Annotation Эрнест Хемингуэй Праздник, который всегда с тобой


НазваниеAnnotation Эрнест Хемингуэй Праздник, который всегда с тобой
страница19/20
Дата публикации30.10.2013
Размер1.56 Mb.
ТипДокументы
vb2.userdocs.ru > Философия > Документы
1   ...   12   13   14   15   16   17   18   19   20
^

Проблема телосложения


Много позже, уже после того, как Зельда перенесла свое первое так называемое нервное расстройство, мы как-то оказались одновременно в Париже, и Скотт пригласил меня пообедать с ним в ресторане Мишо на углу улицы Жакоб и улицы Святых Отцов. Он сказал, что ему надо спросить меня о чем-то очень важном, о том, что для него важнее всего на свете, и что я должен ответить ему честно. Я сказал, что постараюсь. Когда он просил меня сделать ему что-нибудь честно – а это не легко было сделать, и я пытался выполнить его просьбу, – то, что я говорил, сердило его, причем чаще всего уже потом, когда у него было время поразмыслить над моими словами. Он был бы рад их уничтожить, а иногда и меня вместе с ними.

За обедом он пил вино, но оно на него не подействовало, так как перед обедом он ничего не выпил. Мы говорили о нашей работе и о разных людях, и он спрашивал меня о тех, кого мы давно не встречали. Я знал, что он пишет что-то хорошее и по многим причинам работа у него не ладится, но говорить он хотел со мной не об этом. Я все ждал, когда же он перейдет к тому, о чем я должен сказать ему правду, но он коснулся этой темы только в самом конце, словно это был деловой обед.

Наконец, когда мы ели вишневый торт и допивали последний графин вина, он сказал:

– Ты знаешь, я никогда не спал ни с кем, кроме Зельды.

– Нет, я этого не знал.

– Мне казалось, что я говорил тебе.

– Нет. Ты говорил мне о многом, но не об этом.

– Вот про это я и хотел спросить тебя.

– Хорошо. Я слушаю.

– Зельда сказала, что я сложен так, что не могу сделать счастливой ни одну женщину, и первопричина ее болезни – в этом. Она сказала, что все дело в моем телосложении. С тех пор как она мне это сказала, я не нахожу себе места и хочу знать правду.

– Пойдем в кабинет, – сказал я.

– Куда?

– В туалет, – сказал я.

Мы вернулись в зал и сели за свой столик.

– Ты совершенно нормально сложен, – сказал я. – Абсолютно. И тебе не о чем беспокоиться. Просто, когда смотришь сверху, все уменьшается. Пойди в Лувр и погляди на статуи, а потом приди домой и посмотри на себя в зеркало.

– Эти статуи могут быть непропорциональны.

– Нет, они очень неплохи. Многих людей вполне удовлетворило бы такое телосложение.

– Но почему она так сказала?

– Для того чтобы сбить тебя с толку. Это древнейший в мире способ сбить человека с толку. Скотт, ты просил меня сказать тебе правду, и я мог бы сказать тебе значительно больше, но это правда, и остальное не важно. Можешь сходить к доктору.

– Не хочу. Я хотел, чтобы ты сказал мне честно.

– Теперь ты веришь мне?

– Не знаю, – сказал он.

– Пошли в Лувр, – сказал я. – Он совсем рядом, только перейти мост.

Мы пошли в Лувр, и он посмотрел на статуи, но все еще сомневался.

– Одна девушка, – сказал он, – была очень мила со мной. Но после того, что сказала Зельда…

– Забудь о том, что сказала Зельда, – посоветовал я. – Зельда сумасшедшая. Ты абсолютно нормальный человек. Просто поверь в себя и сделай то, чего хочет эта девушка. Зельда просто погубит тебя.

– Ты ничего не знаешь о Зельде.

– Ну хорошо, – сказал я. – Остановимся на этом. Но ты пришел обедать для того, чтобы задать мне вопрос, и я попытался ответить тебе честно.

Но он все еще сомневался.

– Хочешь, посмотрим картины, – предложил я. – Ты видел здесь что-нибудь, кроме Моны Лизы?

– У меня нет настроения смотреть картины, – сказал он. – Я обещал кое с кем встретиться в баре «Ритц».

Много лет спустя в баре «Ритц», когда уже давно кончилась вторая мировая война, Жорж, который стал теперь старшим барменом, а в те дни, когда Скотт жил в Париже, был chasseur42, спросил меня:

– А кем был этот мосье Фицджеральд, о котором все меня спрашивают?

– Разве вы не знали его?

– Нет. Я помню всех клиентов того времени. Но теперь меня спрашивают только о нем.

– И что вы отвечаете?

– Что-нибудь интересное, что им любопытно услышать. Но скажите, кем же он был?

– Это был американский писатель, который писал в начале двадцатых годов и позже и некоторое время жил в Париже и за границей.

– Но почему я его не помню? Он был хороший писатель?

– Он написал две очень хорошие книги и одну не закончил, но те, кто хорошо знает его творчество, говорят, что она была бы очень хорошей. Кроме того, он написал несколько хороших рассказов.

– Он часто бывал в нашем баре?

– Кажется, часто.

– Но вы не бывали у нас в начале двадцатых годов. Я знаю, что в те годы вы были бедны и жили в другом квартале.

– Когда у меня были деньги, я ходил в «Крийон».

– Я знаю и это. Я очень хорошо помню, когда мы познакомились.

– Я тоже.

– Странно, что я совсем его не помню, – сказал Жорж.

– Все эти люди умерли.

– Однако людей не забывают, хоть они и умерли, и о нем меня все время спрашивают. Вы должны рассказать мне о нем что-нибудь для моих мемуаров.

– Хорошо.

– Я помню, как вы с бароном фон Бликсеном явились сюда однажды ночью… В каком это было году? – Он улыбнулся.

– Он тоже умер.

– Да. Но его забыть нельзя. Вы понимаете, о чем я говорю?

– Его первая жена прекрасно писала, – сказал я. – Она написала, пожалуй, самую лучшую книгу об Африке, какую мне приходилось читать. Кроме книги сэра Сэмюэля Бейкера о притоках Нила в Абиссинии. Включите это в свои мемуары. Раз вы теперь интересуетесь писателями.

– Хорошо, – сказал Жорж. – Барон был человеком, которого нельзя забыть. А как называлась эта книга?

– «Вне Африки», – сказал я. – Бликсен очень гордился тем, как писала его первая жена. Но мы познакомились задолго до того, как она написала эту книгу.

– А мосье Фицджеральд, о котором меня все время спрашивают?

– Он бывал тут во времена Фрэнка.

– Тогда я был chasseur. Вы ведь знаете, что такое chasseur?

– Я собираюсь написать о нем в книге о первых годах жизни в Париже, которую буду писать. Я дал себе слово, что напишу ее.

– Прекрасно, – сказал Жорж.

– Я опишу его таким, каким увидел впервые.

– Прекрасно, – сказал Жорж. – Раз он заходил сюда, я его вспомню. Люди все-таки не забываются.

– А туристы?

– Это совсем другое. Но вы говорите, что он ходил сюда очень часто.

– Часто для него.

– Вы напишите о нем, как вы его помните, и раз он ходил сюда, я его вспомню.

– Посмотрим, – сказал я.
1   ...   12   13   14   15   16   17   18   19   20

Похожие:

Annotation Эрнест Хемингуэй Праздник, который всегда с тобой iconПола Ивановна Маклейн Парижская жена Все мы читали автобиографический...
Но какими стали «парижские» годы для его первой жены — легендарной Хэдли? И почему Хемингуэй, который всю жизнь хранил ее письма...
Annotation Эрнест Хемингуэй Праздник, который всегда с тобой iconЭрнест Хемингуэй Острова в океане эрнест хемингуэй острова в океане предисловие
«Островах в океане» многие страницы блистательной прозы и радуемся новому свиданию с их замечательным
Annotation Эрнест Хемингуэй Праздник, который всегда с тобой icon«Человека можно уничтожить, но его нельзя победить»
Он покинул родную страну и стал колесить по всему миру, потому что понял: «Америка была хорошей страной, но мы превратили ее черт...
Annotation Эрнест Хемингуэй Праздник, который всегда с тобой iconЭрнест Хемингуэй Райский сад Хемингуэй райский сад
Утром и по вечерам, во время прилива, когда к берегу подходили морские окуни, они смотрели, как прыгала, спасаясь от окуней, кефаль...
Annotation Эрнест Хемингуэй Праздник, который всегда с тобой iconЭрнест Хемингуэй Острова в океане
Трагическая история жизни и гибели меланхоличного отшельника художника-мариниста Томаса Хадсона и его сыновей
Annotation Эрнест Хемингуэй Праздник, который всегда с тобой iconЭрнест Хемингуэй Острова в океане alexey аннотация Последний, незавершенный роман Хемингуэя
Трагическая история жизни и гибели меланхоличного отшельника художника-мариниста Томаса Хадсона и его сыновей
Annotation Эрнест Хемингуэй Праздник, который всегда с тобой iconЭрнест Хемингуэй Иметь и не иметь
Великой депрессии, и судьбе человека, волею обстоятельств вынужденного стать браконьером. Роман, по силе своего воздействия на читателя...
Annotation Эрнест Хемингуэй Праздник, который всегда с тобой iconЭрнест Хемингуэй Старик и море
История рыбака Сантьяго — это история нелегкого пути человека на земле, каждый день ведущего борьбу за жизнь и вместе с тем стремящегося...
Annotation Эрнест Хемингуэй Праздник, который всегда с тобой iconЭрнест Хемингуэй Старик и море
История рыбака Сантьяго – это история нелегкого пути человека на земле, каждый день ведущего борьбу за жизнь и вместе с тем стремящегося...
Annotation Эрнест Хемингуэй Праздник, который всегда с тобой iconДжеймс Джойс Дублинцы (Рассказы) Перечитываем Джойса…
«Улисс» (1922), сделал его не меньшей достопримечательностью города, чем Эйфелева башня или собор Парижской богоматери. Встречи с...
Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
Школьные материалы


При копировании материала укажите ссылку © 2014
контакты
vb2.userdocs.ru
Главная страница