Борис Акунин Настоящая принцесса и другие сюжеты


НазваниеБорис Акунин Настоящая принцесса и другие сюжеты
страница15/27
Дата публикации01.12.2013
Размер2.37 Mb.
ТипДокументы
vb2.userdocs.ru > История > Документы
1   ...   11   12   13   14   15   16   17   18   ...   27


Удивляться нечему. Среди тех, кто льнет к престолу, вечно преобладают честолюбцы и шкурники. Друзья у августейших персон тоже, как правило, «небурестойкие»: пока сияет солнце, они тут как тут; грянет гроза — их след простыл. Когда король остается голым, нагота его неприглядна. Магия власти рассеивается, пахнет трупом, все придворные в ужасе разбегаются. «Полцарства за коня!» — кричит монарх, но никто не зарится на его обанкротившееся царство, и своего коня бедняге тоже никто не отдаст. Всякий раз, читая летопись последних дней низвергнутого владыки, испытываешь стыд и отвращение — даже если падший властитель был гад последний и заслужил свою участь.

Тем сильнее впечатляют исключения из этого нелестного для человеческой природы правила. Верность рухнувшему с пьедестала венценосцу — поступок редкий и красивый. Я коллекционирую подобные примеры с детства.

Солдаты Кромвеля глумятся над плененным королем (картина П. Делароша), 

«Солдаты Кромвеля оскорбляют короля Карла I», Поль Деларош, 1837.

Гнусное линчевание гнусного диктатора,

Тело Муаммара Кадаффи, кадр видеозаписи 2011.

Вот томная принцесса де Ламбаль, подруга Марии-Антуанетты.

Будучи женщиной умной, вовремя сбежала от ужасов революции в Англию. Но, когда узнала, что королевская семья заключена в тюрьму, добровольно вернулась в Париж, где ее, разумеется, тут же арестовали.

Мари-Луиза Савойская, принцесса де Ламбаль (1749–1792),

«Мария-Луиза Савойская принцесса де Ламбаль Жозеф Сиффред Дюплесси» (XVIII в.).

На революционном суде обвиняемый должен был приносить присягу, клянясь «Свободой, Равенством и Ненавистью к королю с королевой». Мадам де Ламбаль сказала, что свободой и равенством — пожалуйста, а ненавистью к монархам клясться не может, ибо таковой не испытывает. На этом судилище и закончилось.

Прямо у дверей трибунала, во дворе, санкюлоты разорвали аристократку на части. Над ее изнеженным телом учинили всякие неописуемые мерзости, а голову посадили на пику и понесли в темницу к королеве — «для прощального поцелуя с подружкой». По дороге кому-то пришла в голову еще одна остроумная идея: голову занесли в парикмахерскую, чтобы сделать приличную для высочайшей аудиенции куафюру.

Шутка удалась на славу — Мария-Антуанетта упала в обморок.

Другая сходная история, более нам близкая, связана с казнью царской семьи в Екатеринбурге.

Поначалу в сибирское заточение за августейшей семьей поехала свита аж из сорока человек. Но по мере ужесточения тюремного режима и нарастания тревожных ожиданий число приближенных стало таять. До самого конца остались — добровольно — только четверо. И погибли вместе с Николаем, Александрой и их детьми.

Вы, конечно, и без меня всё это знаете, но хочу, чтобы вы вспомнили эти нечасто поминаемые имена и посмотрели на эти лица.

Когда в 2000 году РПЦ канонизировала царскую семью, погибшие слуги столь высокой чести удостоены не были, как будто даже при канонизации имеет значение социальный статус. А ведь, в отличие от царской семьи, у этих людей была возможность спастись, но они без принуждения сделали самоотверженный выбор. Я человек нецерковный, у меня своя агиоиерархия. Царская семья для меня — просто несчастные жертвы отвратительного преступления, а вот эти четверо — вполне себе святые.

Евгений Боткин. Алоизий Трупп. Иван Харитонов. Анна Демидова.

Из комментариев к посту:_f

Да, верность в беде — наверное, одно из самых высоких качеств, которые способен проявить человек. Еще вспоминается Ламуаньон де Мальзерб, добровольно пошедший в адвокаты к свергнутому Людовику XVI (и позднее тоже казненный).

А мне не понятна преданность слуг — они же наемные работники, а не друзья. получается просто холопская преданность. Ну врач еще мог быть близким человеком в семье (хотя про царскую семью уже сомнения), а повар и горничная? Так рабов и в древнем Египте вместе с господином хоронили.

Да и вообще, какие друзья могут быть у сильных мира сего? Дружба — это на равных. Тогда и выбор на равных. А к королям-царям может быть разве что пресмыкание, у меня никаких положительных эмоций это не вызывает.

Вообще, кстати, никогда не видела оснований Николая и Александру причислять к святым — они не были плохими людьми, но наделали кучу глупостей и тем самым приложили руку к революции. И Вы абсолютно правы — непонятно, с какой стати эти четыре человека обойдены вниманием._7

Как можно было допустить, имея абсолютную власть, эту революцию?! Это полностью на совести последнего царя! В результате его слабости пришли к власти те, кто уничтожил благородную прослойку, пролил кровь миллионов граждан. Не за что его было причислять к лику святых! А вот добровольно погибшие с ними — да, заслужили!..

Весеннее

.04.2012

Всех, кто отмечает Пасху, с праздником.

Всех, кто измучен бессмысленным и беспощадным российским климатом, — с тем, что появилась некоторая осторожная надежда относительно возможного наступления весны.

Московский апрель

Так или иначе, настроение апрельское, поэтому предлагаю поговорить о стихах.

С моей точки зрения, настоящее стихотворение должно соответствовать следующему определению:

«СТИХОТВОРЕНИЕ — род мантрического заклинания, в котором идеально составленный звукоряд особым образом воздействует на психоэмоциональное состояние слушателя».

Определение мое собственное, и я, пожалуй, не очень на нем настаиваю. Буду рад, если кто-то предложит другую дефиницию. Но если стихотворение не пробивает в моей всегдашней «психоэмоциональной» (термин неуклюжий, но точный) обороне брешь, я считаю, что это либо поэзия, написанная не для меня, либо вообще не поэзия.

Есть стихи, подобные оружию массового поражения, они действуют на большие массы людей:

«Пора, мой друг, пора, покоя сердце просит, летят за днями дни — и каждый час уносит частичку бытия».

Или: «И только высоко, у Царских врат, причастный тайнам, плакал ребенок — о том, что никто не придет назад».

Ну или вот: «Ни страны, ни погоста не хочу выбирать. На Васильевский остров я приду умирать».

И есть стихотворения вроде направленных лучей — действуют на немногих, зато мощно.

Самая лучшая книга о поэзии, какую мне довелось прочитать, это «Стихи обо мне» Петра Вайля. Яркий человек назвал 50 стихотворений, которые больше всего любит, — и объяснил почему. На месте какого-нибудь издательства я затеял бы серию подобных сборников, составленных известными современниками: мы бы лучше поняли и душевное устройство этих людей, и поэзию.

У меня в разном возрасте строфы-фавориты менялись. Их всегда было несколько — по одному заклинанию на каждую важную тему. Последнее время я, вслед за Эрастом Петровичем, учусь правильно стареть, поэтому круг интересов у меня соответствующий.

Это вот об уходящем времени:

Невероятно до смешного:

Был целый мир — и нет его.

Вдруг — ни Похода Ледяного,

Ни капитана Иванова,

Ну, абсолютно ничего!

(Георгий Иванов)

Вот о приходящей старости:

Под старость забывают имена,

Стараясь в разговоре, как на мины,

Не наступать на имя, и нема

Вселенная, где бродят анонимы.

(Лев Лосев)

И так далее.

Если всё же назвать какое-то одно стихотворение, которое кажется мне абсолютно идеальным, то читателям фандоринских книжек мой выбор известен (см. роман «Алмазная колесница»).

Томбо-цури

Кэфу ва доко мадэ

Ицута яра.

Мой ловец стрекоз,

О, как же далеко ты

Нынче забежал!

(Поэтесса Тиё про смерть маленького сына)

У каждого из вас, естественно, тоже есть любимый поэт и любимое стихотворение. А в этом стихотворении наверняка есть строка или строфа, которая вас сильнее всего «пробивает». Процитируйте ее, пожалуйста. Максимальный размер — четверостишье. Поддерживающие — плюсуйте.

Посмотрим, какой у нас в БС рейтинг поэтов и стихотворных цитат.

Из комментариев к посту:

Чтоб жизнь прожить, знать надобно немало,

Два мудрых правила запомни для начала:

Голодным лучше будь, чем что попало есть,

И лучше будь один, чем рядом с кем попало.

«На кухне вымыты тарелки

Никто не помнит ничего»

Пастернак. Вакханалия

Я взбиваю подушку мычащим «ты»

За морями, которым конца и края

В темноте всем телом твои черты

Как безумное зеркало повторяя.

Пробочка над крепким йодом!

Как ты скоро перетлела!

Так вот и душа незримо

Жжет и разъедает тело._munk

И должен ни единой долькой

Не отступаться от лица,

Но быть живым, живым и только,

Живым и только до конца._minsk

Поэзия как явление началась для меня, когда я услышала стихи Осипа Мандельштама.

Невыразимая печаль

Открыла два огромных глаза,

Цветочная проснулась ваза

И выплеснула свой хрусталь.

Библионочь

.04.2012

Незабываемая ночь ждет тех из вас, кто 20 апреля не уляжется спать, посмотрев «Спокойной ночи, малыши», а отправится в библиотеки, галереи и магазины, которые участвуют в «Библионочи», первом всероссийском книжном путче.

В связи с грядущим событием провожу маленькую викторину, чтобы продемонстрировать вам, до какой степени полон чудес и сюрпризов Мир Книги.

Кто из писателей абсолютный рекордсмен по количеству опубликованных произведений? И сколько их у этого стахановца (или этой стахановки) пера?

Испанская писательница Корин Тельядо (1927–2009) выпустила за 60 лет безостановочной писанины более 4000 (четырех тысяч) повестей.

Нетрудно посчитать, что книги она писала со средней крейсерской скоростью 1 шт./нед., и даже быстрее. Без отпусков. Повести сплошь любовные. Не читал ни одной, но подозреваю, что любови в них описаны какие-нибудь не очень длинные.

Восхищаюсь,Корин Тельядо.

У какого автора самый большой суммарный тираж книг (и какой)?

Шекспир — 4 миллиарда. Почти столько же у Агаты Кристи. Мир, увы, в основном читает по-английски и переводит тоже с английского.

Шекспир — чемпион!Шекспир, т. н. «Портрет Кобба» (ок. 1610).

У какого романа самый большой суммарный тираж?

Представьте себе, у «Истории двух городов» Диккенса (200 миллионов). Этот роман я никогда не мог дочитать до конца, теперь стыжусь.

Но французы тоже его не читают, хотя роман про Францию,

История двух городов, издание 1921 года.

Какой самый длинный роман всех времен и народов?

Марсель Пруст «В поисках утраченного сами-знаете-чего». Там 1,2 млн слов (вдвое больше, чем в «Войне и мире»).

Миллион слов,Тома «В поисках утраченного времени» Марселя Пруста.

Кто сегодня самый высокооплачиваемый автор?

Это не особенно читаемый у нас, но очень популярный в англоязычном мире Джеймс Паттерсон. В прошлом году он заработал аж 84 млн долларов. Паттерсон — книжнорыночный гений, постоянно меняющий технологии и стратегии. Вот у кого есть чему поучиться. Например, он придумал новый тип литературного франчайзинга: пишет в соавторстве с успешными туземными писателями разных стран. Всем выгодно — Паттерсон продвигает свои переводы на данном рынке, используя местного автора как паровоз, а иностранец, благодаря Паттерсону, попадает на американский рынок и вообще в «Суперлигу». В свое время агент писателя и ко мне обращался с подобным предложением, но змея-гордыня помешала. Да и не получилось бы ничего путного.

Современный писатель № 1,Джеймс Паттерсон, фото.

Какая книга самая дорогая на свете?
1   ...   11   12   13   14   15   16   17   18   ...   27

Похожие:

Борис Акунин Настоящая принцесса и другие сюжеты iconБорис Карлофф в фильме «Невеста Франкенштейна»
Чарльз Огл, Борис Карлофф,Лон Чейни мл., Бела Лугоши, Гленн Стрейндж, Кристофер Ли и другие
Борис Акунин Настоящая принцесса и другие сюжеты iconКвест Пролог «Квест» новый роман из серии «Жанры», в которой Борис...
«Квест» — новый роман из серии «Жанры», в которой Борис Акунин представляет образцы всевозможных видов литературы, как существующих,...
Борис Акунин Настоящая принцесса и другие сюжеты iconБорис Акунин Сокол и Ласточка
Происшествия из жизни нашего современника Николаса Фандорина, как и в предыдущих романах (“Алтын-Толобас”, “Внеклассное чтение”,...
Борис Акунин Настоящая принцесса и другие сюжеты iconБорис Акунин Любовница смерти
«Любовница смерти» (декаданский детектив) – девятая книга Бориса Акунина из серии «Приключения Эраста Фандорина»
Борис Акунин Настоящая принцесса и другие сюжеты iconБорис Акунин Любовник смерти
«Любовник смерти» (диккенсовский детектив) – десятая книга Бориса Акунина из серии «Приключения Эраста Фандорина»
Борис Акунин Настоящая принцесса и другие сюжеты iconБорис Акунин Статский советник
«Статский советник» (политический детектив) – седьмая книга Бориса Акунина из серии «Приключения Эраста Фандорина»
Борис Акунин Настоящая принцесса и другие сюжеты iconБорис Акунин Инь и Ян
«Инь и Ян» – это театральный эксперимент. Один и тот же сюжет изложен в двух версиях, внешне похожих одна на другую, но принадлежащих...
Борис Акунин Настоящая принцесса и другие сюжеты iconБорис Акунин Азазель Приключения Эраста Фандорина 1
В понедельник 13 мая 1876 года в третьем часу пополудни, в день по-весеннему свежий и по-летнему теплый, в Александровском саду,...
Борис Акунин Настоящая принцесса и другие сюжеты iconБорис Акунин Внеклассное чтение. Том 1 Самый объемный роман Б. Акунина!...
Подобно тому, как всякая тайна может быть раскрыта и рассказана, криминальная загадка также нуждается в отгадывании и изощренном...
Борис Акунин Настоящая принцесса и другие сюжеты iconБорис Акунин Внеклассное чтение. Том 2 Самый объемный роман Б. Акунина!...
Подобно тому, как всякая тайна может быть раскрыта и рассказана, криминальная загадка также нуждается в отгадывании и изощренном...
Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
Школьные материалы


При копировании материала укажите ссылку © 2014
контакты
vb2.userdocs.ru
Главная страница