Джесс Уолтер Великолепные руины


НазваниеДжесс Уолтер Великолепные руины
страница9/44
Дата публикации17.02.2014
Размер3.86 Mb.
ТипКнига
vb2.userdocs.ru > Литература > Книга
1   ...   5   6   7   8   9   10   11   12   ...   44


На улицах было тихо. Паскаль решил, что книга выйдет скучная.

– А чем кончается?

Алвис помолчал, разглядывая стакан.

– Не знаю, Паскаль. А ты как думаешь? Чем она может закончиться?

Мальчик задумался.

– Ну, он мог бы не в Америку вернуться, а поехать в Германию и попробовать убить Гитлера.

– Точно, – ответил Алвис. – Так оно и было. Писатель напивается на вечеринке, все ему говорят, чтобы он не садился за руль, а он все-таки уходит со скандалом, залезает в машину и случайно сбивает Гитлера.

Паскаль считал, что смерть Гитлера не должна быть случайной. Иначе не получится интриги. Мальчик предложил свой вариант:

– Он мог бы его из автомата застрелить.

– Так даже лучше, – ответил Алвис. – Писатель напивается на вечеринке. Все ему говорят, что он пьяный и автомат трогать не надо. А он все-таки уходит с автоматом и случайно попадает в Гитлера.

Когда Паскаль понимал, что Алвис над ним подшучивает, он менял тему:

– Алвис, а как ваша книга называется?

– «Улыбка небес», – ответил писатель. – Это из Шелли. – И он старательно перевел на итальянский:Шептались волны в полусне,Рой облаков исчез,И озарился мрак на днеУлыбкою небес.

Паскаль покрутил эти строчки в голове.«Le onde erano sussurrando» —волны шептались – это он понял. А вот название,«Sorridere di Paradiso»,показалось ему странным. Кто там, на небесах, в раю, станет улыбаться? Если смертные грешники попадают в ад, а просто грешники, вроде него самого, – в чистилище, то в раю остаются только монашки, мученики, священники и крещеные младенцы, которые еще не успели нагрешить. Кто же из них будет улыбаться?

– А почему небеса улыбаются?

– Не знаю. – Алвис осушил стакан и снова вручил его Паскалю. – Может, потому, что кто-то убил-таки этого подонка Гитлера?

Паскаль пошел было за вином, но тут ему в голову пришло, что Бендер совсем не шутит.

– По-моему, Гитлера должны убить не случайно.

Алвис устало улыбнулся:

– Все в жизни происходит случайно, Паскаль.

В те годы Бендер если и писал, то не больше пары часов за весь приезд. Иногда Паскалю казалось, будто постоялец вообще не доставал машинку из чехла. В пятьдесят восьмом году, перед самым отъездом Паскаля на учебу в университет, писатель вручил Карло первую главу своего романа. Семь лет. Одна глава.

Непонятно было, зачем он вообще приезжает в Порто-Верньону, если все равно ничего не пишет.

– А почему вы именно сюда приезжаете? В мире столько интересных мест!

– Это побережье – источник вдохновения для писателей. Петрарка сочинял здесь свои сонеты. Байрон, Джеймс, Лоуренс – все приезжали сюда и творили. Здесь Бокаччо изобрел реализм. Неподалеку утонул Шелли, а его жена изобрела роман ужасов.

Паскаль не очень понимал, что значит «изобрел». Изобретают такие люди, как Маркони, великий инженер из Болоньи, придумавший радио. А тут что – рассказал историю, вот и все изобретение.

– Отличный вопрос! – С тех пор как Бендера выгнали из университета, он постоянно искал, кому бы прочесть лекцию, и Паскаль из всех слушателей был самым благодарным. – Представь себе, что истина – это горная гряда. На вершинах спят облака. Писатели штурмуют эти горы, постоянно ищут новые тропинки наверх.

– Значит, истории – это тропинки?

– Нет, скорее, быки. Молодым писателям ужасно хочется выгнать старую историю из стада. И во главе этого стада на какое-то время становится новая история, а потом приходит кто-то помоложе и все повторяется.

– Истории – это быки?

– И тоже нет. Истории – это народы, империи. Они могут жить долго, как Рим, или погибнуть быстро, как Третий рейх. Истории расцветают и рушатся. Меняются правительства, меняется мода, одни государства захватывают другие. Взять хотя бы поэму. Она жила долго, много веков, как Римская империя, и распространила свое влияние на весь мир. Роман вознесся вместе с Британией. Погоди-ка? А что у нас вознеслось вместе с Америкой? Кино?

Паскаль ухмыльнулся:

– А если я сейчас спрошу, похожи ли истории на империи, вы скажете…

– Что истории – это люди. У меня, у тебя, у твоего отца – у каждого своя история. Они разбегаются в разные стороны, сталкиваются, умирают. Иногда нам везет и две истории сливаются воедино. Тогда мы ненадолго становимся чуть менее одинокими.

– Вы так и не сказали, зачем сюда приехали.

Алвис поболтал в стакане вино.

– Писателю, чтобы стать великим, нужно четыре вещи: страсть, разочарование и море.

– Это только три.

Алвис сделал большой глоток.

– Разочарование надо пережить дважды.

Бендер под влиянием винных паров начинал видеть в Паскале младшего брата. И те же родственные чувства испытывал Карло по отношению к американцу. Эти двое часто засиживались ночами и говорили, говорили, каждый о своем, не очень слушая друг друга. Пятидесятые прокатились мимо, боль от военных потерь поутихла, и в Карло начал вновь оживать бизнесмен. Он поделился с Бендером своей мечтой привлечь туристов в Порто-Верньону. Алвис был против, он считал, что от очарования этих мест не останется и следа.

– Когда-то все итальянские города были обнесены крепостной стеной, – Алвис снова взялся читать лекцию, – в Тоскании до сих пор на каждом холме можно найти развалины. В минуту опасности все крестьяне собирались за стенами, которые давали защиту от разбойников и вражеских войск. В Европе крестьяне как класс исчезли лет тридцать-сорок назад, но в Италии-то они остались! После двух тяжелых войн дома наконец начали строить в долинах, вне крепостных стен. Стены рушатся, но вместе с ними рушится и итальянская культура. Италия становится похожей на все европейские страны. Туристы, желающие быть поближе к итальянскому духу, приносят с собой свою культуру и разрушают вашу.

– Ну да, – ответил Карло. – На этом я и хочу построить свой бизнес.

Алвис показал на скалистые хребты, окружающие деревню:

– Но эту стену, ее возвел сам Господь – или вулканы. Их нельзя снести. И строить вне их не получится. Здесь никогда ничего не будет, кроме пары десятков домов. Зато однажды окажется, что это последний кусочек настоящей Италии.

– Вот именно! – Карло уже изрядно выпил. – И тогда туристы повалят сюда валом, согласен, Роберто?

Стало тихо. Старший сын Карло был бы ровесником Алвиса, если бы не авиакатастрофа над Северной Африкой. Карло вздохнул:

– Прости, Алвис. Оговорился.

– Ну да, – ответил американец и потрепал Карло по руке.

Сколько раз Паскаль засыпал под звуки их разговоров, просыпался среди ночи, а они все еще сидели на крыльце. Писатель постоянно рассуждал на какие-то смехотворные темы («А потому, Карло, канализация – это величайшее достижение человечества, это возможность избавиться от всякого дерьма, от плодов стычек, случек и изобретательства»). А Карло возвращал его обратно к теме туризма, спрашивая своего единственного американского гостя, как сделатьPensione di San Pietroболее привлекательным.

Алвис и об этом говорил охотно, но, как правило, заканчивал тем, что умолял Карло ничего не менять.

– Они скоро все побережье засрут, Карло. А тут все будет по-прежнему. Смотри, какое великолепие кругом! Как тут тихо! Вот оно – величие природы.

– Так я это и буду рекламировать! Только название, наверное, нужно английское. Ну-ка, скажи по-английски:Primo Albergo Tranquillo con Una Bella Vista del Villaggio di Scogliere.

– «Самая лучшая и самая тихая гостиница с прекрасным видом, расположенная в горной деревушке». Как-то это длинно. И чересчур сентиментально.

Карло спрашивал, в каком смысле это названиеsentimentale?

– Слова и чувства – они как деньги. Раз – и ничего не стоят. Инфляция. Если ты скажешь про бутерброд, что он великолепный, смысла в твоих словах будет ноль. После войны все обесценилось. Слова и чувства теперь маленькие – но очень точные. Скромные, как нынешние мечты.

И Карло Турси послушался его совета. В шестидесятом году, когда Паскаль учился во Флоренции, Алвис Бендер приехал в деревню, поднялся по ступеням и встретил хозяина, сиявшего от гордости. Хозяин показал рыбакам и американцу новую вывеску: отель «Подходящий вид».

– И что это значит? – спросил один из рыбаков. – Пустующий бордель?

– Vista adeguate, –перевел Карло.

– Какой идиот станет говорить про свою гостиницу, что вид из нее просто подходящий?

– Bravo,Карло, – сказал Алвис. – Отличное название.

Прекрасную американку рвало. Паскаль сидел в полной темноте у себя в комнате и слушал, как девушку выворачивает. Включив свет, он взял со стола часы. Четыре утра. Юноша тихонько оделся и поднялся по узкой лестнице на третий этаж. Не дойдя до верхней ступеньки, он увидел Ди, прислонившуюся к дверям ванной комнаты. Девушка задыхалась. На ней была тонкая белая ночнушка, коротенькая, выше колен. Из-под ночнушки торчали такие длинные и гладкие ноги, что Паскаль остановился и дальше двинуться уже не мог. Американка была почти такой же белой, как ее рубашка.

– Простите, Паскаль, я не хотела вас разбудить.

– Это ничего.

Она повернулась к унитазу, и ее снова вырвало, но в желудке уже ничего не осталось, и девушка согнулась от боли.

Паскаль начал было снова подниматься, но остановился, вспомнив, что говорил Гвальфредо. «Подходящий вид» – не место для американки.

– Я буду звать доктора, – сказал он.

– Не надо, – ответила Ди, – все хорошо. – Она схватилась за бок и осела на пол. – Ой!

Паскаль помог ей вернуться в постель и выбежал на улицу. Врач жил в трех километрах отсюда, в Портовенере. Очень добрый старыйdottore,настоящий джентльмен, он и по-английски умел. Раз в год этот врач перебирался через горы, чтобы осмотреть рыбаков. Паскаль сразу решил, кого пошлет за ним, – Томассо-коммуниста. Жена Томассо открыла дверь и отступила в глубь комнаты. Томассо натянул штаны с подтяжками, торжественно водрузил на макушку «ленинскую» кепку и пообещал Паскалю, что не подведет.

Паскаль вернулся в гостиницу. Тетя Валерия сидела в комнате Ди и придерживала девушке волосы всякий раз, как та нагибалась над тазом. Контраст между женщинами был разителен. У Ди – светлая прозрачная кожа, гладкие блестящие волосы. У Валерии – смуглое лицо, темные усики и рыжие пружинки волос.

– Ей надо пить, чтобы было чем блевать, – сказала Валерия.

На столе, рядом с романом Бендера, стоял стакан воды.

Паскаль начал было переводить, но Ди, кажется, словоaquaи сама поняла. Она взяла стакан и выпила воду.

– Простите, что я так вас побеспокоила, – сказала девушка.

– Чего она там бормочет? – переспросила тетя.

– Просит прощения за беспокойство.

– Скажи ей: такие рубашки только шлюхи носят. Вот за что надо извиняться! За то, что искушает моего племянника своими тряпками.

– Я не буду ей этого говорить!

– Скажи этой продажной свинье, чтобы уезжала, Паско.

– Хватит!

– Это ее Господь за такую рубашку наказал.

– Помолчи! Совсем на старости лет из ума выжила!

Ди Морей удивленно слушала эту перепалку.

– Что она говорит?

– Э-э… – Паскаль сглотнул. – Ей жаль, что вам плохо.

Валерия выпятила нижнюю губу.

– Ты ей повторил мои слова?

– Да, – ответил Паскаль. – Я все ей сказал.

В комнате стало тихо. Ди закрыла глаза, ее согнуло от нового приступа тошноты.

Спазм прошел, и девушка тяжело задышала.

– У вас такая милая мама.

– Она не мама. Она тетя.Tia Valeria.

Валерия подозрительно переводила взгляд с одного лица на другое. По-английски она не понимала ни слова, но имя свое разобрала.

– Надеюсь, Паскаль, что ты не женишься на этой шлюхе.

– Тетя!

– А твоя мать считает, что женишься.

– Хватит!

Валерия нежно убрала волосы со лба девушки.

– Что с ней такое?

– Cancro, –тихонько сказал Паскаль.

Ди не подняла головы.
1   ...   5   6   7   8   9   10   11   12   ...   44

Похожие:

Джесс Уолтер Великолепные руины iconХаруки Мураками Все божьи дети могут танцевать
Логово землетресения, превратившего город а руины. И это — всего лишь одно из движений Земли. Ёсия перестал танцевать, отдышался...
Джесс Уолтер Великолепные руины iconФридрих Ницше "По ту сторону добра и зла"
Заратустры", обязывал его к новым задачам, и, прежде всего, к ревизии уже написанного. Ex post facto "Заратустры" возник проект переделки...
Джесс Уолтер Великолепные руины iconСтивен Кинг Блейз Раскрывая все карты Это руины сердца
Это исправленное и дополненное издание, но что с того? Автором указан Бахман, потому что «Блейз» – последний из романов 1966—1973...
Джесс Уолтер Великолепные руины iconСтатьями и полной информацией о моей работе
На сегодня это самый современный горнолыжный комплекс, как на Урале, так и во всей России. Уникальная природа Башкирии, чистый воздух,...
Джесс Уолтер Великолепные руины iconУолтер Миллер гимн лейбовицу fiat homo[1]
Грандиозная эпопея, наглядно демонстрирующая процессы возрождения и краха Нового Мира. «Гимн Лейбовицу» абсолютно заслуженно считается...
Джесс Уолтер Великолепные руины iconДжек Керуак На дороге о романе
Фрэнсис Форд Коппола (права на экранизацию он купил много лет назад), режиссером — Уолтер Саллес (прославившийся фильмом «Че Гевара:...
Джесс Уолтер Великолепные руины iconМост в Терабитию Глава I : Джесси Оливер Эронс-младший ( Jesse Oliver Aarons Jr )
Отец заводит пикап. Вот уже вроде уехал. Теперь можно вставать. Джесс выскользнул из постели прямо в комбинезон. Рубашку он презрел...
Джесс Уолтер Великолепные руины iconСоставители Нил Гейман и Эл Саррантонио Автор: Коллектив авторовСерия:...
Чак Паланик, Майкл Муркок, Уолтер Мосли, Майкл Суэнвик Перед вами — коллекция умных, тонких, изысканно интеллектуальных, захватывающих...
Джесс Уолтер Великолепные руины iconУолтер блок
«Социум» выражает признательность Вадиму Новикову, благодаря усилиям которого эта книга появилась на свет, а также Виктору Агроскину,...
Джесс Уолтер Великолепные руины iconУолтер Йон Уильямс Зеленая Леопардовая Чума
В предлагаемой повести автор разворачивает перед читателем эпическую картину мира, где есть любовь, горечь потерь, тайна, убийство...
Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
Школьные материалы


При копировании материала укажите ссылку © 2014
контакты
vb2.userdocs.ru
Главная страница