Зощенко М. М. Письма к писателю. Возвращенная молодость. Перед восходом солнца: Повести // Сост и вступ статья Ю. В. Томашевского


НазваниеЗощенко М. М. Письма к писателю. Возвращенная молодость. Перед восходом солнца: Повести // Сост и вступ статья Ю. В. Томашевского
страница9/20
Дата публикации24.05.2013
Размер2.67 Mb.
ТипСтатья
vb2.userdocs.ru > Медицина > Статья
1   ...   5   6   7   8   9   10   11   12   ...   20
^ КОММЕНТАРИИ И СТАТЬИ К ПОВЕСТИ "ВОЗВРАЩЕННАЯ МОЛОДОСТЬ"
1(к стр. 120)

Интересно отметить, что некоторые знаменитые люди рассматривали свою

хандру и "презрение к человечеству" как нечто высокое, малодоступное простым

смертным, полагая при этом, что это не признаки физического нездоровья и не

результат неправильной жизни, а что-то возвышенное и исключительное,

полученное ими в силу большого назначения жизни.

Обычно биографы из почтительности поддакивают этим мыслям и утверждают,

что гениальный человек не мог ужиться в той пошлой обстановке, которая

окружала его.

Между тем хандра есть совершенно определенное физическое состояние,

вызванное либо неправильной работой нервных центров, а стало быть, и

неправильной работой внутренней секреции, либо нерасчетливой тратой энергии,

не пополненной вовремя. Сколько мог заметить автор из тех же биографий,

физически здоровый человек с неутомленным мозгом не имел ни презрения к

людям, ни хандры, ни ужасов пошлости, а если находил эту пошлость, то

работал и боролся за то, чтоб улучшить будущее. Но, заболев, всегда

приобретал эти свойства. II (к стр. 120)

Вот список наиболее замечательных и всем известных людей (музыкантов,

художников и писателей), закончивших свою жизнь в самом цветущем возрасте:

Моцарт (36 л.), Шуберт (31), Шопен (39), Мендель-сон (37), Визе (37),

Рафаэль (37), Ватто (37), Ван-Гог (37), Корреджио (39), Эдгар По (40),

Пушкин (37), Гоголь (42), Белинский (37), Добролюбов (27), Байрон (37),

Рембо (37), Лермонтов (26), Надсон (24), Маяковский (36), Грибоедов (34),

Есенин (30), Гаршин (34), Джек Лондон (40), Блок (40).

Сюда можно добавить еще много имен знаменитых людей, умерших около

сорокалетнего возраста:

Мопассан (43), Чехов (43), Мусоргский (42), Скрябин (43), Ван Дейк

(42), Бодлер (45) и другие.

Необходимо отметить следующее: некоторые из этих замечательных людей

покончили жизнь самоубийством, иные умерли от чахотки, третьи от неожиданных

и, казалось бы, случайных болезней. Но если присмотреться ближе, то никакой

случайности не оказывается. Все совершенно логически вытекало из прожитой

жизни. Все было "заработано собственными руками" '.

Даже смерть от эпидемического заболевания не доказывает еще

случайности. Здоровый, нормальный организм оказал бы достойное

сопротивление, для того чтобы одержать победу над болезнью.

Автор хочет этим сказать, что случайной смерти как бы не существует.

Даже насильственная смерть, скажем, дуэль и смерть Лермонтова, скорее

похожа на самоубийство, чем на случайную гибель.

Дуэль и смерть Пушкина также в какой-то мере напоминает самоубийство

или желание этого, может быть даже и не доведенное до порога сознания. Во

всяком случае, если проследить все поведение поэта за последние три-четыре

года жизни, то это соображение покажется правильным. Достаточно сказать, что

Пушкин за последние полтора года своей жизни сделал три вызова на дуэль.

Правда, два первых вызова (Соллогуб, Репнин) остались без последствий, но

они были показательны - поэт сам стремился найти повод для столкновений.

Настроение искало объект * .

*) Автор не рассматривает этих людей вне эпохи. Нет сомнений, что

личное свойство и поведение того или иного человека создавались средой и

всеми особенностями эпохи. О чем мы и будем говорить попутно. В молодые годы

Пушкин давал повод для дуэли, но не стремился найти его.

Третья, состоявшаяся дуэль, привела Пушкина к гибели. Однако погиб не

тот здоровый, вдохновенный Пушкин, каким мы его обычно представляем себе, а

погиб больной, крайне утомленный и неврастеничный человек, который сам искал

и хотел смерти. Уже начиная с конца 1833 года жизнь Пушкина стремительно

идет к концу.

Можно вспомнить слова сестры поэта - Павлищевой:

"Если бы пуля Дантеса не прервала его жизни, то он немногим бы пережил

сорокалетний возраст".

И в самом деле: здоровье Пушкина в конце 1833 года резко изменилось.

Известна запись О.Пушкине в январе 1834 года (Граб-бе):

"Пылкого, вдохновенного Пушкина уже не было. Какая-то грусть лежала на

его лице". Осипова пишет в 1835 году:

"Приехал Пушкин, скучный и утомленный..." Муж сестры поэта пишет:

"Сестра была (в январе 1836 года) поражена его худобой, желтизной лица

и расстройством нервов. Ал. Серг. не мог долго сидеть на одном месте,

вздрагивал от звонка и шума..."

Начиная с 1834 года в письмах Пушкина все время попадаются такие фразы:

"Желчь волнует меня...", "От желчи здесь не убережешься...", "У меня

решительно сплин...", "Желчь не унимается...", "Все дни болит голова...",

"Начал много, но ни к чему нет охоты...", "Головная боль одолела меня...".

Эти письма написаны человеком несомненно больным, разбитым и страдающим

неврастенией.

Эта болезнь развивалась и усиливалась со дня на день и привела поэта к

желанию смерти. Известна запись, сделанная со слов Е. Вревской: "За

несколько дней до дуэли Пушкин, встретившись в театре с баронессой

(Вревской), сам сообщил ей о своем намерении искать смерти". Эта смерть была

не случайна.

Целый ряд противоречий, политических и личных, двойственное отношение к

своему социальному положению, запутанные материальные дела и почти

невозможность изменить жизнь - покинуть столицу без того, чтобы не

поссориться со двором,- все это расшатало силы поэта и привело его к такому

физическому состоянию, при котором поэт стал искать выхода в смерти.

В двух случаях Пушкин продолжал бы жить. Первое - Пушкин отбрасывает

политические колебания и, как, скажем, Гете, делается своим человеком при

дворе. Второе - Пушкин порывает со двором и идет в оппозицию.

Двойственное же положение, в котором находился поэт (кстати сказать, не

только по своей воле), привело его к гибели. Противоречия не ведут к

здоровью. Эта смерть была не случайна и неизбежна. Эта смерть была похожа на

самоубийство.

Самоубийство же, по мнению автора, не может быть случайным. Тут

громадная ошибка, когда говорят: у человека была сильная воля, и поэтому он

мог покончить с собой. Это, несомненно, не так. По большей части никакой

воли самоубийца не проявляет. Попросту у человека создается такое физическое

состояние, при котором уничтожение себя является как бы нормальным и не

случайным актом. (Можно допустить лишь редкие исключения.)

Обычно говорят: он покончил с собой, потому что у него было такое

душевное состояние. Это верно. Но тут пропускается одно звено. Такое звено

пропускают, когда, скажем, говорят: у пьяницы дрожали руки. Что это значит?

Это значит, что центры, истощенные и разрушенные алкоголем, плохо заведуют

движением.

У самоубийцы же душевное состояние, то есть мозг, ослабленный и

истощенный навязчивыми мыслями и в дальнейшем, может быть, отравленный ядами

неправильно работающих внутренних органов, приводит в такое полнейшее

расстройство все тело и всю секрецию, что человек, в сущности говоря, почти

не делает над собой насилия, заканчивая свою жизнь.

Конечно, бывают самоубийцы в состоянии аффекта, в состоянии

умоисступления. В этом случае картина упадка одинакова, хотя и не

равноценна. Мозг, охваченный тревогой, тоской, страхом, быстро истощаясь.

или. скажем, отравляясь, или находясь в полупарализованном состоянии,

приводит жизнь тела в такую. правда временную, негодность, что человеку не

составляет труда искать смерти.

Такого рода самоубийства, конечно, бывают нередко. Но это случается

главным образом с истерическими людьми и обычно имеет благоприятный исход,

поскольку сам самоубийца приходит (скажем, от холодной воды) в нормальное

состояние и деятельно помогает людям спасти себя, крича о помощи и требуя

спасательных кругов, врачей и карету "скорой помощи". Люди же, ищущие смерти

не в состоянии временного исступления, от такой помощи отказываются и,

спасенные раз, все равно и почти всегда заканчивают свои дни насильственной

смертью.

Природа в этом смысле как бы идет навстречу. Ослабленный,

полупарализованный мозг почти не имеет реакций на боль, и, стало быть, страх

смерти и инстинкт сохранения жизни значительно притупляются.

Приходилось видеть на войне, как раненые и ошеломленные люди долго не

ощущают не только боли, но даже и своей раны.

В декабре 1930 года я видел, как раненых при катастрофе (товарный поезд

подмял под себя трамвай) отвозили в больницу. Один молодой человек, находясь

в сознании, сказал пожарному:

- Я сам доберусь до больницы. Помогите лучше вот этой женщине. У нее,

кажется, сломана рука.

Как оказалось в дальнейшем, у этого молодого человека были вдребезги

разбиты ноги. И не только пойти - он не мог даже двинуться.

Тут природа как бы подготовляет человека к смерти, нередко лишая его

разума и чувствительности. При любой почти смерти, даже, скажем, при

замерзании, симптомы обнаруживаются прежде всего со стороны нервной системы.

Замечается сильное притупление ощущений и полное отсутствие

чувствительности. Мозг находится в полупарализованном состоянии, и переход к

смерти нечувствителен.

И, стало быть, наоборот - чем-либо ослабленный и полупарализованный,

истощенный мозг не защищает организм от смерти, а, напротив того,

способствует ей, даже ищет ее и, во всяком случае, поощряет поиски.

Конечно, некоторые самоубийства на первый взгляд поражают и изумляют

своей казалось бы неожиданностью.

Джек Лондон, этот здоровяк и "матрос", этот писатель величайшего

оптимизма и утверждения жизни, покончил с собой на сороковом году жизни.

Смерть эта казалась действительно неожиданной и невероятной. Родные писателя

долгое время даже скрывали это обстоятельство.

Что же оказалось? Джек Лондон в течение восьми-девяти лет написал

столько, сколько другой писатель, при нормальной работе, мог бы сделать в

течение своей продолжительной жизни.

Почувствовав крайнее утомление, писатель бросает работу и уезжает на

какие-то чуть ли не Соломоновы острова, надеясь там починить свое здоровье

долгим отдыхом и путешествием.

Однако мозг, ослабленный крайним и длительным напряжением и отчасти

алкоголем, не мог восстановить и даже поддержать нормальную работу

организма. Потерянная инерция, на которой держался писатель, рухнула. И

реакция была столь велика, что человек без сожалений расстался со своей

жизнью.

Это, так сказать, в общих чертах картина гибели этого человека. Какова

же внутренняя механика гибели? Как простыми словами, не переводя на язык

науки, точнее объяснить механизм этой катастрофы?

Мозг, то есть нервные центры мозга, заведует всем внутренним хозяйством

и регулирует работу всех органов.

Усиленная мозговая работа возбуждает и искусственно усиливает

деятельность всех органов. (Заметим, что чем сильнее нервные раздражители,

тем обычно интенсивней эта внутренняя работа органов.)

Но вот работа прекращена. Нервных раздражителей больше не существует.

Привычный поток крови к нервным центрам и усиленное питание этих центров

прекращается. Работа центров идет вяло и с перерывами. Это влечет за собой

вялость и даже по временам бездеятельность многих органов внутренней

секреции. И налицо картина крайнего ослабления и крайнего упадка жизни.

У Лондона нервное раздражение, в силу огромной работы, было чрезвычайно

велико. Тем сильнее оказалась реакция, когда эти раздражители были убраны.

Эта смерть, если так можно сказать, произошла от неумелого обращения с самим

собой.

Сделаем сравнение. Если автомобиль, идущий со скоростью восьмидесяти

верст в час, резко остановить, то катастрофа неизбежна. Это знают люди,

управляющие машинами, но этого почти не знают люди, управляющие своим телом.

Смерть Лондона была не случайна.

Но можно ли было ее избежать? По-видимому, можно. Тут потребовался бы

постепенный переход на отдых. Потребовались бы временно иные раздражители,

которые поддержали бы работу организма и не создали бы столь сильной

реакции. Такие раздражители, как смена впечатлений, поездка и путешествие, в

данном случае, конечно, не могли помочь. Они были слишком неравноценны

прежним раздражителям. На это можно было бы пойти при незначительном

переутомлении.

Вопрос этот, конечно, чрезвычайной сложности, и о нем будет речь в

дальнейшем. Пока только отметим, что смерть этого писателя была не случайна,

но она была неизбежна.

Крайнее утомление мозга и неумение создать себе сколько-нибудь

правильный отдых привели и Маяковского к ранней смерти.

Политические противоречия не раздирали поэта - их не было. Тут главным

образом была трагедия постоянной работы. Даже гуляя по улицам, Маяковский

бормотал стихи. Даже играя в карты, чтоб перебить инерцию работы, Маяковский

(как он говорил автору), продолжал додумывать. И ничто - ни поездка за

границу, ни увлечения, ни сон - ничто не выключало полностью его головы. А

если иной раз, создавая насильственный отдых, поэт и выключал себя из

работы, то вскоре, боясь крайнего упадка сил, снова брался за работу, чтоб

создать ту повышенную нервную инерцию, при которой он чувствовал, что живет.

Трудно сказать, как именно создалось такое состояние. Быть может,

существовали какие-нибудь природные свойства, какие-нибудь органические

неправильности нервных центров. Но, может быть, это создалось благодаря

собственным ошибкам и собственному неумению руководить собой.

Известно, что Маяковский, выезжая, скажем, отдыхать на юг, менял там

свой режим - подолгу лежал на солнце, вел размеренную жизнь, но для головы,

для мозга он режима не менял. Он продолжал работать, продолжал обдумывать

свои новые произведения. И даже нередко выступал перед публикой с чтением

своих стихов. Это был, конечно, не отдых. Это создавало хроническое нервное

перераздражение. Поэт с каждым годом чувствовал себя все хуже. Головные

боли, вялость и разбитость усиливались.

Следует отметить, что причины своих недомоганий Маяковский видел в

другом. Свои частые недомогания поэт приписывал то туберкулезу, который

якобы начался у него (как ему одно время казалось), то табаку. Он бросил

курить и вовсе бросил пить, отказываясь даже от рюмки вина, однако никакого

улучшения, конечно, не последовало.

Утомленный и ослабленный мозг не слишком заботится о внутреннем
1   ...   5   6   7   8   9   10   11   12   ...   20

Похожие:

Зощенко М. М. Письма к писателю. Возвращенная молодость. Перед восходом солнца: Повести // Сост и вступ статья Ю. В. Томашевского iconПисьма. 1910 1943
Немирович-Данченко В. И. Избранные письма: в 2 т. М.: Искусство, 1979. Т. 2: 1910 – 1943 / Сост. В. Я. Виленкин, комм. Н. Р. Балатовой,...
Зощенко М. М. Письма к писателю. Возвращенная молодость. Перед восходом солнца: Повести // Сост и вступ статья Ю. В. Томашевского iconЗ. фрейд психология бессознательного
Ф86 Психология бессознательного: Сб произведений / Сост,, науч ред,, авт вступ ст. М. Г. Ярошевский.— М.: Просвеще­ние 1990.— 448...
Зощенко М. М. Письма к писателю. Возвращенная молодость. Перед восходом солнца: Повести // Сост и вступ статья Ю. В. Томашевского iconДафна дю Морье Прощай, молодость
«Прощай, молодость» — один из ранних романов английской писательницы. Это трогательное, пронизанное искренним сочувствием повествование...
Зощенко М. М. Письма к писателю. Возвращенная молодость. Перед восходом солнца: Повести // Сост и вступ статья Ю. В. Томашевского iconМаксим Горький Дети солнца Горький Максим Дети солнца сцены действующие лица
На шкафе белеет чей-то бюст. У окна налево большой круглый стол; перед ним сидит Протасов, перелистывает какую-то брошюру и смотрит,...
Зощенко М. М. Письма к писателю. Возвращенная молодость. Перед восходом солнца: Повести // Сост и вступ статья Ю. В. Томашевского iconИван Алексеевич Бунин Легкое дыхание
Бунинскую музыку прозаического письма не спутаешь ни с какой другой, в ней живут краски, звуки, запахи… Бунин не пиcал романов. Но...
Зощенко М. М. Письма к писателю. Возвращенная молодость. Перед восходом солнца: Повести // Сост и вступ статья Ю. В. Томашевского iconСвятитель Николай Сербский Миссионерские письма По благословению...
Перед вами сборник писем одного из известнейших епископов, проповедников и мыслителей Сербской Церкви – Николая Велимировича
Зощенко М. М. Письма к писателю. Возвращенная молодость. Перед восходом солнца: Повести // Сост и вступ статья Ю. В. Томашевского iconБел Кауфман Вверх по лестнице, ведущей вниз
Вверх по лестнице, ведущей вниз». Роман о школьниках и их учителях, детях и взрослых, о тех, кто идет против системы. Книга начинается...
Зощенко М. М. Письма к писателю. Возвращенная молодость. Перед восходом солнца: Повести // Сост и вступ статья Ю. В. Томашевского iconБел Кауфман Вверх по лестнице, ведущей вниз
Вверх по лестнице, ведущей вниз». Роман о школьниках и их учителях, детях и взрослых, о тех, кто идет против системы. Книга начинается...
Зощенко М. М. Письма к писателю. Возвращенная молодость. Перед восходом солнца: Повести // Сост и вступ статья Ю. В. Томашевского iconХудожественная литература
Текст] = Suomalainen matkakumppani : русско-финский разговорник / [сост. К. Васильев]. Санкт-Петербург : Авалонъ : Азбука, 2011....
Зощенко М. М. Письма к писателю. Возвращенная молодость. Перед восходом солнца: Повести // Сост и вступ статья Ю. В. Томашевского iconХудожественная литература
Текст] : [полезная информация о стране, краткий грамматический очерк испанского языка] / сост. Е. И. Лазарева. Москва : Астрель :...
Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
Школьные материалы


При копировании материала укажите ссылку © 2014
контакты
vb2.userdocs.ru
Главная страница