рай.
Усмехаюсь. Ну а что я отвечу тебе на это? Ты ведь просто бросаешь эти рифмы мне в лицо, не понимая их смысл, всего лишь красиво слагая слова в незамысловатые предложения. Но иногда мне кажется, что в твоих рифмах заложен какой-то смысл… Что ты хочешь сказать мне нечто важное, рвущееся из тебя. Был бы ты нормальным… Нет! Я не хочу знать, что крутится в твоей голове. Не желаю раскапывать каждый закоулок твоих мыслей, часами разгадывая значение той или иной фразы. Ведь это всего лишь бред полоумного человека… Моего брата.
Брезгливо глажу тебя по голове и тут же отдергиваю руку, словно боясь заразиться твоим сумасшествием. Твой врач говорит, что нужно почаще показывать тебе свою любовь, тогда у тебя будет меньше приступов и возможно появятся шансы на выздоровление. Шансы? Ты такой с рождения, какие тут могут быть шансы… И знаешь, мне ведь нечего тебе показывать. Нет любви. Пусто. Ты своими глазами, которые с какой-то затаенной надеждой шастают по моему лицу, отнимаешь все чувства, оставляя только страх. И что-то, похожее на отвращение. Может, ненависть? Наверное так… И плевать, что она неоправданна. Я ненавижу тебя уже за то, что ты есть. Что ты похож на меня. И что ты жалок в этом подобии. Ты как кривое зеркало, которое искажает мою идеальную реальность. Говорят, если зеркала разбиваются – быть беде. Но иногда я представляю, что было бы, если б ты исчез однажды. И знаешь, Билл…на моих губах появляется облегченная улыбка.
Отхожу от тебя подальше, боясь, что ты сейчас будешь из чувства благодарности лезть ко мне и пытаться получить еще порцию моей брезгливой ласки. Не дождешься, Билл. Это был твой паек на сегодняшний день, который ты получил, довольно зажмурив глаза и мечтательно улыбнувшись. Не будь я твоим братом, я бы залюбовался тобой в этот момент. Ты красив, не спорю… Как ты можешь быть не красив, если ты мой близнец! Да уж… Близнец…сидящий сейчас на кровати с абсолютно тупым выражением лица, на котором написано непонятное мне блаженство. Темные глаза, которые всегда напоминали мне черный кофе, снова скользят по мне, и я почти ощущаю их путь. Слегка ежусь от этого, чувствуя себя немного неловко. Изучаешь меня? Что ты видишь перед собой, Билл?.. Отчего ты так счастливо улыбаешься всякий раз, когда ловишь мой настороженный взгляд? И почему у меня всегда так много вопросов, каждый из которых непременно связан с тобой…
- Так все, сиди тут тихо, - бормочу я, избегая твоего взгляда. – Я тебя накормил, с тебя несколько часов тишины и спокойствия. И не вздумай мне что-либо отвечать!
- Если есть чувство, его не отнять… - почти поешь ты, и мне хочется заткнуть уши.
- Какое еще чувство, что за бред? – ору я. – Ты достал!
- Тихо, не надо, ты просто устал…
- Заткнись, убожество! Слышать тебя больше не могу!
Пулей кидаюсь к твоей тумбочке, на которой стоит пустой поднос из-под вчерашнего ужина. Это невыносимо! Как же ты меня раздражаешь, выводишь из себя одним звуком своего тихого голоса! Как мне достучаться до твоей отсталой головы, как сказать, что ты лишний в этой комнате?! Лишний в моей жизни!
Быстро хватаю поднос, случайно снеся при этом твои электронные часы, которые с грохотом полетели на пол. Мне все равно! И мне плевать, что такое мое поведение и этот шум могут напугать тебя. Ты сам добился всего этого!
Торопливо выхожу из твоей мерзкой комнаты, громко дыша и борясь с желание развернуться и ударить тебя по ничего не понимающему лицу. Так, чтобы кровь хлынула из твоего аккуратного носа, намочив собой белоснежное постельное белье и запачкав твою кожу. Хочу наслаждаться, глядя, как ты страдаешь. Отомстить за свою жизнь, которая просто развеяна прахом…из-за тебя…
Громкий хлопок дверью не мешает мне услышать очередную рифму, которую ты незамедлительно придумал мне в ответ:
- Не презирай…ведь так я умру.


Барабанная дробь пальцев по темной глади стола мешает мне успокоиться и выкинуть из головы твой чуть хрипловатый голос. Твои такие по-детски наивные, всегда широко распахнутые глаза, в которых будто едва заметной дымкой витает немой вопрос, который ты хочешь мне задать, но не можешь, как бы не старался. Вместо этого твои рифмы…глупые, пробирающие холодом стихи, которые я так ненавижу. Я их боюсь. А ты просто говоришь все это, не задумываясь…потому что тебе нечем задумываться. Может, это вовсе не твои слова? Наверное, это твое сердце нашептывает тебе такие слова…
Боже, что за бред!
Я ведь и сам сойду с ума…если проведу всю жизнь рядом со своим близнецом.
Всю жизнь.
^ ВСЮ ЖИЗНЬ?!
Я не хочу…мне нужна свобода. Свобода от тебя. Та, которая сейчас кружится высоко над моей головой, и как бы сильно я не хотел – не достать. Судьба сыграла отличную шутку в день нашего с тобой рождения. И сейчас она наверняка самодовольно ликует, ухмыляясь моему отчаянию и почти безумным мыслям.
Я не позволю делать из себя заточенного в лабиринты разума собственного брата. Я никогда не буду пленником, ты слышишь меня, Билл?! Оставайся там один…в своей густой тьме. А мне пора на свет…пора на волю, вкус которой я не знал до этих пор. Пришло время становиться человеком, а не выдрессированным зверем, задача которого – послушно угождать умалишенному братцу. Все равно ты никогда не станешь нормальным…никогда не улыбнешься мне потому, что действительно осознаешь мой приход в твою комнату. Никогда не скажешь осмысленных слов, которые вызвали бы у меня желание завести с тобой длинный, содержательный разговор, беседу со своим братом… Никогда ты не будешь мне братом, Билл. А я не хочу такой игры в одни ворота… Я не раб твоей болезни. Я человек, который хочет ЖИТЬ.
И мне плевать, что сейчас ты там один! Хотя я и знаю, что доктор запрещает оставлять тебя одного надолго, объясняя это тем, что одиночество угнетает тебя и может принести осложнения. Нет! Тебе не может быть хуже, чем сейчас… А вот у меня есть одно осложнение. И это ты.
Я не пойду сейчас к тебе…не дам той ласки, которая так необходима. Не загляну в черные глаза, мысленно передернувшись от их чересчур внимательного взгляда. Я просто не вернусь к тебе сегодня. Потому что это МОЙ день. Мой праздник. Если один из нас обделен счастьем быть разумной частичкой этого мира, то это не значит, что второй должен привязать себя к первому нерушимыми цепями.
Резкий рывок к телефону, пальцами по холодным кнопкам. Как давно забытый ритуал… Пара гудков…
- Алло!
- Эээ… Алан?? Привет, дружище…
- Том? – почти нескрываемое удивление на том конце. – О, не ожидал тебя услышать. Ну здравствуй!
- Ал, тут такое дело, - неуверенно заминаюсь. Как же давно я никого не звал… - В общем, у меня сегодня день рождения, и я подумал – а почему бы не закатить вечеринку, а? Придешь?
- Каулитц, я слышу от тебя разумные слова? – смеется Алан. – Ты и вечеринка?.. Ух ты…удивил, брат. Ну что ж, для друга все, что угодно! Жди гостей, Томас!
- Спасибо, пока…
Не могу сдержать широкой улыбки, которая скользкой змеей расползается по моему лицу. Сегодня у меня будет настоящий праздник. Это мой день и мое право на счастье.
А ты, Билл, сходи с ума в одиночку.
Не касайся меня.

Знаешь, а это оказывается так потрясающе – когда вокруг тебя много людей, каждый из которых с готовностью протягивает тебе выпивку, как только пустеет стакан. Они все смеются, танцуют… И хотя перед моими глазами уже немного другая, до странности искаженная реальность, одно я знаю точно – так хорошо мне не было никогда.
Я стою чуть поодаль ото всех и наблюдаю за этим сладостным безумием. Алан не поскупился на выпивку и прочую дрянь, и теперь в моей голове витают странные мысли, постепенно вытесняя все переживания, связанные с тобой, братишка. Тут двигают своими соблазнительными телами девушки… А ты всего этого не видишь. Лишь я могу наслаждаться тем, как маняще поблескивает их влажная от пота кожа, как томно прикрываются разные глаза с одинаково ярким макияжем, как волшебно покачиваются округлые бедра и призывно открываются полные губы. Я точно знаю – подойди я к любой из них, она мне не откажет. Лишь с радостью ответит на наглый поцелуй, обхватывая меня своими проворными руками. Но я не сделаю этого. Не хочу…пока что.
Отхлебываю какой-то алой жидкости из своего бокала и слегка морщусь. Непривычно крепкий напиток проходит по моему горлу, обжигая своим искусственным огнем. Зачем я это пью, если вкус подобного пойла заставляет лишь брезгливо кривиться и спешно затягиваться сигаретой, чтобы хоть как-то заглушить противный привкус? Не знаю…просто…это мой день рождения. Сегодня я хочу много пить. Я хочу сойти с ума на один день, чтобы почувствовать – каково это, когда в твоей голове слагаются рифмы…
А ведь я даже ничего не подарил тебе. Да чего уж там… Я элементарно не смог поздравить тебя. Да и зачем?.. Ты бы все равно не оценил моих стараний. Лишь глупо улыбнулся бы в ответ на мои слова и снова сказал очередную рифмованную нелепицу. Мои труды того не стоят… О да, они стоят куда больше, чем твои тупые стихи. Тебе ведь это не нужно, Билл? Тебе не нужен я… Правда ведь тебе сейчас хорошо, там, в своей комнате? Ты один…что может быть лучше для безумца. Я запер тебя, даже не оставив стакана воды на столе. Ничего, перетерпишь… Даже умалишенные должны взрослеть. Ты должен хоть как-то понять, что я не буду всю жизнь рядом с тобой.
- Эй, нянька, а где твой двинутый брат? – доходит до меня насмешливый голос далеко не трезвого Алана. – У него вроде как тоже праздник! Почему же он не с нами?
- Не неси бред, Ал, - сухо отвечаю. – Ему нечего здесь делать. Мой братишка слишком туп, чтобы понимать, почему мы тут празднуем.
- Ну, все же, - щурится Ал и подходит ко мне ближе, чуть покачиваясь. – Он тоже имеет право на этот день. Может, выпустишь его к нам?
- Отвали, - огрызаюсь. Не нравится мне его взгляд…
- Ладно тебе, Том. Ну что в этом такого? Не съедим же мы его, честное слово! Ну Тооооом…
- Я сказал, отвали. Тем более его доктор запрещает помещать Билла в большие компании людей. Это может принести ему вред.
- Брось, нас не так уж и много. Человек тридцать от силы. И то, оглянись вокруг – половина на бровях ползает… Ну так что? Пригласим братца?
- Я тебе уже все сказал. Нет!
- Что, так боишься за него? – чуть не давлюсь коктейлем, когда Ал подходит почти вплотную и начинает шептать мне на ухо, неприятно дыша горячим воздухом. – Неужели тебе это не надоело, Том… Посмотри, на кого ты похож. Сиделка, ручная собачка Билли. Ты от него зависишь, Том. Ты ему задницу подтираешь, а он пользуется этим… Не устал еще чувствовать себя второсортным? Ну попробуй ты из него нормального сделать. Хоть разок…покажи его нам.
Произнеся эту речь, каждое слово которой заставило меня злобно сжимать зубы и бороться с желанием не вмазать ему, Алан отстранился, давая мне возможность облегченно вздохнуть, и вопросительно вперился в меня чуть сощуренными глазами. Я стою и чувствую, как внутри меня беспомощными лохмотьями вздымается благоразумие, настойчиво велящее не обращать внимания на все эти слова…но наперекор ему ярким пламенем вспыхивает злость от осознания правоты всех его фраз. Радуйся, Алан, ты сумел надавить на точку, в которой находится главное сосредоточие всех моих страхов и глубоко затаенных желаний. Нашел очаг моей злобы. И сейчас я слишком остро понимаю, что не смогу отказать прежде всего самому себе…

С непонятным самому мне вызовом смотрю Алану прямо в глаза и вижу, как по его тонким губам расползается довольная улыбка. Он ведь уже понял, верно? Он знал, на что давит.
- Я сам приведу его, - разворачиваюсь, чтобы подняться в твою комнату, но меня останавливает крепкая рука, с силой сдавившая плечо. – Ал, в чем дело? Я же уступил тебе…сейчас Билл будет здесь.
  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   48

Похожие:

Сколько стоит вон тот самолет? спрашивает у продавца рыжеволосая молодая женщина, держащая за руки двух одинаковых мальчишек iconУбита молодая женщина одна из двух сестер-близнецов. Полиция быстро...
Убита молодая женщина – одна из двух сестер-близнецов. Полиция быстро выходит на след преступника, но никаких объяснений кровавому...
Сколько стоит вон тот самолет? спрашивает у продавца рыжеволосая молодая женщина, держащая за руки двух одинаковых мальчишек iconНаталия Терентьева Куда улетают ангелы Наталия Терентьева куда улетают ангелы
Выгляни в окно. Видишь, вон там, под деревом, стоит босая женщина с ребенком? Это мы с Варей к тебе пришли
Сколько стоит вон тот самолет? спрашивает у продавца рыжеволосая молодая женщина, держащая за руки двух одинаковых мальчишек iconВ переходе возле станции метро сидит женщина неопределенного возраста
Я ходил мимо женщины около месяца. Я догадывался, кому уходят деньги, жертвуемые многочисленными прохожими. Уж сколько говорено,...
Сколько стоит вон тот самолет? спрашивает у продавца рыжеволосая молодая женщина, держащая за руки двух одинаковых мальчишек iconПлейер в карман, наушники в руки и на носочках крадусь к двери. Если...
Мы знаем каждую трещинку, каждый изгиб этой дороги. Знаем когда и сколько раз ударяли мячом по заборам соседей. Сколько мы втихаря,...
Сколько стоит вон тот самолет? спрашивает у продавца рыжеволосая молодая женщина, держащая за руки двух одинаковых мальчишек iconAnnotation Жители селения, пожираемые жадностью, трусостью и страхом....

Сколько стоит вон тот самолет? спрашивает у продавца рыжеволосая молодая женщина, держащая за руки двух одинаковых мальчишек iconЭтот альбом поможет тебе чётко и правильно произносить звук
Посмотри на страницу Поставь пальчик на нарисованный в правом углу самолёт. Самолёт летит очень высоко, он как будто издаёт звук
Сколько стоит вон тот самолет? спрашивает у продавца рыжеволосая молодая женщина, держащая за руки двух одинаковых мальчишек iconБогатая Женщина Ким кииосаки богатая Руководство по инвестированию для женщин rich woman
Говорят, что за каждым преуспевающим мужчиной стоит сильная женщина. В моем случае это действитель­но так. Я бы никогда не достиг...
Сколько стоит вон тот самолет? спрашивает у продавца рыжеволосая молодая женщина, держащая за руки двух одинаковых мальчишек iconБогатая Женщина Ким кииосаки богатая Руководство по инвестированию для женщин rich woman
Говорят, что за каждым преуспевающим мужчиной стоит сильная женщина. В моем случае это действитель­но так. Я бы никогда не достиг...
Сколько стоит вон тот самолет? спрашивает у продавца рыжеволосая молодая женщина, держащая за руки двух одинаковых мальчишек iconВоитель света пролог
К востоку от деревни, на берегу моря стоит исполинский храм с множеством колоколов, промолвила женщина
Сколько стоит вон тот самолет? спрашивает у продавца рыжеволосая молодая женщина, держащая за руки двух одинаковых мальчишек iconЛето перед закатом
На пороге дома, скрестив на груди руки, стояла женщина и как будто чего-то ждала
Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
Школьные материалы


При копировании материала укажите ссылку © 2014
контакты
vb2.userdocs.ru
Главная страница