Татьяна Соломатина Психоз


НазваниеТатьяна Соломатина Психоз
страница42/42
Дата публикации26.10.2013
Размер3.83 Mb.
ТипДокументы
vb2.userdocs.ru > Литература > Документы
1   ...   34   35   36   37   38   39   40   41   42


Иных мужчин редко когда оставляет в покое нереализованное.

Сосед Лёха с молодой женой Ленкой не так давно родили ещё одного ребёнка. Мальчика. Назвали Сашей. Кажется, по телевизору крутился какой-то очередной сериал не то про ментов, не то про бандитов, и одного из главных героев, страшно нравящегося Ленке, звали как раз Александром.

Соседка Лариса похоронила бабку, отправила сына в армию, теперь вот из дочери человека делает. Та неизвестно в кого вышла сильно умная и учится на одни пятёрки. Хочет пойти на какие-то мудрёные курсы, чтобы потом поступать в университет. Лариска с мужем очень гордятся дочерью, но виду особо не подают, чтобы не зазнавалась. Потому не упускают случая её за что-нибудь поругать. Например, за невымытую посуду. Хотя, если честно, Лариса сама очень любит мыть посуду. Просто обожает. Она так успокаивается. И ещё она очень любит готовить. И как тут похудеть? Да и хрен с ним. Пусть дурочки худеют, она и так хороша. Мужу нравится.

Ефросинья Филипповна Югова умерла пару лет спустя после несчастного случая с Сашкой. Умерла очень тихо. Митя похоронил её рядом с Василием Пименовичем Филимоновым.

Дмитрий Югов всё ещё не женился. Так и живёт с почти уже дряхлым эрделем Фёдором. Пёс практически ослеп, оглох и почти лишился обоняния, но всё ещё любит, когда его потчуют, начёсывают и проветривают. Последний проект Югова – центр социальной и психологической помощи неблагополучным подросткам. Он, собственно, занимается финансированием и социальными аспектами. Психологией занимается Ирка Смирнова. Дмитрий Югов достаточно часто заходит в гости к этим прекрасным людям. Сначала заходил, потому что это были единственные люди, связанные с Сашкой Ларионовой. Затем – потому что это просто хорошие люди. В него было даже влюбилась Юлька Смирнова-Кронштейн, и он на некоторое время перестал к ним приходить. За что получил от Ирки втык. «Девочка должна влюбиться, разочароваться и научиться своим чувствам! Мне будет спокойнее, если все эти навыки она отработает на тебе. Потому что ты не обидишь, не унизишь, не воспользуешься, не-, не– и не. Что ты сам думаешь по этому поводу, меня мало волнует. Считай, что ты – тренировочная груша, дорогой!»

Что было со всеми остальными – официантами, посетителями супермаркетов, руководителями компаний, жителями многоклеточных поселений русских подъездов и нерусскими уборщиками – неизвестно. А, нет… На одного из них данные имеются:

«В приёмный покой психиатрической больницы самостоятельно обратился Смолянинов А.В., бармен ресторана «Пиратская гавань». Общее состояние удовлетворительное, ЧСС – 70 , ЧДД – 14 , пульс ритмичный, хорошего наполнения и напряжения. Хрипов в лёгких не обнаружено. Запах алкоголя отсутствует. Предъявляет жалобы на галлюцинации. Сегодня, возвращаясь домой с работы около двух часов ночи, шёл мимо кладбища. Обычно он ненадолго останавливается у ворот покурить. Говорит, что так ему «проще сбросить рабочий стресс». Прикуривает всегда спичками (показал коробок, обычные спички с рекламой ресторана «Пиратская гавань»). Был ветер, спички гасли, и когда, наконец, удалось прикурить сигарету, он затянулся, поднял голову, и никакого кладбища не увидел. Утверждает, что вместо кладбища он увидел «как будто в кино, только с запахами и звуками… Даже не как в кино, а по-настоящему, просто я стою вроде как за деревом… и смотрю или ощущаю несущийся табун лошадей. Сложно сказать, это надо увидеть. Как будто просто, ну не знаю… Фермерское хозяйство… Нет. Усадьба. Дворянская усадьба. Я её из-за дерева не вижу, но я знаю, что она есть где-то там. А лошади… Это хозяин усадьбы их разводит. Как это называлось раньше?.. Да-да, конезаводчик. Я даже породу знаю. Там знаю, когда вижу. Сейчас не помню. Русская верховая, кажется. Есть такие, да?.. Я там всё знаю. Как будто вижу всё сразу… Или вижу – как будто знаю… Сложно описать… Можно, я закурю?.. Спасибо. Я вижу то как из-за дерева, то сверху… Как бы не человеческим зрением… может, как птица… плоско? И в то же время бесконечно объёмно… Только в голове у меня всё, как у человека. Мысли. Слова. Чувства.

Табун пересекает пастбище. На одной стороне стоит девочка. Девочка-подросток. Она уже не совсем девочка, но ещё и не девушка. Ещё в коротком платьице. Я даже знаю там… Ну, когда всё это вижу, что она ещё не девушка, потому что девушкам уже нельзя в таких коротких платьях. Я даже могу вам назвать длину… Да и вообще – в каком возрасте какой длины должна быть юбка, представляете? Откуда я это знаю. Я – бармен. Я знаю, как смешивать коктейли, откуда я знаю про положенную длину платьев для дворянок-девочек, девушек и женщин?.. Да-да, не отвлекаюсь. Девчонка сбежала из дому. Ну, из той самой усадьбы. За что-то обиделась там на кого-то. На этого… кузена, вот. Она в него влюблена, а он в неё – нет. Ему восемнадцать, и она его ненавидит. Стоит и думает: «Вот, сейчас шагну, и пусть лошади меня затопчут, и всем им будет плохо!» Глупо, да?.. Я хочу что-то сделать и не могу. Я там как собака, которая всё понимает, но ничего не может сказать. Даже крикнуть не могу. Подбежать?.. Чувствую, не успею… И при этом понимаю, что всё это вроде как сон… галлюцинация, да? Ненормальное что-то, ну, вы понимаете?.. И тут же вижу, что на другой стороне этого поля. За табуном. Там стоит мужчина. Красивый такой, франтоватый. Взрослый. Он тут землю купил у разорившихся дворян… Поверьте, я не выдумываю. Я всё это знаю-вижу там… Верите? А мне смешно, вот ей-богу! Я – бармен, у меня семья, с матерью проблемы… Нет-нет. Я к тому, что зачем мне всё это теперь – про длину платьев и про то, что мужик тот – купец. Типа – «новый русский». Тогдашний. Зачем мне знать, что аристократы его презирают? В гости не зовут. А ему – плевать. Какой-то он такой… Очень мужской мужик… Можно воды?.. Спасибо… Стою, всё вижу, всё знаю и… я, доктор, рассказываю долго. А там, когда я курю, всё сразу происходит. И страшно до ужаса, что эта девчонка сейчас шагнёт, и лошади её растопчут. Я лошадей-то раньше только… ну, там, в Парке Горького, или ещё в этом же роде. Запряжённых, посёдланных, спокойных как чурка, а тут… ну, там… понимаю, что лошадь – это махина. Мощь. Что даже одна лошадь – это сила. А тут табун. Так понимаю, будто всю жизнь на конюшне провёл… Откуда это, доктор?.. Не знаете?.. Да-да, простите. Можно я ещё закурю?.. Благодарю… И вот эта девчонка в коротком платьице уже зажмурилась и вроде как собирается с разбегу врезаться в этот несущийся табун. Но тут её тот купец с другой стороны замечает. Ну, как сказать, «замечает»… Вроде видит, но как будто не видя. Нет, ну бывает же такое, когда чувствуешь чей-то взгляд… И дальше – без паузы – он пересекает этот поток… Как тень. Как будто не здоровый мужик из плоти и крови, а как будто дух… но он из плоти и крови! Так не расскажешь… Я даже не понял, что он сделал. И лошади, лошади, доктор! Они останавливаются, успокаиваются!.. Их чуть раньше что-то напугало, и они понеслись, и тут этот франт, чистый ниндзя… А эта, зажмурившись, уже набралась духу, чтобы, значит, с разбегу… А он её хватает за кулачок и говорит: «Что же вы, мадемуазель Ларионова, хотите папеньку расстроить? А я вот не посмотрю, что вы девица знатная, да как отхожу вас по мягкому месту!» И эта пигалица ему – сущая пигалица, а глаза сверкают, прямо зажарит сейчас: «С кем имею честь?!» – как будто только что не собиралась всяких глупостей… «Простите великодушно, не представился. Дмитрий Георгиевич Югов, прошу любить и жаловать. Даже требую. Идёмте, я вас папеньке с рук на руки сдам. А завтра, в это же время, приходите сюда, к дубу, я вам в альбом напишу». Она давай вырываться, а он её кулачок разжал, крепко так за ладонь взял и в сторону усадьбы поволок. Она подёргалась-подёргалась. И пошла себе спокойно. Вприпрыжку даже. Довольная такая… А лошади по полю разбрелись. Или по лугу?.. Не знаю… Зато знаю, что этот Дмитрий Георгиевич мадемуазели Ларионовой на следующий день в альбом написал… Хотя я стихи вообще-то не очень… А это помню… Вроде как и не стихи, насколько я смыслю, а как бы… Нет, вслух я не могу. Дайте бумагу, напишу…

– Согласны Вы с тем, что ракурс был выбран не очень удачно?

– Согласна. Ещё бы!

– Согласны ли Вы, что был миг равнозначен любому такому же?

– Да… Хотя, впрочем… Не важно. Согласна!

– Тогда многоточьем растянем мы миг сей

и выберем важное самое.

Точным

не будет ничто:

ни созвездие данное,

ни возраст, ни ракурс,

ни климат умеренный.

Ничто, кроме взятого за настоящее,

нами проверенное,

Им же сведённое,

учтённое временем,

в миг обретённое…

Вот такое кино, доктор. И главное, что я там всё про них знаю. Здесь с вами – помню. А там – знал… Вокруг ладони того, кто всё про них знает… О, господи! Это тоже оттуда. Я теперь сумасшедший, да?.. Я не хочу!..»

Поступивший седирован.

Предварительный диагноз: острый психоз невыясненной этиологии.

Рекомендовано: обследование психосоматического статуса. Кровь на содержание алкоголя и токсических веществ».

Через пару дней Смолянинов А.В. был выписан с рекомендациями вести здоровый образ жизни. Никакого диагноза ему поставить не удалось. Он сильно боялся, не повторится ли подобное снова. Потому что не то чтобы страшно, но очень уж необычно. Не надо оно ему. Ординатор при выписке дала ему визитку Смирновой Ирины Владимировны, психолога. На тот момент заканчивавшей работу на тему связанности пространства и времени, описанных в рамках теории относительности… Но по психологии. В общем, занимается в том числе изучением одного из внутренних механизмов мозга: превращать информацию, поступающую ежеминутно, последовательно во времени, в пространственный узор мозгового хранилища памяти… Не понятно? Ну, достаточно известно, что человек может буквально в мгновение ока увидеть свою прошлую жизнь… Кто знает, кем вы были в той жизни, может, конюхом… В общем, Смолянинов А.В., никакого острого психоза у вас нет. Хотите – идите к Смирновой. Не хотите – не идите. Мы всех нормальных, испытавших эпизоды спокойной единичной… э-э-э… ненормальности, к ней отправляем.

– Знаете, что забавно? – бармен Смолянинов пил кофе у Ирки на кухне…

После беседы с этой Смирновой действительно полегчало. Она что-то умно говорила про нечаянные и намеренные «пробои» в филогенетических энергопотоках. О перепутанных «проводах» в «щитке». О том, что он просто подошёл к лежащему на земле оголённому проводу без резиновых сапог, а это не каждому приятно… Что дело не в нём, а в месте… Что его могли просто выбрать, чтобы донести… Провода, по которым несётся направленный поток электронов, могут и не знать, что всё это лишь для того, чтобы, например, какая-нибудь дамочка залила в кружке кипятком кофейный порошок. И так далее и так далее. Много чего говорила и, похоже, в основном для себя. Уж кому-кому, а бармену известен подобный жанр: говорить кому-то, но на самом деле для себя. Но это и не важно, что она говорила. Потому что она что-то сделала руками с его головой, и он понял, что больше никогда ему, Смолянинову А.В., ничего подобного непонятного не привидится. Не прислышится. И не принюхается. И слава богу. А то ещё не хватало в дурку загреметь…

– Знаете, что забавно?.. – удивляясь, чему это Смирнова так счастливо улыбается.

– Знаю, – перебила она его, – к вам в ресторан ходила одна девушка. Саша…

– Точно! Блондинка такая, у неё ещё…

– Да, да… Её фамилия Ларионова.

– Да как же это…

– Ходила-ходила и, наконец, дошла.

– Она ещё всё время что-то строчила в блокнот. Только я не пойму…

– Она писала стихи. Это тоже своего рода психоз. Хотите, я вам подарю её последнее стихотворение?

– Последнее?..

– Да. Она умерла. И снова родилась. И опять умерла. И снова родилась. Чтобы умереть. И уже никогда больше не рождаться…

– Если бы меня не направил к вам врач, работающий в дурдоме, я бы подумал, что вы ненормальная, – бармен коротко хохотнул.

– Ну что вы, Антон, я как раз нормальная… Просто то, что я говорю, кажется сложным. Люди боятся этой некажущейся простоты. Вот вам явилась самая что ни на есть обычная картинка: луг, лошади, девушка и мужчина. И что вы сделали? Обратились в приёмное психиатрической лечебницы. И правильно сделали, между прочим, – Ирка хитро прищурилась. – Любой, способный живо чувствовать, уже ненормальный. Потому что эти живые чувства считаются галлюцинациями. А галлюцинации – первый наиглавнейший признак острого психоза в психиатрии. Не пугайтесь. Более вы никогда такого не почувствуете. Даже если окажетесь в «зоне сигнала». Я вам, грубо говоря, «антенну» сняла. Так что никаких зелёных человечков и маленьких чёртиков. Их ведь и не было, не правда ли?

– Нет. Человечков и чёртиков не было. Если задуматься – действительно, простая картинка. Мне и страшно-то не было, если честно. Просто, очень… необычно.

– Вы стихотворение Ларионовой возьмите. На память. Оно простое. У меня много копий. А оригинал хранится не у меня. Он лежит в одной шкатулке с тем самым – про ракурс, что вы написали врачу приёмного. Просто у владельца шкатулки ещё руки не дошли до прочтения ветхих бумажек, доставшихся в наследство от родственницы…

Примечания

СНиП – строительные нормы и правила.

Товарищ по комнате, сосед (англ.).

Возлюбленный (англ.).

Мигрень – hemicrania (лат.) – состояние, при котором болит половина головы.

Чрезмерная секреция слюны.

Выдержка из письма Тучковой царю.

Выдержка из письма сыну. Более полно: «…была так поражена своим несчастием, что утратила возможность заботиться о своей собственной жизни, пока не обратилась к Тому, Который никогда не оставляет существо, молящее его. Сердце моё почуяло Бога, и я научилась покорности; но рана моя не заживала никогда…».

tremens (лат.) – белая горячка.

Атомная электростанция, имеется в виду Чернобыльская.

Экстракорпоральное оплодотворение.

МДП – маниакально-депрессивный психоз.

See more books in http://www.e-reading.biz
1   ...   34   35   36   37   38   39   40   41   42

Похожие:

Татьяна Соломатина Психоз iconНика Муратова Полина Гёльц Оганес Диланян Виктория Нани Алмат Малатов...

Татьяна Соломатина Психоз iconТатьяна Соломатина Большая собака, или «Эклектичная живописная вавилонская повесть о зарытом»
Большая собака" – новая книга Татьяны Соломатиной, автора уже известного читателю "врачебного романа" "Приемный покой" и сборника...
Татьяна Соломатина Психоз iconОганес Диланян Виктория Нани Алмат Малатов Татьяна Соломатина Сергей...
А именно с человеческой сущностью работают медики. Задумывая этот сборник, я хотел не только продолжить традицию медицинской прозы,...
Татьяна Соломатина Психоз iconТатьяна Соломатина Папа
С тех пор вся моя жизнь наперекосяк!» Или что-нибудь в этом роде, не менее «трагическое». Целый пласт субкультуры – винить отцов...
Татьяна Соломатина Психоз iconТатьяна Соломатина Вишнёвая смола
Идёшь на море в прекрасном настроении – а там вода холодная! Но мир без людей не говорит: «Тебе что, холодной воды морю жалко?!»...
Татьяна Соломатина Психоз icon4 leverage – средство для достижения цели; 5 crowd – давить, толкать,...

Татьяна Соломатина Психоз iconТатьяна Толстая Кысь Аз
«Кысь» – литературное открытие последних лет. За этот роман Татьяна Толстая была удостоена премии «Триумф»
Татьяна Соломатина Психоз iconРоберт Блох Психоз[1] 10 этой книги посвящается Гарри Альшулеру,[2] сделавшему 90 работы. 1
В библиотеке трилогия представлена тремя отдельными книгами, каждая из которых содержит вышеупомянутые приложения
Татьяна Соломатина Психоз iconТатьяна Андреевна Огородникова Очаг вины, или Любовь, диагноз и ошибка одного нейрофизиолога
Название: Очаг вины, или Любовь, диагноз и ошибка одного нейрофизиологаАвтор: Татьяна Огородникова Год издания: 2011Издательство:...
Татьяна Соломатина Психоз iconНикольская О. Ребенок с аутизмом в обычной школе / Ольга Никольская,...
Ребенок с аутизмом в обычной школе / Ольга Никольская, Татьяна Фомина, Светлана Цыпотан. М.: Чистые пруды, 2006. 32 с. Библио­течка...
Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
Школьные материалы


При копировании материала укажите ссылку © 2014
контакты
vb2.userdocs.ru
Главная страница