Сокращенный курс лекций по дисциплине «Методы научных исследований» Модуль «Сущность и генезис методологии научного познания»


НазваниеСокращенный курс лекций по дисциплине «Методы научных исследований» Модуль «Сущность и генезис методологии научного познания»
страница1/11
Дата публикации09.11.2013
Размер1.79 Mb.
ТипДокументы
vb2.userdocs.ru > Философия > Документы
  1   2   3   4   5   6   7   8   9   10   11
Сокращенный курс лекций по дисциплине «Методы научных исследований»
Модуль 1. «Сущность и генезис методологии научного познания»
Тема 1. «Место и роль методологии научного исследования

в структуре научного познания»

  1. Понятие методологии и ее уровней.

  2. Специфика научного познания.

  3. Природа и функции метода научного познания.

  4. Научное и вненаучное знание: критерии научности.


1. Один из характерных признаков современной науки — возрастание роли в ней методологии при решении проблем роста и развития специализированного знания. Можно указать на ряд существенных причин, породивших эту особенность науки: сложность структуры эмпирического и теоретического знания, способы его обоснования и проверки; тесное переплетение описания свойств материальных объектов с искусственно вводимыми абстракциями, идеальными моделями, знаковыми объектами; сопряжение результатов предметно-орудийного эксперимента с выводами и следствиями «мысленного эксперимента». Эти и многие другие особенности современного познания требуют зрелого методологического сознания ученого и познания самой науки. Исследователи испытывают постоянную потребность анализировать свою деятельность, соотносить ее приемы и методы с применяемыми в других науках.

Само понимание методологии и ее функций претерпело существенные изменения: узкий формально-логический подход сменился содержательным обогащением проблематики, включающей социокультурное, гуманистическое измерение знания и познавательной деятельности. Методологический анализ, являясь формой самосознания науки, проясняет способы совмещения знания и деятельности, строение, организацию, способы получения и обоснования знаний. Выявляя условия и предпосылки познавательной деятельности, в том числе философско-мировоззренческие, методологический анализ превращает их в средства осознанного выбора и научного поиска.

Существуют различные уровни методологического анализа. Конкретно-научная методология со своими методиками имеет дело с техническими приемами, предписаниями, нормативами, формулирует принципы, методы конкретно-научной деятельности, описывает и обосновывает их. Например, методы меченых атомов в биохимии, условных рефлексов в физиологии, анкетирования в социологии и т. п. Другой уровень — общенаучная методология как учение о принципах, методах и формах знания, функционирующих во многих науках, соответствующих их предмету и объекту исследования. Это, например, методы эмпирического исследования: наблюдение, измерение, эксперимент; об-щелогическне методы: анализ, синтез, индукция, аналогия, дедукция и др., а также такие формы знания, как понятия и законы, гипотезы и теории. Возникнув как приемы и формы, используемые конкретными последователями, они затем используются другими учеными в различных областях знания, т. е. получают научную и культурно-историческую апробацию, что дает им статус всеобщих или общенаучных методов. Это приближает общенаучную методологию к уровню философского анализа знания, и тогда в качестве регулятивных принципов, методов и форм познания выступают философские идеи, положения, способы умозрения и рефлексии, которые при определенных условиях могут быть применены к изучению научно-познавательной деятельности. Единство общенаучного и философского уровней познания лежит в основе дисциплины, получившей название методологии научного познания. Она может быть определена как философское учение о системе апробированных принципов, норм и методов научно-познавательной деятельности, о формах, структуре и функциях научного знания. Ее назначение — выявить и осмыслить движущие силы, предпосылки, основания и закономерности роста и функционирования научного знания и познавательной деятельности, организовать проектно-конструктивную деятельность, ее анализ и критику. Методология науки, основываясь на общефилософских принципах и законах, исторически возникла и развивается на основе гносеологии и эпистемологии, логики, а в последние годы также истории, социологии науки, социальной психологии и культурологии, тесно смыкается с философскими учениями о языке.

Науку следует рассматривать не только как совокупность теоретических знаний о реальной действительности, но и как особый вид общественного духовного производства — производства истинного, систематизированного знания. Наука предстает как единство познавательной деятельности и ее результата — научного знания. Чтобы понять природу этого единства, необходимо прежде выявить отдельно особенности научной деятельности и научного знания.

2. Специфика научного познания может быть раскрыта в ходе анализа компонентов, этапов и методов научной деятельности. К компонентам научной деятельности относятся субъект, объект и средства. В этом случае гносеологическая система «субъект — объект» конкретизируется как «исследователь — средства исследования — объект исследования».

Субъект научной деятельности функционирует в современном обществе на трех взаимодействующих уровнях. На первом из них субъект выступает как индивид — исследователь, ученый, научный труд которого не обязательно носит совместный характер, но всегда является всеобщим трудом, так как он обусловливается частью кооперацией современников, частью использованием труда предшественников. Таким образом, ученый - это не абстрактный индивид или «гносеологический Робинзон», но «продукт» социально-исторического развития; его индивидуальная творческая деятельность, будучи достаточно автономной, в то же время всегда социально детерминирована. На втором уровне субъектом научного познания выступает коллектив, научное сообщество, в котором осуществляется интеграция многих умов, т. е. он действует как «совокупный ученый» (лаборатория, институт, академия и др.). Наконец, на третьем уровне субъектом научного познания оказывается общество в целом, на первый план здесь выдвигается проблема социальной организации науки и ее особенности в различных социально-экономических структурах. Таким образом, вычленение уровней позволяет отразить объективную диалектику индивидуального и коллективного в субъекте научного познания. Каждый из этих уровней представлен в науке и каждый важен по-своему.

Объект научной деятельности становится таковым лишь вследствие активной материально-практической и теоретической деятельности исследователя. Фрагмент реальности, став объектом познания, подвергается прежде всего предметно-орудийному воздействию, например в ходе физического эксперимента, а для того чтобы он стал объектом теоретического мышления, его «превращают» в идеальный объект путем представления через сеть научных понятий, специально созданную систему научных абстракций. Отсюда возникает необходимость введения понятия «предмет науки», которое фиксирует признаки объекта познания, необходимые для его познания в ходе активной познавательной деятельности, в целом общественно-исторической практики субъекта.

Историк и философ науки Л.М. Косарева отмечала, что «предметом науки являются определенного типа отношения человека к миру и к самому себе, т. е. мир сквозь призму определенного типа деятельности. В отличие от спинозовского понимания предмета науки — данных в готовом виде законов природы в качестве неизменных «решений Бога», — по Канту, предмет науки не дан, а задан формами человеческой чувственности и рассудка, т. е. каноном науки. Наука в известном смысле творит свой предмет не со стороны материального субстрата, а со стороны формы, синтетической связи. Этот сотворенный мир — вторая реальность по сравнению с «вещью в себе», мир предметов всякого возможного опыта — мир явлений» (Косарева Л.М. Предмет науки. М., 1977. С. 98). Один и тот же объект познания может стать основой для формирования предмета ряда наук, например, человек стал предметом исследования нескольких сотен наук, естественных и социально-гуманитарных, то же можно сказать и о таких объектах, как язык, наука, техника и т. д. В дальнейшем может возникнуть необходимость создания общей теории данного объекта, что возможно лишь на основе объединения данных разных наук путем применения принципов системного подхода и ведет к созданию новой научной дисциплины. Так было, например, в случае науковедения, экологии, а сегодня выдвигается задача создания человековедения. Возможна и другая ситуация: предмет науки складывается как отражение существенных параметров некоторого множества объектов, взятых в определенном отношении. Так, предмет химии — превращения различных веществ, сопровождающихся изменением их состава и строения; предмет физиологии — функции различных живых организмов (рост, размножение, дыхание и др.), регуляция и приспособление организмов к внешней среде, их происхождение и становление в процессе эволюции и индивидуального развития.

Средства научной деятельности включают материально-технические приборы, инструменты, установки и т. д., а также различного рода знаковые средства, в первую очередь язык — специальный научный и естественный. К средствам должны быть отнесены и методы получения, проверки, обоснования и построения знания, которые, как и язык, выделены в самостоятельный фактор в силу их специфики и особой значимости в научно-познавательной деятельности. Следует особо отметить принципиальное изменение всех средств научной деятельности в связи с происходящим техническим перевооружением науки информационной техникой, радикальным совершенствованием технических средств в области общественного обмена информацией. Принципиальными моментами становятся наличие персональных компьютеров и Интернета, подключающих исследователя не только к базам данных, но и к экспертным системам для консультаций; возможность интегрировать национальные и международные информационные базы данных и обеспечить принципиально новый уровень знаний в различных областях.

Рассмотренные компоненты научной деятельности раскрывают ее статическую структуру, тогда как анализ структуры деятельности в динамике предполагает вычленение основных этапов научного исследования. В самом обобщенном виде можно выделить следующие этапы: постановка проблемы, вычленение объекта и предмета исследования; эксперимент; описание и объяснение фактов, полученных в эксперименте, — создание гипотезы (теории); предсказание и проверка полученного знания. Очевидно, что этапы исследования варьируются в зависимости от специфики науки — естествознания, математики или социально-гуманитарных дисциплин.
3. Специфика научной деятельности в значительной мере определяется методами — общенаучными и специальными. Метод познания — это искусственная, не существующая в природе система правил и операций, которые, однако, обусловлены объективными свойствами познавательной системы «субъект—объект». Метод не есть нечто внешнее по отношению к субъекту или нечто, стоящее между субъектом и объектом, он включен в содержание понятия «субъект познания», выступает как его свойство, возникает и развивается в результате творческой, активной деятельности субъекта по преобразованию и познанию мира. Являясь открытой системой, метод постоянно развивается вслед за развитием производственной и информационной техники, в зависимости от постановки новых проблем и задач.

Формы и методы познавательной деятельности, вырабатываемые субъектом познания, не только не исключают возможность получения достоверного знания об объекте, но являются единственно возможным способом воспроизведения в познании реальных характеристик объекта.

Метод познания, по Гегелю, «поставлен как орудие, как некоторое стоящее на субъективной стороне средство, через которое она соотносится с объектом» (Гегель. Соч. Т. 6. М., 1937. С. 299). В том случае когда мы переходим к анализу внутренних отношений в методе, в частности его содержания, структуры, то обнаруживаем элементы, определяемые свойствами не только субъекта, но и объекта познания. Именно на этом уровне анализа обнаруживается внутренняя связь методов познания с объектом, тот факт, что метод, по Гегелю, «не есть нечто отличное от своего предмета и содержания», но возникает на основе этого содержания и свойств, законов самого объекта. Сам метод не содержится в объекте познания, методом становятся выработанные субъектом приемы и операции для получения нового знания, но деятельность субъекта по созданию этих приемов с необходимостью обусловлена закономерностями и свойствами объекта. Субъект, следуя своим целям, может достичь их, лишь разработав операции и процедуры, адекватные свойствам объекта, его содержанию. Таким образом, в самом общем виде метод может быть определен как система регулятивных принципов и правил познавательной, практической или теоретической, деятельности, выработанных субъектом на основе изучаемого объекта.

Определение метода научного исследования должно отражать как роль метода в системе субъектно-объектных отношений, адекватность его объекту исследования, так и механизмы достижения соответствия метода объективным законам, а также предусматриваемые им операции. В этом случае метод понимается либо как совокупность логических и предметно-орудийных операций, зависящих от объекта исследования и используемых для решения определенного класса задач, либо как разработанная учеными целеполагающая схема определенных последовательных операций.

Объективное обоснование принципов и правил метода находит свое отражение, в частности, в процессе, при котором «метод расширяется в систему» (Гегель). Метод реализует свои функции построения, проверки и приращения знания только в том случае, если он не просто базируется на некотором абстрактном принципе, но имеет в своей основе теоретическое знание как предпосылку правил и норм деятельности субъекта. Кроме того, сам метод исследуется в некоторой теории, определяющей его природу, структуру, функции и познавательные возможности. Складывается некоторая промежуточная система знаний, включающая как элементы самого метода, так и его теоретические предпосылки. Это знание может стать началом будущей теории или до поры заменять ее. Следует отметить, что развитие теории в так называемых эмпирических науках часто идет именно путем «расширения метода в систему». Подобный процесс имел место, например, в минералогии, где метод изучения происхождения минералов генетический развернулся в систему, включающую образование минералов, физико-химический механизм и геологический процесс минералообразования. Эта система и является сегодня содержанием науки, получившей название «генетической минералогии» как самостоятельной области минералогических знаний. В конце XX века в зарубежной философии науки появилась тенденция, получившая название «философское обесценивание научного метода». Обращение к истории науки, выявление исторических форм рациональности привело, например, известного американского философа С. Тулмина к выводу о том, что развитие науки не отражает «внешний вечный диктат логики», что позиция ученого определяется в гораздо большей степени его способностью откликаться на проблемы, чем следовать общепринятому научному методу. Еще более радикально эту точку зрения сформулировал П. Фейерабенд, разрабатывавший «анархистскую методологию» и отрицавший эвристическую роль метода, рациональности в целом. Основание для этого он видел в том, что всякое новое знание, открытие, достижение в науке, например коперниканская революция, квантовая теория, волновая теория света и другие, предполагает именно отклонение от метода, от методологических правил и норм в целом, происходит вопреки им.

Очевидно, что такая позиция направлена против абсолютизации роли метода и методологии в познании, она заставляет вновь задуматься над соотношением нормативного и творческого в научно-познавательной деятельности. В то же время ясно, что такой подход, во-первых, основан на некотором абстрактном представлении о научном методе, условиях его применения и по существу не учитывает, что в реальной науке нет общего «метода открытия», но есть множество частных методов, дифференцированных по функциям, предметным областям и познавательным возможностям. Выполняя свои репродуктивные, систематизирующие, конструктивно-организующие, обосновывающие и другие функции, методы служат основой и условием всей познавательной деятельности, втом числе собственно творческой. Во-вторых, «противники» метода ошибочно исходят из некоторого стереотипа, по которому метод — это жесткие, неизменные и абсолютно обязательные принципы и правила научной деятельности. Однако возрастающее значение вероятностных принципов в реальной практике современной науки, а также признание не только объективной определенности, но и объективно существующей неопределенности привели к новым представлениям о методе (что в дальнейшем будет показано на примере эксперимента). Отсутствие жесткой детерминации означает, что пользующийся методом исследователь четко осознает его познавательные возможности, не является «механическим» исполнителем, готов в любой момент совершенствовать и менять приемы и методы исследования.

Существуют различные классификации методов. Основные из них могут быть представлены следующим образом: деление по степени общности (общенаучные и специальные), по уровням научного познания (эмпирические и теоретические), по этапам исследования (наблюдение, обобщение, доказательство и другие). В дальнейшем изложении будут использованы и соответственно проиллюстрированы все три классификации.
4. Существуют два основных значения понятия «знание». Первое — знание как «состояние сознания» субъекта, т. е. содержащаяся в индивидуальном сознании совокупность образов, представлений, отнесенных к соответствующим объектам, процессам и принимаемая субъектом за знание. Второе -- знание как «объективное содержание мышления» (К. Поппер), представленное в объективированных, «внесубъектных» формах понятия, идеи, гипотезы, проблемы, теории и других. При рассмотрении специфики научного знания будем опираться на второе понимание знания, с которым преимущественно имеет дело методология науки.

Для выяснения специфики научного знания сравним его с обыденным, повседневным знанием; они в определенном смысле противостоят друг другу, но в то же время тесно взаимосвязаны. Обыденное знание и его конкретная форма — здравый смысл — это непрофессиональное, вообще неспециализированное жизненно-практическое, повседневное знание. Традиционно оно оценивалось как примитивное, обывательское, бытовое, «кухонное» мышление и т. п. Однако в последние десятилетия возникла необходимость определенной переоценки познавательной роли обыденного знания и здравого смысла.

Осознается, что именно они являются первоначальным и основным регулятором человеческого поведения и общения, лежат в основе формирующейся у человека картины реальности, с помощью которой он ориентируется в окружающем мире. Возникла также необходимость учесть взаимодействия науки с формами вненаучного знания, более точно определить ее место в духовной жизни общества, преодолеть ее непомерные претензии и высокомерие. Это позволило по-новому определить и обыденное знание, которое должно быть понято как «жизненно-практическое, не получившее строгого концептуального, системно-логического оформления, не требующее для своего усвоения и передачи специального обучения и подготовки и являющееся общим внепро-фессиональным достоянием всех членов общества» (Пушанский Б.Я. Обыденное знание. Опыт философского осмысления. Л., 1987). В отличие от обыденного знания научное знание — это продукт специализированной, профессиональной формы человеческой деятельности, которая предполагает существование особой цели его приложения, а также применение научных методов, которыми не располагает обыденное познание. Методологические требования к научному знанию (и, соответственно, социальные ожидания) — быть объективным, доказательным, точным, принципиально критичным, ориентированным на адекватное постижение реальности. Научное знание носит теоретический, концептуальный характер, как знание общезначимое и необходимое. Если обыденное знание — это, как правило, констатация явлений, внешних связей и соотношений, то научное ориентировано на исследование закономерностей, на поиск нового, отсюда его высокая объяснительная и предсказательная способности, а также его системная организация.

Разумеется, и обыденное знание в той или иной степени систематизируется для конкретных практических или духовных потребностей человека в виде, например, телефонной книги, справочников торговых предприятий, железных дорог, станций и т.п. Поскольку обыденное знание, отражая повседневный опыт человека, носит преимущественно «рецептурный» характер, то часто оно предстает в виде набора советов, рекомендаций, мнений, ссылок на примеры и авторитеты, популярные данные науки. Характер систематизации научного знания иной, он не сводится к простой упорядоченности какой-то информации, а представляет собой логически организованную, непротиворечивую систему высказываний, отражающих существенные свойства и отношения, которые могут выступать и в функции объяснительных принципов.

Каждый человек интуитивно понимает, что такое знание, принимает его присутствие наряду с реальностью как само собою разумеющееся. Знание лежит в основе многих областей человеческой деятельности и является специальным объектом изучения и анализа в теории познания и многих науках. В европейской культуре это понятие ведет свое начало из древнегреческой философии, существует тысячелетия и вместе с тем не имеет однозначного, точного определения, продолжает оставаться предметом обсуждения и дискуссий. Мы попадаем в ситуацию, когда осознаем, что невозможно дать понятию «знание» единственное определение, так как оно принципиально многозначно и многогранно, а эту неопределенность можно снять, только включив его в конкретный контекст, определив аспект, грань рассмотрения, к чему и будем стремиться далее.

Знание как неотъемлемое свойство и условие существования человека и общества

Начнем с того, что знание — это своеобразная социальная и индивидуальная память — способ сохранения и использования наследуемого и / или вновь создаваемого объема информации. Фундаментальную значимость для общества имеет запас знания о природе, формах и способах деятельности, образцах поведения, нормах и приемах коммуникации и общения. При" этом теоретическое знание — идеи, теории, мировоззрение и философия — не самое главное из того, что знает человек, и не самое большое по объему. Теоретическая интерпретация мира — это занятие немногих и знание, которым обладает малая часть общества, лишь доля того, что считается знанием. Преобладающая область знания — это повседневные, дотеоретические, массовые знания — все то, что считается в обществе «знанием», независимо от обоснованности и достоверности, это сфера, которую исследователи называют «фабрикой значений» самой «реальности», которую «знают» люди. Без обыденного, повседневного знания невозможно выработать теоретическое знание, не может сложиться и сам «мир повседневной жизни», который рассматривается и переживается нами в качестве непосредственной реальности.

Повседневное знание обладает рядом фундаментальных черт, позволяющих строить представления о реальности, сохраняя преемственность традиций и одновременно признавая многообразие «реальностей» в разных обществах и в разное время. Личный опыт дает нам малую часть знания о мире, большая часть нашего знания имеет социальное происхождение, передается нам входе обучения, в общении и совместной деятельности. Прежде всего это нормативные системы — внутренний механизм существования социальных традиций, в рамках которых живет человек и является их участником. Как знание нормы включают образцы поведения и деятельности и предполагают их воспроизведение в новых условиях. Знание предстает здесь как своего рода путеводитель по образцам жизненных явлений и инструкция по пользованию ими. В повседневной жизни запас знания включает множество «рецептов» различного рода, обеспечивающих практическую компетентность в обыденных делах и решении проблем. Особенность нормативного (рецептурного) знания в том, что оно предписывает как, например, пользоваться телефоном, телевизором, стиральной машиной, автомашиной, но не является ответом на вопрос «почему?», т. е. не является знанием об их внутреннем устройстве и принципах действия. Следует также различать знание правил и следование им по привычке и знание о том, к каким последствиям приводит такого рода действие. Выполнение правил по привычке — это лишь навык приспосабливаться к тому, что «принято», «встраиваться в схему поведения», не задаваясь вопросом, почему это так, а не иначе: не хотят знать, могут, но не хотят объяснить.

Другая черта повседневного знания состоит в том, что наследуемое знание дается нам преимущественно как типичное и мы разделяем его с другими людьми. Перенимаемые схемы, типичные способы и мотивы деятельности, типы поведения и установки позволяют нам понимать других, осуществлять совместную деятельность. Недоступный моему непосредственному наблюдению внутренний мир другого во многом понимается по аналогии и по принятой нами обоими типичности. Типичные правила, предписания, образцы становятся стандартами, а при особых условиях — законами. Социальная структура в таком случае предстает как вся сумма типических знаний, соответствующих им образцов взаимодействия и существенным элементом реальности повседневной жизни. Нормативность, рецептурность, типизация осуществляют своего рода интеграцию разрозненных элементов знания каждой личности, выстраивают своего рода логику «того, что знает каждый». Пока это знание позволяет решать повседневные проблемы, оно принимается как достоверное и по существу является для нас таковым.

Третья особенность повседневного знания как социального феномена — его социальное распределение: разные люди или типы людей обладают запасом знания в разных объемах и содержании. Различие определяется многообразием культур и языков, жизненным опытом, в частности возрастным, профессиями, а также конкретными видами и родами непосредственных действий и занятий. Знание об этом само является важным элементом социального запаса знания каждого из нас и позволяет определять возможности не только свои, но и в определенной мере других людей, с кем мы вступаем во взаимодействие.

При рассмотрении знания как социального феномена интересно обратиться к размышлениям ученых, не являющихся специалистами в области теории познания или эпистемологии. Наиболее интересными и плодотворными представляются идеи Ф.А. Хайека — выдающегося англо-американского экономиста, лауреата Нобелевской премии, долгие годы дружившего с крупнейшим методологом и философом науки К. Поппером. Хайек обосновывал мысль о том, что в развитии и организации общества ведущую роль играл и играет сегодня не столько «расчетливый разум» — научно обоснованные рациональные правила, сколько моральные нормы и традиции, сложившиеся в повседневной жизни. Людям свойственно переоценивать интеллект, рациональное знание и полагать, что расцвет цивилизации происходит благодаря сознательному замыслу, планированию и контролю, а не следованию традиционным правилам поведения. Большую часть знания дает нам не непосредственный опыт и не наблюдение, а непрерывный процесс признания, усвоения и соблюдения в первую очередь нравственных традиций, не поддающихся обоснованию с позиций теории рациональности. Индивидуальный разум не может управлять традицией, она передается только при наличии большого числа индивидов, существенно отличающихся друг от друга и усваивающих различные ее части. Знания, необходимые для развития цивилизации, рождаются в процессе взаимодействия разнородных и даже противоречивых представлений миллионов «коммуницирующих индивидов», а вовсе не являются достоянием «управляющего супермозга». Вместо планового управления из единого центра в обществе должен складываться «расширенный порядок человеческого сотрудничества». Развитие человеческого знания, как и эволюция в целом, нуждается в многообразии личностей, и ценность индивида и его знания для других в значительной степени обусловлена его непохожестью на них. Реализация таких возможностей для развития знания обеспечивается скорее децентрализованной рыночной системой, чем централизованным (тоталитарным) государственным руководством (Хайек Ф.А. Пагубная самонадеянность. М., 1992).

В знаменитом диалоге Платона Сократ поставил задачу выяснить, «что такое знание само по себе», и в ходе обсуждения сформулировал ряд сопровождающих ее гносеологических вопросов: соотношение общего и частного знания, соотношение знания и ощущения, чувственного восприятия, знания и незнания, знания и мнения, знания как правильного мнения, а также сформулировал свой знаменитый метод «родовспоможения», майевтики — рождения мысли, становления знания. Для Платона знание — «самая мощная из всех способностей», а идея блага — самое важное знание. Душа «вспоминает», извлекает из самой себя то, что уже существует от века в ее глубинах, — истинное знание и понимание — такова суть познания. В противоположность истинному знанию (эпистеме), как знанию о бытии, мнение — промежуточное знание между наукой и незнанием, бытием и небытием. В Письме VII, знаменитом своими идеями о философии и познании, Платон рассматривал пять ступеней познания предмета: первая — это имя, вторая - определение, третья — изображение, четвертая — само знание, понимание и правильное мнение о познаваемом предмете. Все это едино, существует не в телесных формах, но в душах, из них понимание наиболее родственно, близко и подобно пятой ступени — тому, «что познается само по себе и есть подлинное бытие».

Лишь с огромным трудом, путем взаимной проверки — имени определением, видимых образов — ощущениями, да к тому же, если это совершается в форме доброжелательного исследования, с помощью беззлобных вопросов и ответов, может просиять и его соотношении с достоверностью, истиной, верой, языком представляют новый этап в понимании природы знания и познавательной деятельности.

Элементы и структура научного знания как целостной системы будут различными в зависимости от того, что является его предметом: рассматривается ли логическая структура теорий и их следствий или осуществляется анализ на функциональном уровне и выявляются функции каждого элемента знания; принимаются ли во внимание более крупные единицы знания, чем теория (исследовательская программа, картина мира и т. п.), или от них отвлекаются. Научное знание может быть представлено как система логически взаимосвязанных предложений, одни из которых фиксируют объективные связи и законы действительности, другие — формулируют программу получения, проверки и построения знания. Рассмотрение строения научного знания на уровне предложений позволяет использовать общие понятия и принципы логики: правила построения предложений, правила вывода, исследовать логическую структуру теорий, непротиворечивость ее исходных аксиом и т. д. Однако анализ строения на уровне предложений, т. е. логический подход к строению научного знания, оказывается недостаточным, не может дать исчерпывающую картину и не стремится к этому.

Следует отметить, что исторически сложившаяся определенная система научного знания является необходимым и существенным базисом для возникновения нового знания. Так, при открытии нового экспериментального факта отношения его со старым знанием могут складываться следующим образом: он предсказан имеющейся теорией; не предсказан, но вписывается в нее; несовместим со старой теорией. Во всех случаях старое знание — базис возникновения или по крайней мере квалификации факта как нового. Однако влияние истерически сложившейся системы наличного знания на научную деятельность и новое знание не исчерпывает всего воздействия на научное познание. В частности, остается неясным, как осуществляется влияние на содержание и структуру научного знания в ненаучных формах духовной культуры (нравственных, эстетических, философских и др.), какова природа внеэмпирических и внелогических факторов, определяющих, в свою очередь, выбор фактов, проблем, методов, гипотез, теорий и других форм знания; чем определяется выбор элементов старого знания для преобразования и включения их в новое знание и другие вопросы.

Эти и подобные им проблемы могут найти конструктивное решение только в том случае, если мы признаем, что одновременно со специально-научной существует и другая система знания, складывающаяся из философско-мировоззренческих, общенаучных методологических элементов и соответствующего концептуального аппарата. Ее называют предпосылочным знанием. Системообразующими элементами предпосылочного знания являются научная картина мира, стиль научного мышления и соответствующий понятийный аппарат. Кроме того, сюда входят мировоззренческие принципы, а также обыденное знание в форме здравого смысла. Являясь самостоятельным структурным образованием, эта система знания существует главным образом в связи и во взаимодействии с научным знанием. Она может быть представлена, в частности, в виде парадигмы (Т. Кун) или научно-исследовательской программы (И. Лакатос), системы идеалов и философских оснований науки (В.С. Степин), что отчасти рассматривалось и будет специально рассмотрено в соответствующем параграфе.

Современная философия науки считает необходимым признать и разрабатывать определенную типологию знания, не сводящую все (истинное) знание только к научному. У «знания нет единственно адекватной формы» (И.Т. Касавин), виды знания рождаются в зависимости от типов человеческой деятельности. Уточняются сами понятия: донаучного, вненаучного, псевдонаучного знания. Если донаучное знание близко к обыденному, повседневному, когда сама жизнь рассматривается как познание; псевдонаучное, являясь заблуждением, стремится придать себе форму научного знания и претендует на его статус и признание, то вненаучное — это различные типы знания, отличающиеся от научного «непознавательными» способами получения, применения, апробации и формами выражения.

Одним из первых, обратившийся к проблеме вненаучного знания И.Т. Касавин полагает, что типология такого знания соответствует типологии практической, духовно-практической и теоретической деятельности. Практическое знание — это знание о том, как действовать в ходе преобразования природного и социального мира, какими свойствами обладают материалы, предметы, каков порядок операций в повседневной и специализированной деятельности. Духовно-практическое знание представлено знанием об общении, жизнедеятельности людей, культово-регулятивным, а также художественным знанием. Оно пронизывает все сферы деятельности и социальные слои, является основой личностных, межгрупповых и социальных отношений в целом. Формы его существования и функционирования — убеждение и обращение к стереотипам, образное описание, нормирование (рецептурность), целеполагание, а также надежды, стремления, оценки и идеалы. Теоретическое знание — это не только научное, но и идеологическое, философское, теологическое и даже магическое, например дискуссии вокруг полетов ведьм, материальности дьявола и различия черной и белой магии (Касавин И. Т. Постигая многообразие разума // Заблуждающийся разум? Многообразие вненаучного знания. М.,1990. С. 21-26).

Многообразные критерии научности, включенные в структуру науки, призваны оценить продукты познания на основании их соответствия или несоответствия стандартам науки. Они позволяют установить принадлежность различных типов знания науке или их отдаленность от нее, провести демаркационную линию. Критерии научности задаются набором предписаний, императивов, запретов, зависят от конкретно-исторических условий и представляют собой совокупность экспертных установок. Существуют следующие группы критериев:

- критерии группы «А», которые отделяют науку от ненауки путем опытной проверяемости, рациональности, воспроизводимости, интерсубъективности, формальной непротиворечивости;

- критерии группы «Б» — исторически преходящие нормативы, требования к онтологическим схемам, культурно-стилистическим особенностям мышления ученых (например, мыслить жестко детерминистски или вероятностно и гипотетично);

- критерии группы «В» — дисциплинарные критерии научности, предъявляемые к профессиональным отраслям знания. Они представляют собой инструмент аттестации конкретных видов знания и деятельности, отображающие частные параметры науки.

Основным критерием науки является объективность, которая фиксирует совпадение знания со своим объектом и устраняет все, что связано с субъективизмом в познавательной деятельности. Объективность способствует изучению сущности самой вещи. Традиционное классическое понимание объективности опирается на нейтрализацию субъекта. Независимость от субъекта считается основополагающей чертой объективности. Наука, претендуя на объективность, отбрасывает все высказывания, суждения и заключения, в которых просматривается явная причастность к характеристикам индивидуального мышления.

Объективность тесно связана с интерсубъективностью и общезначимостью. Интерсубъективность — это особая общность между познающими субъектами, условие передачи знания, значимость опыта одного субъекта для другого. Общезначимость фиксирует гносеологический идеал единодушного восприятия той или иной информации, претендует, чтобы знания были общими для всех, и активно использует конвенции — соглашения.

Наука универсальна и может сделать предметом научного исследования любой феномен, будь то энергоинформационные взаимодействия, деятельность сознания или человеческая психика. Но в этом случае наука рассматривает выбранный предмет со стороны его сущностных связей и зависимостей. Предметность — важный критерий научности, которая проявляется в фиксации и выделении определенного фрагмента реальности.

Строгость, достоверность, обоснованность, доказательность также входят в реестр критериев научного познания. Для науки окружающий мир предстает как совокупность причинно обусловленных событий и процессов, охватываемых закономерностью, под которой понимается устойчивая, регулярная связь. Современная наука доказала, что закономерности могут иметь динамический и статистический характер. Классические динамические закономерности устанавливают жесткие детерминистские связи, они сформировались в ходе развития классической физики. В отличие от них статистические закономерности отражают такую форму взаимосвязи явлений, при которой данное состояние системы определяет ее последующие состояния не однозначно, а с определенной долей вероятности. Они формулируются на языке вероятностных распределений и проявляются как законы массовых явлений на базе больших чисел. Считается, что их действие обнаруживается там, где на фоне множества случайных причин существуют глубокие необходимые связи. Статистические закономерности не дают абсолютной повторяемости, однако в общем случае правомерна их оценка как закономерностей постоянных причин. Наука XXI в. ориентирована на учет статистических закономерностей.

На современном этапе развития наука приходит к утверждению о невозможности исчерпания реестра критериев научности. Развитие научного познания приводит к изменениям и критериев науки, к которым в настоящее время относят прогрессизм, нетривиальность, полифундаментализм, информативность, эвристичность, верификацию и пр. Эвристичность связана с поиском в условиях неопределенности и фиксирует способность теории к экспансии, т.е. к выходу за собственные пределы, к саморасширению.

Верификация, т.е. опытная подтверждаемое, фиксирует «чистые данные опыта» и направлена на установление истин на основе эмпирической проверки. Принцип верификации стремится очистить науку от не имеющих позитивного значения утверждений метафизики. Однако опытная проверка обладает как достоинствами определенности (чтобы не позволять смешивать знания с безосновательными предположениями), так и неопределенности (чтобы не дать возможности достигнутому уровню человеческих познаний превратиться в абсолют). Утверждать исчерпывающую сводимость языка науки к данным наблюдения невозможно. Поэтому правомерно представление о косвенной или частичной эмпирической подтверждаемости.

Логическая и эстетическая организованность также являются критериями научности. В объем логического критерия научности входят непротиворечивость, полнота, простота.

Согласно сформулированному Аристотелем закону непротиворечивости, невозможно, чтобы одно и то же, в одно и то же время, и было присуще, и не было одному и тому же, в одном и том же отношении. Логическая версия гласит, что противоположные высказывания не могут быть истинными.

Требования полноты включают в себя семантическую и синтаксическую полноту как желаемый идеал всестороннего описания действительности.

Принцип простоты имел как онтологическое (гармония и завершенность, объективно присущие миру), так и синтаксическое и прагматическое обоснование. Понятие синтаксической простоты задается представлением оптимальности и удобства применяемой символики, способов кодирования, трансляции знания. Из всех теорий, трактующих одни и те же факты, выбирается наиболее простая. Понятие прагматической простоты вводит представления о простоте экспериментальных, технических, алгоритмических аспектов научной деятельности. С принципом простоты, в котором присутствует требование стройности, изящности, ясности теории, тесно связан эстетический критерий научности. В высказываниях многих ученых просматривается тяга к красоте теории. «Темные понятия» свидетельствуют о неудовлетворительности теории.

Пол Дирак утверждал, что красота уравнений важнее, чем их согласие с экспериментом. Альберт Эйнштейн также предлагал применять к научной теории критерий внутреннего совершенства. Кеплеру принадлежит труд с примечательным названием «Гармония мира».

Особое место занимает такой критерий научности, как когерентность, обеспечивающая самосогласованность, взаимосвязанность полученных исследовательских результатов с теми знаниями, которые уже были оценены как фундаментальные. Тем самым когерентность обеспечивает сохранность науки от проникновения в нее претенциозных, не имеющих достаточных оснований суждений и положений.

Критерий строгости в науке имеет также немаловажное значение. Понятие научной строгости входит в состав критерия объективности. Э. Агацци определяет научную строгость «как условие, предполагающее, что все положения научной дисциплины должны быть обоснованными и логически соотнесенными».

Законы природы сравнивают с запретами, в которых не утверждается, а отрицается что-либо. (К примеру, закон сохранения энергии выражается в суждении типа: «Не существует вечного двигателя».) Запретный принцип в науке связан с процедурой фальсифицируемости, означающей опровержение. Фальсифицируемость опирается на историю науки, которая развивается, опровергая свои достижения в ситуации их встречи с контрпримерами. В отличие от фальсифицируемости фальсификация представляет собой методологическую процедуру, устанавливающую ложность гипотезы или теории в соответствии с правилами классической логики. При фальсификации должны быть сформулированы научные правила, усматривающие, при каких условиях система должна считаться фальсифицируемой.

Современная наука отвергает наличие окончательного критерия научности — такой критерий являлся бы абсолютным и внеисторичным, никак не зависящим от конкретно-исторической формы развития науки и практики.
  1   2   3   4   5   6   7   8   9   10   11

Похожие:

Сокращенный курс лекций по дисциплине «Методы научных исследований» Модуль «Сущность и генезис методологии научного познания» iconСеминар 1 Классификация методов научного познания 01)
Общенаучные методы теоретического познания: абстрагирование, мысленный эксперимент, язык науки, формализация
Сокращенный курс лекций по дисциплине «Методы научных исследований» Модуль «Сущность и генезис методологии научного познания» iconКурс лекций Часть II. Курс лекций Лекция Личность в системе современного...
Проблема человека в системе современного научного знания. Личность в философии, социологии и психологии
Сокращенный курс лекций по дисциплине «Методы научных исследований» Модуль «Сущность и генезис методологии научного познания» iconГорелов А. А. Ксе (курс лекций), тема 1 Солопов Е. Ф. Концепции современного естествознания
Общенаучные методы теоретического познания: абстрагирование, мысленный эксперимент, язык науки, формализация
Сокращенный курс лекций по дисциплине «Методы научных исследований» Модуль «Сущность и генезис методологии научного познания» iconВопросы для подготовки к зачету по дисциплине «Методы научных исследований»
Проблема оснований науки. Чувственное и рациональное, эмпирическое и теоретическое
Сокращенный курс лекций по дисциплине «Методы научных исследований» Модуль «Сущность и генезис методологии научного познания» iconГлоссарий по дисциплине «Методы научных исследований» Абстрагирование
Абстрагирование – процесс мысленного отвлечения от ряда свойств и отношений изучаемого явления с одновременным выделением интересующих...
Сокращенный курс лекций по дисциплине «Методы научных исследований» Модуль «Сущность и генезис методологии научного познания» iconНекоторые проблемы теории и методологии социологических исследований
Говоря о методологии и методах социологического исследования, мы должны, конечно, уяснить, каков пред­мет социологии как науки
Сокращенный курс лекций по дисциплине «Методы научных исследований» Модуль «Сущность и генезис методологии научного познания» iconКонкурс научных работ по каждому направлению работы конференции проводится...
Краснодарского края, работающих в области социально-культурных, правовых, экономических и психологических исследований
Сокращенный курс лекций по дисциплине «Методы научных исследований» Модуль «Сущность и генезис методологии научного познания» iconТема 1 Предмет и метод экономической науки. Экономический образ мышления....
Й реальности. Наука как целостный системно-организованный механизм познания окружающей реальности. Цель, задачи, функции и структура...
Сокращенный курс лекций по дисциплине «Методы научных исследований» Модуль «Сущность и генезис методологии научного познания» iconКурс лекций для студентов Психоло-педагогических специальностей
Данный курс лекций основан на материале прочитанных автором лекций в различных вузах Москвы и на материале учебной литературы, список...
Сокращенный курс лекций по дисциплине «Методы научных исследований» Модуль «Сущность и генезис методологии научного познания» iconПлан. Ф. Бэкон как родоначальник европейской науки, индуктивный метод...
Гносеологические дискуссии и проблема субстанции в философии Нового Времени. Эпоха Просвещения и культ разума в науке
Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
Школьные материалы


При копировании материала укажите ссылку © 2014
контакты
vb2.userdocs.ru
Главная страница