Новый роман автора мировых бестселлеров «Просто вместе» и«Мне бы хотелось…» «Я ее любил / я его любила» пронзительно грустная и красивая книга о любви


НазваниеНовый роман автора мировых бестселлеров «Просто вместе» и«Мне бы хотелось…» «Я ее любил / я его любила» пронзительно грустная и красивая книга о любви
страница4/11
Дата публикации31.12.2013
Размер1.2 Mb.
ТипКнига
vb2.userdocs.ru > История > Книга
1   2   3   4   5   6   7   8   9   10   11

- Ладно, давай сюда тарелку.

Он стоял у меня за спиной.

- Ты сама не знаешь, как сильно ранишь меня своими словами. До крови. Но я не в обиде - все дело в твоем горе…

Он поставил передо мной тарелку с дымящейся едой. - И все-таки есть одна вещь, которую я тебе спустить не могу, одна-единственная… «Что именно?» - Я подняла на него глаза.

- Не упоминай больше свеклу, прошу тебя. В округе ты на десять километров не найдешь ни одного свекольного поля…

Он был очень собой доволен, старый хитрюга.

- Гм, неплохо… Очень даже вкусно. Думаю, вам будет не хватать меня как поварихи, так ведь?

- Да, тут ты права, но во всем остальном, спасибо большое… Испортила мне аппетит…

- Неужели?

- Точно-точно.

- Как вы меня напугали!

- Но я все-таки попробую эти восхитительные спагетти…

Он подцепил вилкой слипшиеся макаронины.

- Э-э-э, как это говорят?… Aldente1.( 1 Здесь: В самый раз (ит.).) Я смеялась.

- Люблю, когда ты смеешься.

Мы долго сидели молча.

- Вы обиделись?

- Нет, скорее растерян…

- Мне очень жаль.

- У меня такое чувство, что я чего-то не понимаю. Огромный клубок, который я не в силах распутать…

- Я хотела…

- Помолчи. Дай мне сказать. Я должен немедленно разобраться. Это очень важно. Не знаю, сможешь ли ты понять меня, но хоть выслушай. Я должен потянуть за ниточку, но не знаю, за какую. Не представляю, как и с чего начать. Боже, все так сложно… Потяни я слишком сильно или не за ту нитку, все еще больше запутается. Так запутается, что я ничего больше не смогу сделать и увязну окончательно. Понимаешь, Хлоя, моя жизнь, вся моя жизнь - это клубок, точно сжатый кулак. Вот он я, весь тут, перед тобой, сижу на этой кухне. Мне шестьдесят пять лет. Я ни на что не гожусь. Я тот старый дурак, которому ты только что так всыпала. Я ничего не понял, я так никогда и не поднялся на седьмой этаж. Я испугался собственной тени и вот к чему пришел. Смерть близка… Нет, прошу тебя, не перебивай… Не сейчас. Позволь мне разжать кулак. Хоть чуть-чуть. Я долила вина в стаканы.

- Начну с самого несправедливого, с самого жестокого… С тебя… Он откинулся на спинку кресла.

- Когда я впервые тебя увидел, ты была вся синяя. Помню, это произвело на меня впечатление. Ты стояла в проеме этой двери… Адриан поддерживал тебя, а ты протянула мне скрюченную от холода руку. Ты не могла ни пальцем шевельнуть, ни слова вымолвить, и я пожал твою ладонь в знак приветствия, и на твоем запястье остались белые следы от моих пальцев. Адриан со смехом сказал разволновавшейся Сюзанне: «Я привел вам Штрумпфетку1!»(Штрумпфы - маленькие синие человечки, герои популярного в 1950-х гг. мультфильма Пейо, говорящие на тарабарском языке.) Потом он отнес тебя наверх и положил в горяченную ванну. Сколько ты там пролежала? Не помню, зато помню, как Адриан все повторял и повторял матери: «Спокойствие, мама, спокойствие! Как только она сварится, мы сядем за стол!» Мы действительно хотели есть - я, во всяком случае. Ты меня знаешь, знаешь, какими бывают оголодавшие старые дураки… Я уже готов был потребовать, чтобы подавали ужин без вас, - но тут ты появилась, одетая в старый халат Сюзанны, с мокрыми волосами и застенчивой улыбкой на лице.

Зато щеки у тебя были красные-красные, просто пунцовые…

За едой вы рассказали, что стояли в очереди в кинотеатр, чтобы посмотреть «Воскресенье за городом», но билетов не хватило, и Адриан, выпендрежник - это семейная черта! - предложил тебе провести воскресенье за городом… и отправиться туда на его мотоцикле. Решать нужно было немедленно - и ты согласилась, потому и заледенела: под плащом у тебя была легкая маечка. Адриан пожирал тебя глазами, что было нелегко - ты почти все время сидела, опустив голову. Когда он говорил о тебе, мы видели ямочки у тебя на щеках, и мы думали, что ты нам улыбаешься… Помню еще, на тебе были надеты какие-то немыслимые кеды…

- Правильно! Желтые «Converse*.

- Ну да, и чего тогда ты критикуешь кроссовки, которые я купил вчера Люси… Кстати, нужно будет ей сказать: «Никого не слушай, милая моя, когда я познакомился с твоей мамой, на ней были желтые кеды с красными шнурками…»

- Вы и шнурки помните?

- Я все помню, Хлоя, все, слышишь меня? И красные шнурки, и книгу, которую ты читала на следующий день, сидя под вишней, пока Адриан возился со своим мотоциклом…

- И что же это была за книга?

- «Мир глазами Гарпа»[, (1 Роман Джона Ирвинга) так?

- Все точно.

- Помню, что ты предложила Сюзанне расчистить маленькую лестницу, которая вела в бывший погреб, помню, что она умилялась тому, как старательно ты выпалывала сорняки. «Невестка? Невестка?» - казалось, это слово огненными буквами плясало у нее перед глазами. Я отвез вас на рынок в Сент-Аман, ты купила несколько кусков козьего сыра разных сортов, а потом мы выпили на площади мартини. Ты читала статью - кажется, об Энди Уорхолле, - пока мы с Адрианом поддавали…

- Просто поразительно, как вы все это запоминаете? - Ну… невелика заслуга… Это был один из тех редких случаев, когда мы что-то делали вместе… - С Адрианом? - Да… -Да.

Я встала, чтобы взять сыр.

- Нет-нет, не меняй тарелки, не стоит.

- Обязательно поменяю! Я знаю, что вы ненавидите есть сыр с грязной тарелки.

- Я ненавижу? Неужели? А знаешь, и, правда, терпеть не могу… Еще одна причуда старого дурака, да?

- Ну… вообще-то… да.

Он состроил рожу и протянул мне свою тарелку.

- Вот чертовка. Ямочки.

Я, конечно, помню вашу свадьбу… Ты держала меня под руку и была необычайно хороша. Все время спотыкалась. Когда мы шли через площадь Сент-Аман, ты шепнула мне на ухо: «Вам бы следовало украсть меня, я бы выбросила эти проклятые туфли в окно вашей машины, и мы отправились бы есть улиток к Иветте…» От этой шутки у меня аж голова закружилась. Я изо всех сил сжал в руке перчатки. На, возьми сыр…

- Бог с ним, с сыром, вы продолжайте…

- Ну что тебе еще рассказать? Помню, однажды мы назначили встречу в кафе - оно находилось на первом этаже в том же здании, что и мой офис, - я должен был забрать какой-то половник, который тебе одолжила Сюзанна. В тот день я, наверное, тебе не понравился ~

торопился, был озабочен… Ушел прежде, чем ты допила чай, задавал вопросы о твоей работе и не слушал ответов, в общем… Так вот, в тот же вечер, за ужином, когда Сюзанна спросила меня: «Что нового?», я ни с того ни с сего вдруг сказал: «Хлоя беременна». «Она сама тебе

сказала?» - «Нет. Не уверен, что она в курсе…» Сюзанна пожала плечами, возвела глаза к потолку, но я оказался прав. Прошло несколько недель, и вы сообщили нам радостную новость…

- Как вы догадались?

- Не знаю… Мне показалось, что у тебя изменился цвет лица, да и усталой ты казалась неспроста…

Я долго могу так продолжать. Видишь, ты несправедлива. Что ты там говорила? Что все это время, все эти годы я никогда тобой не интересовался… О-о-о, Хлоя, надеюсь, тебе стыдно.

Он посмотрел на меня с укором.

- Но ты права - я эгоист. Говорю, что не хочу, чтобы ты уходила, просто потому, что не хочу, чтобы ты уходила. Думаю о себе. Ты мне ближе дочери. Моя собственная дочь никогда не скажет мне, что я старый дурак, про себя подумает, что я дурак, да и только!

Он встал за солонкой.

- Но… Что с тобой?

- Ничего. Ничего со мной.

- Но ты ведь плачешь.

- Нет не плачу. Смотрите - вовсе не плачу.

- Да конечно плачешь! Дать тебе воды?

- Спасибо.

- Ох, Хлоя… Не хочу, чтобы ты плакала. Я чувствую себя несчастным.

- Ну вот! Снова вы о себе! Неисправимый эгоист…

Я хотела перейти на шутливый тон, но из носу текли сопли, и зрелище было жалкое.

Я смеялась. Плакала. Вино меня не веселило.

- Я не должен был говорить тебе все это…

- Как раз должны. Это ведь и мои воспоминания тоже… Нужно привыкать потихоньку. Не знаю, понимаете ли вы, как для меня все это неожиданно… Всего две недели назад я была матерью благополучного семейства. Перелистывала в метро записную книжку, планировала ужины, подпиливала ногти, думая об отпуске. Раздумывала: «Взять с собой девочек или поехать вдвоем?» Вот какие вопросы меня волновали…

И еще я думала: «Нужно подыскать другую квартиру, наша хороша, но темновата…» Ждала, когда Адриан придет в себя, чтобы с ним поговорить, - видела, что он в последнее время не в своей тарелке… Раздражительный, обидчивый, усталый… Я беспокоилась о нем, думала: «Они угробят его на этой безумной работе, какой идиот так составляет расписание?»

Он отвернулся к камину.

- Благополучная жизнь, но не слишком веселая, правда?

Я ждала его к ужину. Ждала часами. Часто даже засыпала… Он, в конце концов, возвращался - понурый, с виноватым лицом. Я шла на кухню, потягиваясь. Старалась взбодриться. Он, конечно, не хотел, есть, у него совершенно пропал аппетит - на это ему совести хватало. Возможно, они успевали перекусить вместе? Вполне…

Как же трудно ему, наверное, было сидеть напротив меня! Какой нелепой я ему казалась с моей привычной веселостью и сериалом о жизни в доме близ сквера Фирмен-Жедон. Думаю, он ужасно мучился… У Люси выпал зуб, мама плохо себя чувствует, польская няня маленького Артура встречается с сыном соседки, я сегодня утром закончила, наконец, тот мраморный бюст, Марион постриглась, и это просто ужасно, у тебя усталый вид, отдохни хоть день, дай мне руку, хочешь еще шпината? Бедняга… какая пытка для неверного, но совестливого мужа. Какая пытка… Но я ничего не замечала. Никаких признаков, понимаете? Как можно быть такой слепой? Как? Либо я полная тупица, либо слишком доверчива. Впрочем, это одно и то же…

Я откинулась назад.

- Ах, Пьер… Какая же сволочная штука жизнь…

- Хорошее вино, правда?

- Очень. Жалко только, что не держит обещаний - не гонит хандру…

- Я впервые его пью.

- Я тоже.

- Это как твой розовый куст - я купил бутылку из-за этикетки…

- Ну да. Какая глупость… Бог знает что такое.

- Хлоя, ты ведь еще так молода…

- Нет, я старая, я чувствую себя старой. Я совершенно разбита. Я никому больше не верю. Буду теперь смотреть на жизнь через глазок в двери. Никому не открою больше дверь. Отойдите. Покажите правую руку. Хорошо, теперь левую. Наденьте тапочки. Стойте в дверях. Не двигайтесь.

- Нет, такой женщиной ты никогда не станешь. Не сможешь, даже если захочешь. Люди по-прежнему будут входить в твою жизнь, и уходить из нее, и ты снова будешь страдать, и это очень хорошо. Я за тебя не беспокоюсь.

- Конечно, нет…

- Что конечно?

- Что вы за меня не волнуетесь. Да вы вообще ни за кого не волнуетесь…

- Ты права… Не умею заботиться о других.

- Почему?

- Не знаю. Наверное, потому, что меня никто не интересует… -…никто, кроме Адриана.

- А что Адриан?

- Я думаю о нем.

- Вы за него беспокоитесь?

- Думаю, да… Да. Во всяком случае, за него я тревожусь больше всего.

- Но почему?

- Да потому, что он несчастен.

Я обалдела.

- Вот это да! Да вовсе он не несчастен… Совсем наоборот, очень даже счастлив! Сменил помятую жену-зануду на веселую белошвейку. И жизнь его стала куда приятней, не сомневайтесь.

Я вытянула руку. Ну-ка, посмотрим, который сейчас час… Без четверти десять. Где наш маленький страдалец? Где же он? Может, в кино или в театре? Или ужинает где-нибудь? Они, должно быть, уже съели закуску… он щекочет ей ладошку и думает о том, что будет потом. Осторожно, официант идет! Она отнимает руку, улыбается ему в ответ. Или они уже в постели? Скорей всего… Если я правильно помню, в начале романа часто занимаются любовью…

- Ты цинична.

- Я защищаюсь.

- Что бы ни делал Адриан, он несчастлив.

- Хотите сказать - он несчастлив из-за меня? Я порчу ему все удовольствие? О, неблагодарная…

- Нет, не из-за тебя - из-за себя самого. Из-за этой жизни, в которой ничего не происходит так, как тебе хочется… И все наши усилия просто смехотворны…

- Вы правы, ах он бедняжка!

- Ты меня не слушаешь. - Нет.

- Почему ты меня не слушаешь? Я откусила кусок хлеба.

- Потому что вы как бульдозер - все разрушаете на своем пути. Мое горе… Что вам мое горе? Уже сейчас оно вас обременяет, а скоро начнет раздражать, я уверена. А тут еще и кровные узы… Дурацкое понятие… Вы были неспособны, прижать к груди своих детей, хоть раз сказать им, то вы их любите, но при этом я точно знаю, в любой ситуации вы встанете на их защиту. Что бы они ни сказали, то бы ни сделали, они всегда будут правы перед нами, варварами. Перед нами, у которых другие фамилии.

Ваши дети не слишком часто вас радовали, но критиковать их позволено только вам. Вам одному! Адриан смылся, оставив меня и девочек. Вам это, конечно, не нравится, но я не надеюсь, что вы его обругаете. Хотя бы пара крепких выражений… это ничего бы не изменило, но мне было бы так приятно! Так приятно! Да, знаю, это выглядит жалко… Я и сама жалкая. Но всего несколько точных, обидных слов, как вы это умеете… Почему нет? В конце концов, я это заслужила. Я жду приговора патриарха, сидящего во главе стола. Все эти годы вы судите всех без разбора. Хороших, плохих, кто достоин вашего уважения и кто нет. Все эти годы я терплю ваши речи, ваше самоуправство, высокомерие, молчание… Всю эту липу. Показуху… Сколько же лет вы нас дурачите, Пьер…

Знаете, я ведь простая душа, мне нужно, чтобы вы сказали: «Мой сын - мерзавец, и я прошу у тебя прощения». Мне это необходимо, понимаете?

- Не рассчитывай.

Я взяла наши тарелки. - А я и не рассчитывала.

- Хотите десерт? - Нет.

- Ничего не хотите?

- Значит, все пропало… Я потянул не за ту ниточку. Я больше его не слушала.

- Узел еще больше затянулся, и мы сейчас как никогда далеки друг от друга. Итак, я старый дурак… Чудовище… И что там еще?

Я искала тряпку вытереть стол.

- Так что же еще?!

Я посмотрела ему прямо в глаза.

- Послушайте, Пьер, я много лет прожила с человеком, который ни на что не годился, потому что отец никогда не был ему настоящей опорой. Когда мы познакомились, Адриан вообще ни на что не мог решиться, так боялся вас разочаровать. А если он и брался за что-то, то это меня угнетало, потому что делал он это не ради себя, а для вас. Чтобы вас удивить или насолить вам. Спровоцировать или доставить удовольствие. Это было так трогательно. Мне было всего двадцать, и я пожертвовала ради него своей жизнью. Чтобы слушать его и гладить по голове, когда он не выдерживал. Я ни о чем не жалею, тогда я просто не могла поступать иначе. Я просто заболевала из-за того, что такой парень, как Адриан, занимается самоуничижением… Мы ночи напролет пытались разобраться, анализировали обстоятельства. Я тормошила его. Тысячу раз повторяла, что его история совершенно банальна! Мы принимали правильные решения и не следовали им, находили новые, и, в конце концов, я оставила учебу, чтобы он мог продолжить свою. Засучила рукава и три года подряд доставляла его на факультет, прежде чем отправиться на работу в подвалы Лувра. У нас был уговор: я не жалуюсь, а он больше не говорит мне о вас. Я не ставлю это себе в заслугу. Я никогда не говорила Адриану, что он лучше всех на свете. Я просто любила его. Лю-би-ла. Понимаете, о чем я?

Теперь вы понимаете, почему мне сегодня так хреново? Я вытерла тряпкой стол, огибая его руки, лежащие на нем.

- Доверие вернулось, блудный сын изменился. Он стал вести себя по-взрослому, вот он уже меняет старую кожу на новую под растроганным взглядом злого папочки. Согласитесь, неприятно?
1   2   3   4   5   6   7   8   9   10   11

Похожие:

Новый роман автора мировых бестселлеров «Просто вместе» и«Мне бы хотелось…» «Я ее любил / я его любила» пронзительно грустная и красивая книга о любви iconКнига Януша Леона Вишневского, автора поразительных международных...
Польше или в Новом Свете, — герои опять, по выражению автора, «убеждены в святости любви, в праве испытывать ее и готовы при ее появле...
Новый роман автора мировых бестселлеров «Просто вместе» и«Мне бы хотелось…» «Я ее любил / я его любила» пронзительно грустная и красивая книга о любви iconКнига Януша Леона Вишневского, автора поразительных международных...
Польше или в Новом Свете, — герои опять, по выражению автора, «убеждены в святости любви, в праве испытывать ее и готовы при ее появлении...
Новый роман автора мировых бестселлеров «Просто вместе» и«Мне бы хотелось…» «Я ее любил / я его любила» пронзительно грустная и красивая книга о любви iconБернар Вербер Рай на заказ Впервые на русском языке!
...
Новый роман автора мировых бестселлеров «Просто вместе» и«Мне бы хотелось…» «Я ее любил / я его любила» пронзительно грустная и красивая книга о любви iconЖиваго Аннотация «Доктор Живаго»
Нобелевской премии по литературе. Роман, явившийся по собственной оценке автора вершинным его достижением, воплотил в себе пронзительно...
Новый роман автора мировых бестселлеров «Просто вместе» и«Мне бы хотелось…» «Я ее любил / я его любила» пронзительно грустная и красивая книга о любви iconМария Семенова Бусый Волк[1]
«Бусый Волк» – новый роман знаменитой писательницы Марии Семеновой, автора «Волкодава», «Валькирии» и множества других бестселлеров,...
Новый роман автора мировых бестселлеров «Просто вместе» и«Мне бы хотелось…» «Я ее любил / я его любила» пронзительно грустная и красивая книга о любви iconАнита Амирезвани Равная солнцу Впервые на русском новый роман от...
Впервые на русском — новый роман от автора международного бестселлера «Кровь цветов»
Новый роман автора мировых бестселлеров «Просто вместе» и«Мне бы хотелось…» «Я ее любил / я его любила» пронзительно грустная и красивая книга о любви iconAnnotation Это не «любовный роман», а роман о любви. О любви обычных...

Новый роман автора мировых бестселлеров «Просто вместе» и«Мне бы хотелось…» «Я ее любил / я его любила» пронзительно грустная и красивая книга о любви iconКнига Януша Вишневского, автора популярнейших бестселлеров «Повторение судьбы»
Московского международного кинофестиваля 2007 г Вы станете свидетелями шести завораживающих историй любви, узнаете, что такое синдром...
Новый роман автора мировых бестселлеров «Просто вместе» и«Мне бы хотелось…» «Я ее любил / я его любила» пронзительно грустная и красивая книга о любви iconКнига Януша Леона Вишневского, автора поразительных международных...

Новый роман автора мировых бестселлеров «Просто вместе» и«Мне бы хотелось…» «Я ее любил / я его любила» пронзительно грустная и красивая книга о любви iconЭто не «любовный роман», а роман о любви. О любви обычных мужчины...
Это – не «любовный роман», а роман о любви. О любви обычных мужчины и женщины – таких как мы…
Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
Школьные материалы


При копировании материала укажите ссылку © 2014
контакты
vb2.userdocs.ru
Главная страница