Наиль Измайлов Убыр (Специальный сокращенный вариант для «Книгуру». Полный вариант читайте в книге издательства «Азбука»)


НазваниеНаиль Измайлов Убыр (Специальный сокращенный вариант для «Книгуру». Полный вариант читайте в книге издательства «Азбука»)
страница6/20
Дата публикации27.05.2013
Размер2.55 Mb.
ТипДокументы
vb2.userdocs.ru > Литература > Документы
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   20
Часть вторая
Из дома
1.
Ох как я испугался сперва.
И как Дилька из-за этого испугалась.
Она думала, что я шучу или дуркую опять – это когда я на ее песенку перекосился весь и начал орать. Хихикала, уворачивалась и все напевала, громче и громче. Потом увидела, что не шучу, буркнула «Не ори» и замолчала. Потом, конечно, вообще завернулась, надула полные очки слез и застыла – только руку все отбирала. А я хватал, дергал ее к себе и повторял: «Что это? Что это, а?» Пока не сообразил, что так толку не добьешься. Помотал головой, в которой, кажется, что-то ржаво забренчало, подышал, сел на корточки и попробовал говорить нормально.
Дилька не сразу, но оттаяла. И объяснила, что сегодня на продленке обычной учительницы Аллы Максимовны не было – она пошла нашу Фариду Мидхатовну проведать, — и вместо нее была татаричка Резеда Бадрутдиновна, которая вдруг стала разыгрывать с ними разные сказки, по голосам. Дильке на радость. С пацанами про шурале — ну, это все знают, про лешего, который всех щекотил до смерти, пока на толкового парнишку не нарвался, он назвался Былтыром, это «прошлый год» значит, и шурале пальцы в стволе дерева зажал — и так далее. А с девчонками – про сиротку в гостях у ведьмы.
Я попросил Дильку пересказать сказку. Она уже успокоилась и приступила к капризам в обычном, кокетливом режиме: я по-татарски не помню, мне надоело, я пить хочу, да и есть вообще-то тоже. Я хотел заскрипеть зубами, но тут меня осенило. И я сказал – а пошли в «Макдоналдс», как раз недалеко от нас открылся, на полпути к вокзалу. И мы, конечно, пошли. Дилька через минуту спросила: «С ранцем прямо?», и я потащил ее ранец. Еще уточнила: «А мама с папой не хотят?», и я уверенно ответил: «Не хотят».
Мама с папой все время смеются над нашей любовью к ресторанным бутербродам – хотя мама, например, сама очень любит биг-маки, а папа – молочные коктейли. Но теперь мама вряд ли ради биг-мака вспомнит, что человеческий организм заточен под питание чем-то, что нужно жевать. И папа вряд ли вспомнит вообще что-нибудь.
Я тоже ничего вспоминать не хотел. Я хотел есть. Так, что руки тряслись.
Поэтому мы с Дилькой набрали сэндвичей, куриных наггетсов и кучу картошки — и набросились. Я мел как папа в понедельник, — нет, нет, не вспоминаю, — Дилька почти не отставала. Одобрительно поглядывали друг на друга, отвлекались, чтобы с хлюпом всосать немного коктейля через трубочки, проследить за тем, чтобы глотался он не сразу, а согревшись во рту, ведь не май месяц и вообще у нас ухогорлонос слабый, не забываем. И снова вгрызались.
На втором биг-маке скорость упала. Мы стали тяжелыми в пузе и руках, как мама говорит, осоловели, и принялись светски беседовать. Меня малость отпустило, и я стал спрашивать, как в школе, как на продленке, ну и опять про сказки, конечно. Дилька вспомнила точное название, я вспомнил, что здесь бесплатный Wi-Fi, вытер руки и вытащил телефон. Дилька тут же потребовала поставить последний ролик, где родители поют. Еще здоровые и нормальные. Всего-то дней пять прошло, елки.
Я не стал объяснять, что от этого ролика теперь выть хочу. Просто сказал «Потом». Дилька надулась. Ничего, как надулась, так и сдуется, проверено.
Я сказки не люблю. И не знаю. И папа с мамой тоже – ну, мама только камыр-батыра[14] готовит иногда, если тесто остается. Ну и про шурале[15] с кыш-бабаем[16] все слышали, конечно. Хотя еще больше народу почти всерьез считает, что по-татарски Дед Мороз называется Колотун бабай, Баба Яга – Кошмар апа, а трактор – шайтан-арба. Местный юмор такой.
Вот Дилька да, она давно все сказки прочитала, но, кажется, забыла все, что с лошадками не связано. А я и не читал, и не собирался. Пришлось вот без сборов.
Я нашел русский перевод. Но там почему-то все слишком мягонько было, по сусекам поскребу, душечка-подушечка. Поэтому нашел татарский, как это называется, первоисточник. Вчитался и охнул. И полез в словари и мифологические справочники. И больше уже не охал, а сидел, уткнувшись в экранчик. И не слышал, чего там Дилька щебетала, потихоньку доедая свою картошку с моим соусом.
По-татарски песенка звучала так: «Хвостом туда-сюда машу, воем так и сяк глушу, если булку не вернешь, изрублю, распотрошу». Qalca, qalca turaem.
Пела песенку бабка, которую в переводах называли ведьмой или Бабой Ягой. По-настоящему она называлась не волшебницей, и даже не Кошмар апой. Она называлась или calmawız — проглотка то есть, или ubırlı qarçıq, то есть убырова старуха. То есть старуха, в которую вселился убыр.
А убыр – это такой нечистый дух вроде черта, который по-русски называется упырь. Но татарский убыр не пьет кровь. Это балканские сказочники придумали, а остальные за ними повторяют. Ubır до сих пор в переносном смысле значит «обжора», ну и куча родственных слов есть со значениями типа «глотать кусками». Даже провалы в земле похоже называют. Потому что убыр вылазит из-под земли, жрет мертвецов и маленьких девочек, а особенно любит младенцев и неродившихся детей. А еще залезает в животных и людей, которыми двигает, как куклами на перчатке. Из обычной пенсионерки или даже нестарой женщины он выбрасывает душу, а саму превращает в коварную людоедку. Вот она и называется ubırlı qarçıq.
Мужикам везет меньше. Есть выражение ubırlı keşe – убыров человек. Так чокнутых зовут, а мама сторожа на автостоянке так однажды обозвала, когда он разорался и чуть шлагбаумом нам стекло не разбил.
В справочнике говорилось, что ubırlı keşe – не чокнутый, а заполучивший внутрь убыра. И узнать такого человека очень просто.
Он очень много ест.
Он кидается на всех.
У него подмышкой или на темечке дыра, через которую убыр выходит отдохнуть и поохотиться на новых жертв.
И он быстро умирает.
Убыр выпивает из него все соки.
2.
Мы ехали к däw äti, потому что больше ничего не оставалось.
Я мог бы попробовать еще раз вызвать скорую или уговорить каких-то врачей или там психиатров, которые справились бы с папиной болезнью и мамиными странностями. Но со сказками бороться я не мог. И никто, наверное, не мог. Тем более с такими страшными и такими заразными сказками. Про заразность, кстати, в книжках и справочниках ничего не говорилось – но кому легче-то. Вспомним Леху. Нет, не будем вспоминать, и так фигово. Но он все равно был, и есть, и стал таким после того, как его родители посидели в одном классе с моими.
Значит, и его родители такие же.
И Фариды Мидхатовны сегодня не было, сообразил я, обомлев. А Дилькина Алла Максимовна пошла ее проведать.
И завтра они придут в школу. Фарида Мидхатовна. Алла Максимовна. И Леха. С крестиком под веком. Нет, нет, не надо – он его вытащит, конечно. И вообще будет вести себя более-менее спокойно: убыр внутри него обживется и сообразит, что лучше не чудить и высовываться в крайнем случае. Или из мужиков они не высовываются, а тупо жрут их – а размножаются через теток, которых не жрут, а используют как штабик и инкубатор?
Мама.
Она ведь на работу все эти дни ходила.
А в понедельник родительское собрание.
И в понедельник приезжают Зулька с мужем и нерожденным ребенком.
Мама.
Мы ехали к däw äti, потому что он взрослый, умный и шустрый, как электровеник. И это его сын, в конце концов, умирает.
И, еще раз в конце концов, это däw äti папу в деревню потащил. И это из деревни папа с мамой такими чудными вернулись. Пусть теперь придумывает, как все исправить. Но сперва нас с Дилькой спасет. Ну или примет для начала.
Däw äti и не возражал. Я, конечно, особо ничего не рассказывал – наоборот, соврал, что это родители попросили к нему поехать, а теперь они заняты до ночи и просят не звонить пока. Däw äti поначалу сомневался, но как я сказал, что Дильку тоже везу, сразу заулыбался. Даже по голосу было слышно.
Странно, что с Дилькой практически такое же объяснение прошло. Обычно она совсем мамкин подол, не отстает. Поэтому я готовил речь минут на пятнадцать, придумывал что-то про родительскую болезнь, ремонт, командировку и про замечательный подарок, который däw äti наверняка нам сделает на каникулы. А Дилька и слушать не стала. Спросила только, почему нельзя у Гули апы переночевать, как быть завтра со школой, можно ли взять Аргамака и поведет ли нас däw äti на ипподром. Я соврал чего-то — и Дилька тут же взяла меня за руку и сказала «Ну пошли».
Я малость обиделся даже. И за свое непригодившееся вранье, и за родителей: могла уж узнать, чего ради мы от них сматываемся. Но быстро сообразил, что Дилька тоже не дурак – пусть не все понимает, но видит и слышит очень многое. И если я готов без вопросов в Африку бежать, то почему она не может.
Мы последний год к электричке не подходили. Машина есть, ее обкатывать надо. А вот до того накрутили по рельсам с полэкватора. И в таких вагонах, что непонятно, от чего умереть хочешь – от рези ниже спины, помятых ребер или душной вонищи. Вагоны старые обычно были и переполненные, как спичечный коробок, в который впихиваешь спички из другого коробка, когда серный бок стерся. И пассажиры в таких вагонах особенные — краснолицые, пахучие и толстые, в плащах и ватниках, и с корзинами или клетчатыми сумками, которые соседям ноги обдирают даже сквозь зимние сапоги.
А так, как сейчас, чего не ехать: вечер, народу почти нет, мест полно, рядом никто не сопит и не толкается, сиденья мягкие, вагон новенький. От этого и желтый воздух пластмассой попахивает — терпимо. Зато чистенько, застекленные двери в тамбур блестят. А Дилька пить просит. Я хотел сказать «Сама возьми», но решил не обострять, наклонился, вынул упаковку и сунул Дильке в руки.
— А еще есть? – спросили за спиной со странным акцентом.
Дилька зыркнула мне за голову, быстро оторвала соломку и ткнула один ее кончик в коробочку, другой – в губы.
Спрашивал не взрослый.
И был он, судя по дыханию, не один.
Так.
— Нет, — сказал я, не оборачиваясь и надеясь, что пронесет.
Щас.
— А если подумать? – спросил парень и быстро сел рядом со мной.
Второй – напротив, но не придвигаясь к Дильке, которая поспешно досасывала сок. Он был в черной шапке, черной куртке с рыжей меховой опушкой и джинсах, конечно, а сам пухловатый и с обветренными губами, которые все время облизывал. Тот, что рядом со мной, был дохлый и прыщавый, а одет так же, только провонявшая куревом куртка была темно-синей.
Он протянул мне ладонь и сказал:
— Здоров, земляк.
Сердце у меня заколотилось, но я очень постарался этого не показать и вообще не двигаться. Пацаны на боксе предупреждали, чтобы руку не давал и вообще не позволял себя зацепить. Не обездвижат, так докопаются – не так подал, чего так жмешь, самый сильный, что ли, и так далее. Обычно докапываться все-таки без свидетелей предпочитают, а тут прилюдно затеяли – совсем отмороженные, что ли?
А, нет, все нормально.
— Ты чего такой деловой тут сидишь, руку не даешь? Крутого дал, малой? – спросил дохлый.
— Я тебя не знаю, — ответил я.
— И чо? Невозбранно борзеть можешь?
Я удивился такому словарному запасу при таком заметном акценте и сказал сквозь грохот крови в голове:
— Диль, все нормально.
Дилька кивнула, не переставая переводить округлившихся глаз с одного гопа на другого.
— Нормально, Диль, нормально, — подтвердил дохлый, убрав наконец руку. – Сейчас с твоим абыкой побазарим маленько – и дальше соси чего дадут.
— Базар фильтруй, — сказал я и попытался приготовиться.
— Спортсмен типа не любиться какой, — сказал пухлый, который заметил и правильно прочитал мои движения. У него тоже был акцент, но нормальный, татарский.
— А пошли, спортсмен, побазарим, — предложил дохлый.
— А пошли, — сказал я, потому что сколько можно-то. — Диль, сиди здесь, я сейчас.
Дохлый подхватил:
— Ага, Диль, подожди – а хочешь, Тимурик с тобой посидит? Он хороший, не бойся.
Глянул на меня и торопливо добавил:
— Боишься? Хочешь, Тимурик с нами пойдет?
Убью, слепо подумал я, подхватываясь, и услышал:
— Сережа, Нина, вы опять с кем-то подружились?
Голос был незнакомый, спокойный и взрослый. Даже пожилой.
Михалыч нас по носу бьет за то, что мы отвлекаемся от противника. Сильно бьет. Поэтому я еще некоторое время не поднимал глаз, стараясь видеть обоих гопов. И решился на это, только убедившись, что оба задрали головы на нового собеседника и незаметно броситься на меня не смогут.
В проходе стоял рыхлый дядька в сером плаще и смотрел на меня. Типа я Сережа. Пьяный он, что ли?
— Это что за мальчики? Знакомые ваши? Вот ни на минуту вас не оставь, — сказал дядька ласково.
Гопы быстро переглянулись, а дядька еще быстрее подмигнул мне.
Я глотнул, взял за холодные пальцы Дильку, которая уже вполне приготовилась реветь – долго держалась, молодец, — и сказал:
— Да так, дядя Вася, беседуем просто.
— А, развлечь моих ребят решили, пока я тут отлучимшись? Спасибо, ребят. Ну все, я пришел.
Пацаны переводили взгляд с него на нас.
— Вы позволите? — спросил дядька и подобрал полы плаща, будто собирался сесть прямо на пухлого.
— Э, — сказал пухлый, отъезжая по сиденью ближе к Дильке, а дохлый спросил, бегая глазами по дядьке, от разбитых сапожек до стандартной вязаной шапки:
— Дед, твои детки, что ли?
— Мальчик, тебя как зовут? – спросил дядька так ласково, что даже мне жутковато стало.
Гопам, по ходу, тем более.
Пухлый вскочил, оттолкнувшись локтем от спинки сиденья, и шаркнул к проходу. Меня специально задел коленом — если бы рукой, я бы сунул ему в печень, — дохлого и дядьку неловко обтек и встал чуть поодаль, возле озиравшейся уже на нас бабки с корзинами. Дохлый пытался удалиться с понтом: пробормотал «Мальчика тоже нашел», неторопливо поднялся, отряхнул колени и сказал мне:
— Не договорили еще.
Дядька уже сел, аккуратно подобрав полы плаща. Пахло от него даже хуже, чем от гопов. Немытым-нестираным пахло. На месте пухлого я тоже засомневался бы. Но я был на своем месте, и с него по-честному полагалось благодарить.
Я украдкой огляделся, обнаружил, что гопов нет ни в вагоне, ни в просматриваемых участках тамбуров – видать, дальше пошли за приключениями, — и вполголоса сказал:
— Спасибо.
Дядька перестал усердно улыбаться и ответил очень серьезно:
— Не за что.
Был он все-таки не старый –слегка за сорок, но потасканно как-то выглядел. Плащ засаленный, штаны типа «бывшие брюки», совсем бывшие, лучше бы джинсы носил, сапоги и шапка соответствуют. И лицо неровное и обвисшее, как воздушный шарик на третий день. Еще с зубами беда.
— Одни путешествуете? – спросил он так же серьезно и даже сочувственно.
Я хотел резко спросить: «А что?», но сообразил, что раз уж дядька нас выручил, спрашивать право имеет. Ну а мы имеем право отвечать так, как хотим.
— Да нет, почему, — сказал я и не соврал. Мы ведь с Дилькой не одни путешествовали, а вдвоем.
— А где же ваша мама? – спросил дядька.
Я ткнул пальцем за спину. Уклончивые ответы лучше лживых, доказано и проверено. Постараюсь все-таки не врать, сколько получится.
— Ага, — сказал дядька. – Что ж она вас так надолго оставила?
Я пожал плечами.
Дядька засмеялся.
— Да, вас можно оставлять, вы ребята бдительные. Родители учили с незнакомыми не разговаривать, да?
Он посмотрел на Дильку. Дилька посмотрела на него зверем. Чего-то не понравился он ей – а Дильке свое отношение к собеседнику печатает по всему лицу вот такенными буквами, разноцветными и объемными.
Дядька захохотал еще радостнее и предложил:
— Давайте знакомиться, чтобы я таким незнакомым не был. Меня зовут дядя Валя – вы почти угадали.
Он протянул руку. Я, подумав, пожал ее – ладонь была толстая, но вялая и холодная, в такой-то жаре, — и сказал:
— Ну, нас вы угадали. Я Сережа, это Нина.
Дилька засопела и отвернулась к окну.
— Ну да, ну да, – согласился дядя Валя. – Вас встречать-то будут?
Я задумался, а дядя Валя опять засмеялся и неторопливо объяснил:
— Не напрягайся так, мне просто любопытно. Разговор с местными вы уже поимели, а таких по всей железке немало, ты поверь, уж больше двух.
Я откинулся на спинку сиденья и приготовился слушать дальше. Тем более, что Дилька вроде увлеченно корчила рожи то ли своему, то ли дядькиному изображению. Дядька заливался:
— Я про другое еще беспокоюсь. Ты знаешь, который час? Ну, догадываешься, да? А ты знаешь, до которого часа несовершеннолетним по улицам ходить можно? В ментовку заберут – и в камеру до утра. Ночью, думаешь, с вами кто-нибудь возиться будет?
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   20

Похожие:

Наиль Измайлов Убыр (Специальный сокращенный вариант для «Книгуру». Полный вариант читайте в книге издательства «Азбука») icon"План пионера-разрядника"
Комментарии: (16-ти недельный, сокращённый вариант плана Шейко Б. И. для разрядников)
Наиль Измайлов Убыр (Специальный сокращенный вариант для «Книгуру». Полный вариант читайте в книге издательства «Азбука») icon$$$ Выберите правильный вариант вопроса к данному предложению: She is very kind and generous
Выберите правильный вариант. Last weekend I myself and went to my friend
Наиль Измайлов Убыр (Специальный сокращенный вариант для «Книгуру». Полный вариант читайте в книге издательства «Азбука») iconАнкета Уважаемый участник опроса!
Просим Вас ответить на ряд вопросов. Внимательно прочитайте предложенные вопросы. Пометьте каким-либо знаком выбранный вариант ответа...
Наиль Измайлов Убыр (Специальный сокращенный вариант для «Книгуру». Полный вариант читайте в книге издательства «Азбука») iconАнкета Уважаемый участник опроса!
Просим Вас ответить на ряд вопросов. Внимательно прочитайте предложенные вопросы. Пометьте каким-либо знаком выбранный вариант ответа...
Наиль Измайлов Убыр (Специальный сокращенный вариант для «Книгуру». Полный вариант читайте в книге издательства «Азбука») iconЕвгений Петров, Илья Ильф Двенадцать стульев
«почистили» его. Правка продолжалась от издания к изданию еще десять лет. В итоге книга уменьшилась почти на треть. Публикуемый ныне...
Наиль Измайлов Убыр (Специальный сокращенный вариант для «Книгуру». Полный вариант читайте в книге издательства «Азбука») iconЕвгений Петров Илья Ильф Двенадцать стульев Серия: Остап Бендер
«почистили» его. Правка продолжалась от издания к изданию еще десять лет. В итоге книга уменьшилась почти на треть. Публикуемый ныне...
Наиль Измайлов Убыр (Специальный сокращенный вариант для «Книгуру». Полный вариант читайте в книге издательства «Азбука») iconИнструкция для студентов: Выберите один вариант ответа из предложенных

Наиль Измайлов Убыр (Специальный сокращенный вариант для «Книгуру». Полный вариант читайте в книге издательства «Азбука») iconВариант №8 Вопросы для зачета по итогам профучебы
Условием для включения юридического лица в реестр таможенных представителей является (ст. 13)
Наиль Измайлов Убыр (Специальный сокращенный вариант для «Книгуру». Полный вариант читайте в книге издательства «Азбука») iconВариант №4 Вопросы для зачета по итогам профучебы
Вопрос: Товарная номенклатура внешнеэкономической деятельности основывается на
Наиль Измайлов Убыр (Специальный сокращенный вариант для «Книгуру». Полный вариант читайте в книге издательства «Азбука») iconВариант №2 Вопросы для зачета по итогам профучебы
Что не входит в перечень условий, необходимых для включения юридического лица в реестр владельцев складов временного хранения
Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
Школьные материалы


При копировании материала укажите ссылку © 2014
контакты
vb2.userdocs.ru
Главная страница