Conservation and mobilization of genetic resources of plants in botanical gardens


Скачать 480.97 Kb.
НазваниеConservation and mobilization of genetic resources of plants in botanical gardens
страница3/3
Дата публикации03.12.2013
Размер480.97 Kb.
ТипДокументы
vb2.userdocs.ru > Культура > Документы
1   2   3
Вторичное испытание

Принципиальным отличием вторичного интродукционного испытания от первичного является то, что объектами для первого служат виды и их внутривидовые таксоны, представляемые как совокупность культивируемых в данном интродукционном пункте особей всех образцов, а для второго – особи отдельного образца исходного материала, представляющие тот или иной вид или культигенную форму.

В процессе вторичного интродукционного испытания научное изучение на его начальных стадиях

сменяется научным исследованием на завершающих стадиях. Полноценное вторичное интродукционное испытание возможно только при использовании растений своей репродукции; для древесных растений – обычно первой репродукции.

Вторичное интродукционное испытание для закрытого и защищенного грунтов чаще всего проводится в тех же культивационных помещениях, что и первичное. Что же касается открытого грунта, то здесь оно обычно проводится на коллекционных участках, а также в экспозиционных отделах пунктов интродукции. Интродуценты могут включаться в композиционную структуру экспозиционного отдела либо высаживаться отдельными биогруппами.

Во всех случаях вторичного интродукционного испытания, когда интродуценты высаживают в грунт, в том числе и в культивационных помещениях, существенное значение приобретает аллелопатическое воздействие фитоокружения. Взаимоотношения растений на этом аллелопатическом уровне, следует отметить, изучены недостаточно. Именно неизученностью и непредсказуемостью аллелопатических взаимоотношений интродуцентов с фитоокружением интродукция растения, равно как и декоративное садоводство с его большим набором растений, отличается от остальных отраслей земледелия, каждая из которых старается нейтрализовать аллелопатическое воздействие на культивируемые растения, используя при этом монокультуры, тщательный подбор культур для совместного выращивания и другие агроприемы. Известно немало случаев, когда интродуценты проявляли низкие адаптационные возможности, вплоть до гибели растений, лишь по причинам негативного аллелопатического воздействия фитоокружения. Соответственно рекомендуется при выявлении адаптационных возможностей интродуцентов учитывать, хотя бы относительно, степень аллелопатического воздействия фитоокружения.

Изучение видов или культигенных форм в процессе вторичного интродукционного испытания обычно проводится по нескольким направлениям, обусловленным целями и задачами пункта интродукции, а также биологическими особенностями интродуцентов. При этом установление адаптационных возможностей интродуцентов в том или ином виде производится всегда. Понятию «адаптационные возможности интродуцентов» придаются различные значения, но более правильным представляется употребление в смысле сколь нибудь успешного культивирования интродуцента в условиях конкретного пункта интродукции или зоны его интродукционного влияния. Понятие «адаптационные возможности интродуцента» допустимо применять только по отношению к совокупности всех культивируемых в пункте интродукции особей конкретного вида или его внутривидовых таксонов, в том числе и культигенных. По отношению к отдельным особям какого-то образца это возможно только внутри видового таксона. Адаптационные возможности интродуцентов – это суммарное проявление адаптационной реакции интродуцентов на лимитирующие факторы пункта интродукции. Исходя из этого, о полноте изученности адаптационных возможностей интродуцентов можно судить только после проявления во время вторичного интродукционного испытания воздействия лимитирующих факторов. Тогда как некоторые из таких факторов в ряде регионов и по отношению к некоторым группам интродуцентов могут не проявляться достаточно длительное время – абсолютный минимум, например. В таких случаях их влияние учитывается приблизительно или в условиях эксперимента.

Именно нерегулярность проявления абсолютного минимума явилась причиной разработки методов косвенного определения влияния низких температур, близких к абсолютному минимуму, на многолетние растения-интродуценты. Это и промораживание целых растений или их частей в специальных камерах, определение вязкости протоплазмы в предзимний период, установление степени одревесневания побегов и другие. Данные, полученные при помощи этих методов, являются достаточно приблизительными по отношению к естественной реакции растений-интродуцентов на воздействие низких температур, близких к абсолютному минимуму, но ими можно пользоваться при установлении адаптационных возможностей интродуцентов.

К тому же интродукционная практика показывает, что и непосредственное воздействие температур, близких к абсолютному минимуму (как, впрочем, и других лимитирующих факторов), на интродуценты по годам не бывает однозначным и зависит от многих причин: синоптических особенностей года, уровня агротехники, возраста и состояния растений и т.п. Подобное положение дел создает реальные предпосылки для известной нейтрализации негативного воздействия лимитирующих факторов за счет специальных агротехнических приемов.

Поскольку адаптационные возможности интродуцентов в конечном итоге зависят от адаптационной реакции каждой культивируемой особи, то отсюда следует, что данное понятие достаточно мобильно и на него можно воздействовать. Например, удаляя особи с низкой адаптационной реакцией, размножая и включая в процесс вторичного интродукционного испытания особи с высокой адаптационной реакцией, можно существенно повысить адаптационные возможности конкретного интродуцента. Подобного рода селективные меры обязательно должны проводиться на этапе вторичного интродукционного испытания, начиная с его ранних стадий, а в ряде случаев такое возможно уже на этапе первичного интродукционного испытания.

Как уже говорилось, объектами вторичного интродукционного испытания являются виды растений, в том числе и их внутривидовые таксоны: разновидности («полувиды»), вариации и формы. При этом именно формы характеризуются наименьшими отклонениями от параметров вида и, соответственно, чаще возникают как в естественных условиях, так и в культуре. Представляется целесообразным применительно к целям и задачам интродукции растений делать четкое различие между формами, мобилизованными из естественных условий, и формами, полученными в условиях культуры: садовыми формами, культиварами, сортами, как их обычно называют. Естественной форму, имеющую в таком случае статус внутривидового таксона, можно считать при условии, что среди особей данного вида постоянно имеется хотя бы одна с признаками данной формы; при культивировании недопустимо такую форму называть культиваром. Если однажды возникшая в природе естественная форма сохраняется только в культуре, то это культивар естественного происхождения, в отличие от культивара культигенного, то есть формы, возникшей в культуре.

Следует отметить, что на практике подобное разграничение трудно осуществимо и в данном вопросе много путаницы, но необходимо стремиться к постепенному приведению таксономических представлений к чему-то единому, логичному.

Отклонения от параметров вида, которому может быть придан статус формы, возникают постоянно как нечто изначально присущее генотипу вида. Их появление, в известном смысле, подчиняется закону математического распределения в том плане, что формы с наибольшими отклонениями от генотипа появляются реже и они менее жизнеспособны, формы с меньшими отклонениями от генотипа наблюдаются чаще, они более жизнеспособны и, как следствие этого, чаще встречаются в сколь нибудь взрослом состоянии. Природа и частота появления культигенных форм такова же, как и в естественных условиях, но возможностей для их сохранения больше, и создается неверное представление, что в условиях культуры появляется нечто такое, чего не может быть в естественных условиях. Разумеется, это не относится к формам гибридогенного происхождения.

Жизнеспособность появляющихся форм во многом определяется селектирующим воздействием окружающей среды, которая, в конечном случае, определяет, сохранится данная форма или нет. Не вызывает сомнений, что каждый пункт интродукции характеризуется своим, подчас уникальным, селектирующим воздействием, чем и объясняется тот факт, что в любом интродукционном пункте неизбежно наблюдается появление культигенных форм, отличающихся от уже известных. Отсюда следует, что культиварам любого происхождения присуща своеобразная региональность, заключающаяся в неоднозначном проявлении характерных черт в условиях разных мест культивирования. В практике земледелия это свойство культиваров известно давно и вызвало к жизни то, что называют районированием сортов.

Исходя из вышеизложенного, следует ожидать, начиная с первичного интродукционного испытания, появления культигенных форм как при семенном размножении, так и при вегетативном. Такие формы необходимо оперативно выявлять, объективно оценивать и при необходимости выделять в самостоятельные внутривидовые таксоны. Последнее необходимо, по крайней мере, по двум причинам: более объективно устанавливаются адаптационные возможности интродуцентов, появляются новые, представляющие определенную ценность, растения. Следует добавить, что формы, появившиеся в результате почковой вариации (соматической мутации), не всегда достаточно четко отличаются от родительских растений, и их в большинстве случаев считают культигенными клонами данной формы или вида. Статус таких клонов трактуется неоднозначно и нуждается в уточнении.

На этапе вторичного интродукционного испытания следует начинать проведение фенологических наблюдений, результаты которых являются основополагающими для установления многих характеристик интродуцентов. В своей сути методики фенологических наблюдений приемлемы для всех интродукционных пунктов, но на практике они применяются после некоторого критического осмысливания, учитывающего как особенности пункта интродукции, так и особенности растений, за которыми такие наблюдения ведутся. Результаты фенологических наблюдений представляют научную ценность только в том случае, если они проводятся регулярно, достаточно длительное время и по отношению к достоверно идентифицированным растениям. Практика же показала целесообразность использования специальных журналов фенологических наблюдений, которые могут быть разнообразными по форме. Для удобства оперативного пользования результатами фенологических наблюдений их желательно проводить в отношении предварительно сгруппированных, одновозрастных растений. Несмотря на кажущуюся простоту, методически правильные фенологические наблюдения довольно сложны в исполнении и, как правило, редко где проводятся в необходимом объеме.

Если в процессе первичного интродукционного испытания актуальными являются карантинные мероприятия по недопущению заноса новых вредителей и возбудителей болезней, то на этапе вторичного интродукционного испытания основное внимание уделяется защите интродуцентов от представителей местных патогенных организмов. Кстати, по отношению к интродуцентам в качестве таковых могут выступать виды, вполне безобидные для местных растений. Означенная проблема является достаточно серьезной, и исследования в данном направлении представляются более чем желательными.

В ходе вторичного интродукционного испытания должно быть принято решение о целесообразности сколь нибудь широкого культивирования интродуцентов, в противном случае образец остается коллекционным объектом или даже удаляется из коллекции. Последнее в интродукционной практике происходит довольно часто, и принятие такого решения зависит от многих обстоятельств: от адаптационных показателей интродуцента, от его практической ценности, от технических возможностей пункта интродукции, от гарантированного наличия интродуцента в других интродукционных пунктах и прочего. В случаях, когда принимается решение рекомендовать интродуцент для культивирования, помимо коллекционных фондов, необходимо выявить потребность в специальных агроприемах и разработать необходимые на данном этапе рекомендации по агротехнике.

Потребность в специальных агроприемах начинает проявляться еще на ранних стадиях первичного интродукционного испытания, но именно на этапе вторичного испытания можно провести достаточно результативные научные эксперименты по выработке оптимальных агромероприятий, порою весьма специфических. Так, экспериментально установлено, что в условиях гумидной зоны Черноморского побережья Кавказа рыхление почвы в приствольных кругах представителей семейства Thymelaeaceae недопустимо, поскольку приводит к гибели последних вследствие проникновения возбудителей корневых гнилей через порезы корней.

Рекомендации по сколь нибудь массовому культивированию интродуцентов должны основываться на результатах конкурсного испытания, являющегося составной частью подведения итогов интродукции.

Подведение итогов интродукции

Собственно говоря, подведение итогов интродукции можно начинать одновременно с мобилизацией исходного материала, но реальную ценность это специфическое понятие интродукции растений начинает приобретать только тогда, когда большинство интродуцентов определенной группы растений находится на завершающих стадиях вторичного интродукционного испытания. Итоги интродукции можно подводить по конкретным группам растений, по совокупности всех интродуцентов в данном пункте интродукциии, получая в каждом случае свои, отличающиеся результаты. Кроме того, в отличие от остальных видов интродукционного анализа, подведение итогов интродукции может проводиться по совокупности многих интродукционных пунктов в пределах любого региона (флористического или административно-территориального) и даже в глобальном масштабе. Результаты такого обобщенного подведения итогов интродукции представляют интерес при проведении интродукционного поиска.

Существует достаточно много методик подведения итогов интродукции, но всем им присуща чёткая ориентация на биологические и хозяйственные параметры той или иной группы интродуцентов с поправкой на агроклиматические особенности пункта интродукции. Любая из методик учитывает степень соответствия интродуцентов лимитирующим факторам, обычно берутся во внимание наиболее значимые из них, для каждого конкретного случая. В конечном счете, результаты подведения итогов интродукции предстают в виде различных перечней интродуцентов с указанием корректирующих признаков или с подразделением по этим признакам. Подобные перечни часто сопровождаются указанием жизненной формы и родины.

Уместно обратить внимание на своеобразную закономерность процесса интродукции растений: результаты научных наблюдений, полученные на ранних этапах интродукционного испытания, оказывают корректирующее воздействие на результативность интродукционного испытания на последующих этапах, а результаты научных исследований поздних этапов интродукционного испытания оказываются определяющими на этапах реинтродукции. Таким образом, интродукция растений предстает непрерывным и одновременно дискретным процессом во времени и пространстве, с ее характерными возвратами к начальным этапам интродукционного испытания, с ее разновременной множественностью интродукционных испытаний одних и тех же таксонов. Все это придает динамичность и стабильность процессу интродукции.

Учитывая подобную специфику интродукционного процесса, целесообразно, начиная с известного

момента, подведение итогов интродукции проводить периодически, скажем, раз в десять лет, а для интродукционных пунктов с интенсивной мобилизацией исходного материала – через пять лет. При этом перечни интродуцентов, являющиеся результатом подведения итогов интродукции, следует сопровождать подзаголовком: «Интродукционная ситуация на <...> ( указать дату)». Определение «интродукционная ситуация» в данном случае указывает на уровень представлений об объеме и составе интродуцентов с учетом степени достоверности их идентификации. Отдельным разделом подведения итогов интродукции является перечень выбывших таксонов с указанием причин выбытия из интродукционного испытания.

В основу конкурсного испытания интродуцентов, аналогичного, по существу, сортоиспытанию сельскохозяйственных культур, также положены методологически различные оценки тех или иных биохозяйственных признаков. Такие методики в значительной мере региональны и четко ориентированы на характерные особенности предварительно выделенных групп растений. Конкурсное испытание целесообразно проводить на завершающих этапах вторичного интродукционного испытания, с участием уже культивируемых видов и форм. Конкурсное испытание в ряде случаев предусматривает проведение интродукционного эксперимента, условия постановки которого определяются особенностями исследуемой группы растений. По результатам конкурсного испытания выделяются интродуценты, рекомендуемые для культивирования с теми или иными целями в зоне интродукционного влияния пункта интродукции. Объёмы такого культивирования, минимальные вначале, в процессе культивирования нормализуются, испытывая определенные колебания. Выделение определенных интродуцентов для последующего культивирования, являясь в чем-то субъективным, не означает, что остальные интродуценты, проявившие себя сколь нибудь положительно, не могут использоваться в тех же целях.

Завершение процесса интродукции растений

Если завершение первичного интродукционного испытания для многих интродуцентов определяется довольно четко, то завершение этапа вторичного интродукционного испытания, а соответственно и всего процесса интродукционного испытания, в большинстве случаев оказывается существенным образом - размытым во времени. Такое положение дел вполне естественно, если принимать во внимание, что объектами первичного испытания являются вполне конкретные образцы исходного материала, а объектами вторичного интродукционного испытания выступают либо вид, либо его внутривидовые таксоны – категории в известной мере абстрактные, хотя и представленные вполне реальными растениями-интродуцентами. В норме вторичное интродукционное испытание продолжается, затухая неопределенно долго, подпитываемое периодическим включением в интродукционный процесс новых образцов исходного материала данного таксона, новые данные испытания которых вносят коррективы в результаты, полученные ранее. Весьма условно и чисто теоретически вторичное интродукционное испытание можно считать относительно завершенным, когда иссякнут очевидные мотивы вовлечения в процесс интродукции новых образцов исходного материала. На практике же в качестве определения окончания вторичного интродукционного испытания пользуются несколькими, далеко не бесспорными и весьма условными, критериями. Одним из них является условие образования культигенной популяции интродуцентов. Другим критерием служит так называемая акклиматизация растений-интродуцентов. В качестве завершения процесса интродукции называют и такой критерий, как натурализация интродуцентов.

Культигенные популяции интродуцентов – вещь вполне реальная, хотя и достаточно специфическая, но в процессе интродукции такие популяции возникают достаточно редко, в основном среди быстрорастущих травянистых и кустарниковых растений.

При всем этом культигенные популяции распространены достаточно широко, но их становление в

большинстве случаев происходит уже тогда, когда интродуценты начинают массово культивироваться в качестве цветочных, декоративных, плодовых и прочих культур. А это уже за пределами интродукционного процесса.

Под акклиматизацией обычно понимают соответствие основных биологических и экологических требований интродуцентов основным почвенно-климатическим параметрам района интродукции, но это в значительной мере очевидно уже на стадии интродукционного поиска, в противном случае интродуцент выбыл бы из процесса интродукции еще на этапе первичного интродукционного испытания.

По мнению некоторых интродукторов, появление самосева является доказательством акклиматизации. Тогда как по нашим многолетним наблюдениям, появление самосева во многом определяется синоптическими особенностями года, наличием опылителей и распространителей семян среди местной фауны, состоянием поверхностного слоя почвы и прочими факторами. Так, например, мульчирование почвы свежим торфом под растениями Hebex andersonii, произрастающими в районе Сочи, всегда вызывает массовое появление самосева, который в дальнейшем оказывается нежизнеспособным.

Кроме того, бывает, что интродуценты, которые можно было бы считать акклиматизировавшимися, вполне сознательно, по тем или иным причинам, исключаются из интродукционного процесса. Что касается натурализации интродуцентов, то здесь традиционно понимается способность их «дичания», спонтанного вхождения в состав фитоценозов района интродукции. С одной стороны, такое поведение интродуцентов должно свидетельствовать об их полной «акклиматизации», позволяющей им, наравне с растениями местной флоры, становиться компонентами фитоценозов. С другой стороны, это свидетельствует о деградации фитоценозов, о серьезных нарушениях внутриценотических связей и о появлении, вследствие этого, «свободных» экологических ниш, которые и занимают «одичавшие» интродуценты. Практика показывает превалирование последнего фактора и ставит под сомнение первое заключение. Вне сомнений, нарушения фитоценозов носят временный характер, со временем они неизбежно стабилизируются, но уже с участием вошедших в их состав интродуцентов, которые, таким образом, оказываются вовлеченными в процесс становления нарушенных фитоценозов, одновременно придавая им новые, трудно прогнозируемые свойства. Нарушенные фитоценозы наших дней – явление повсеместное, наиболее обычны деградировавшие фитоценозы вокруг больших городов и крупных объектов хозяйственной деятельности человека. В случае благоприятных обстоятельств они могут стабилизироваться на базе растений местной флоры, но если в процесс стабилизации оказываются вовлеченными интродуценты, в особенности если они начинают занимать ключевые для данного фитоценоза экологические ниши, то начинается своеобразная «цепная реакция» деформации фитоценозов. Появляются все новые свободные экологические ниши, которые, в том числе, продолжают занимать новые представители интродуцентов. Насколько необратимым и разрушительным является такой процесс деградации фитоценозов, на данном этапе судить затруднительно, но для ряда регионов это уже серьезная проблема.

В связи с вышеизложенным, уже сейчас высказываются требования, порою достаточно резкие и настойчивые, вообще прекратить интродуцировать растения во избежание «глобальной экологической катастрофы». Вряд ли подобное возможно, да и поможет ли такая мера при уже имеющихся в культуре тысячах интродуцентов, многие из которых со временем, вполне возможно, войдут в состав местных фитоценозов. Но локальные ограничения представляются обоснованными. Так, например, для Черноморского побережья России весьма актуальным явится запрет на интродукцию представителей родов Amorpha и Pueraria, хотя, к чести интродукторов из этого региона, интродукция данных растений уже прекращена безо всяких запретов. Следовательно, еще на этапе интродукционного поиска следует принимать во внимание возможность нежелательной натурализации некоторых из будущих интродуцентов, со всеми вытекающими отсюда последствиями.

Таким образом, некорректность всех определений конечного этапа интродукционного процесса очевидна, но за неимением других, сколь нибудь приемлемых, в сугубо практических целях ими приходится пользоваться, хотя и с некоторыми оговорками.

В завершение необходимо рассмотреть вопрос о взаимоотношении интродукции растений и селекции растений. По мнению некоторых интродукторов, селекционная работа с интродуцентами должна занимать ключевое положение в интродукционном процессе. Есть ли в этом необходимость? Да, действительно, в процессе интродукции растений приходится иметь дело с отдельными проявлениями селекции растений: искусственный отбор, вопросы гибридизации и тому подобное. Интродукция растений является своеобразным синтезом ботанической и сельскохозяйственной наук, и определенное участие методов и приемов селекции растений вполне объяснимо и допустимо. Более того, сама селекция растений, если она пользуется результатами интродукции растений независимых пунктов интродукции, получает импульс для своего развития, в особенности в области декоративного садоводства, включая цветоводство.

Заключение

Даже при кратком, в чем-то схематичном, рассмотрении круга вопросов, связанных с интродукцией растений, последняя предстает весьма оригинальным явлением во всем многообразии органического единения разноплановых закономерностей, методов, методик, способов и приемов как теоретического, так и практического характера, своеобразным мостиком между ботанической наукой и практикой земледелия. Интродукцию растений характеризует целый ряд особенностей, отличающих ее от прикладных ботанических дисциплин, равно как и от сельскохозяйственной науки. В то же время в интродукции растений гармонично сочетаются отдельные теоретические положения ботаники с агротехническими приемами культивирования растений, а также с приемами прикладного искусства, принимая во внимание, что подавляющее большинство интродуцентов являются декоративными растениями.

Знакомство с основными положениями интродукции растений в качестве систематизирующего и обобщающего элемента будет, несомненно, полезным для специалистов-интродукторов как России, так и зарубежных стран, а в качестве спецкурса – для студентов высших и средних учебных заведений, которым в своей дальнейшей деятельности придется сталкиваться с теми или иными проявлениями интродукции растений, наукой о введении растений в культуру.
^ Список использованной литературы
Базилевская Н. А. Об основах теории адаптации растений при интродукции. М., 1964. 132 с.

Благовещенская А. В. Единая методика биохимической и физиологической оценки акклиматизи-

рованных растений // Бюл. ГБС АН СССР. 1963. Вып. 15. С. 46–49.

Вавилов Н. И. Основы интродукции растений для субтропиков СССР // Вавилов Н. И. Тр.ВАСХНИЛ. 1936. Вып. 2. С. 3–18.

Вехов И. А. Методы интродукции и акклиматизации древесных растений // Тр. Бот. ин-та АН

СССР. Сер. 6. 1967. Вып. 5. С. 93–106.

Гродзинский А. И. Аллелопатия и интродукция растений // Бюл. ГБС АН СССР. 1971. Вып. 81.

С. 45–50.

Гурский А. В. Основные итоги интродукции древесных растений в СССР. М.; Л., 1957. 304 с.

Замятин Б. Н. О терминах и понятиях в работе по интродукции и акклиматизации растений // Бот.

журн. 1971. Bып. 2. С. 1095–1103.

Карпун Ю. Н. К вопросу о проблемах садовых форм // Бюл.ботсада «Белые ночи». 1993 . С. 56–60.

Карпун Ю. Н. Национальный субтропический ботанический сад России: перспективы, проблемы,

реальность. Сочи, 1995. 12 с.

Карпун Ю. Н. Перспективы интродукции древесных растений из южного полушария на Черноморское побережье Кавказа (район Сочи) // Итоги и перспективы интродукции древесных растений в России. 1998. Вып. 9. С. 1–40.

Каталог культивируемых древесных растений растений России / Под ред. Н.Н.Арнаутова, А.В.Боброва, Ю.Н.Карпуна и др. Сочи; Петрозаводск, 1999. 173 с.

Кормилицин А. М. Флорогенетические и экологические принципы подбора древесных интродуцентов // Тр. Никит. ботсада. 1979. Вып. 77. С. 25–33.

Культиасов М. В. Эколого-исторический метод в интродукции растений // Бюл. ГБС АН СССР.

1953. Вып. 15. С. 24–40.

Лапин П. И. О терминах, применяемых в исследованиях по интродукции и акклиматизации растений // Бюл. ГБС АН СССР. 1972. Вып. 83. С. 10–18.

Лапин П. И. Некоторые проблемы практики интродукции растений в ботанических садах // Исследование древесных растений при интродукции. М., 1982. С. 5–29.

Малеев В. П. Теоретические основы акклиматизации растений. Л., 1933. 160 с.

Некрасов В. И. Актуальные вопросы развития теории акклиматизации растений. М., 1980. 102 с.

В. И. Некрасов Понятия, термины, методы и оценки результатов работы по интродукции. М.,

1971. 11 с.

Разумовский С. М. Ботанико-географическое районирование Земли как предпосылка успешной интродукции растений // Интродукция тропических и субтропических растений М., 1980. С. 10–27.

Русанов Ф. Н. Метод родовых комплексов в интродукции растений // Бюл. ГБС АН СССР. 1977.

Вып. 81. С. 1520.

Селянинов Г. Т. Климатические аналоги Черноморского побережья Кавказа // Тр. прикл. бот. ген.

сел. 1928–1929. Вып. 2. С. 53–62.

Шлыков Г. Н. Интродукция и акклиматизация растений. М., 1963. 488 с.

De-Candolle Alph . Geographie botanique raisonnee. Paris, 1885. V. 1–2.

Mayr H. Waldban auf naturgaschichtlicher Grundlage. Berlin., 1925. 473 s.

***

THE MAIN PROBLEMS OF INTRODUCTION

Karpun Yu. N.

The main problems of plintroduction are presented as theses. The plants introduction is suggested to regard as process of their cultivation, which has several stages: the mobilization of plant's material, primary test, second test. The basic terms are offered: introduction point, introduction search, collection number, introduction situation, etc. The peculiarities of plants introduction process are presented. The relationship between native flora and introduction plants are considered.
1   2   3

Похожие:

Conservation and mobilization of genetic resources of plants in botanical gardens icon“Economic, ecological and sociocultural measures of ethnic and traditional...
«autonomization» project of areas of traditional managing of the region without removal of resources by industrial way
Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
Школьные материалы


При копировании материала укажите ссылку © 2014
контакты
vb2.userdocs.ru
Главная страница