Annotation


НазваниеAnnotation
страница22/32
Дата публикации28.10.2013
Размер5.74 Mb.
ТипДокументы
vb2.userdocs.ru > Философия > Документы
1   ...   18   19   20   21   22   23   24   25   ...   32

Глава 20


Низкий стон сорвался с губ Горама; грум, посерев от страха, сжался и вцепился в поводья упряжки.

– Назад, назад, – прошептал Эрис слуге и фрейлине Каттилары, оттаскивая их за собой в глубь повозки.

Он хлопнул Горама по плечу:

– Давай! Поезжай сквозь них, если получится.

Он встал и махнул Фойксу, мчащемуся рядом верхом на своем жеребце, поминутно поглядывая то вперед, то назад.

«Поехали!»

Фойкс отсалютовал ему, вынул меч и развернул коня на месте. Ехавшие впереди четыре гвардейца ордена Дочери достали оружие и выстроились по обе стороны от него, готовясь расчищать путь для повозки. Сколько колонн джоконских солдат уже успело скрыться за поворотом дороги, видно не было, однако их число продолжало увеличиваться: они вереницей текли вниз по наклонной части долины, и ни конца ни края им, судя по всему, не предвиделось. Горам подхлестнул упряжку. Повозка заскрипела и, громыхая, поехала вперед.

Джоконцы, оказавшиеся совсем рядом, оглянулись, желая узнать, что это с грохотом несется на них. Послышались крики, скрежет оружия, ржание взвившихся на дыбы и резко разворачиваемых лошадей.

Эрис схватил Исту за руку и оттащил ее назад, на середину повозки, – весьма сомнительное укрытие. Корпус тряхнуло, Иста упала на колени, не успев сделать это заблаговременно. Когда лошади в упряжке понеслись быстрее, парадный конь Иллвина скакал теперь рядом с повозкой, перейдя на неровный галоп. Иллвин наклонился вперед и крикнул:

– Эрис! Мне нужно оружие! – Он протянул свободную руку брату, чей взгляд суматошно метался по сторонам.

Иллвин посмотрел вперед.

– Быстрее!

Выругавшись, Эрис схватил первое, что попалось ему на глаза, – вилы, прикрепленные вдоль внутренней стены повозки. Он перебросил их Иллвину, тот уставился на него в крайнем отчаянии, но все же ухватил их, проведя рукой по острым зубцам.

– Я-то подумал о мече.

– Прости, – сказал Эрис, доставая клинок. – Он занят. А мне нужна лошадь.

Он повернулся к Лисс, ехавшей по ту сторону повозки.

– Нет, Эрис! – крикнул Иллвин, пытаясь переорать грохот колес, стук копыт и голоса, доносившиеся спереди. – Назад! Ты свихнулся?

Он указал на лежащую без сознания Каттилару.

Эрис резко обернулся и вдохнул сквозь зубы, чтобы сдержать досаду. Он осознал, кому теперь придется принять на себя все его раны.

– Оставайся с рейной! А вот и мой меч! – Иллвин пришпорил позаимствованными сапогами белого коня; широкий круп животного вздрогнул, и жеребец поразительно резво понесся вперед. Рубашка Иллвина распахнулась под напором воздуха и обнажила торс. Его собранные на затылке волосы черным потоком струились за спиной.

Иста, ухватившись за боковые стенки повозки, застыла с открытым ртом. Не та лошадь, не то оружие, не те доспехи – это если полуобнаженного рассматривать как одетого не в те доспехи, – кричащий как безумный Иллвин сжал вилы правой рукой и направил их словно копье на джоконского солдата, летящего на него с мечом наперевес. В последний момент Иллвин едва заметным движением колена заставил грузного белого коня увернуться и отскочить от лошади джоконца. Зубья вил скользнули по рукояти опускающегося вражеского клинка. Поворот, рывок, захват, и теперь уже Иллвин сжимает рукоять меча, а джоконец, выпав из седла, чуть было не падает под копыта лошадей двух гвардейцев Фойкса, скакавших следом. Иллвин издал победный клич и взмахнул мечом, однако, бросив задумчивый взгляд на жалкое орудие, которое он крепко держал в другой руке, он решил оставить его при себе.

Хотя их дикая облава и имела некоторый успех – джоконцы сошли с дороги и рассыпались по сторонам, – командир вражеской кавалерии быстро сориентировался, собрал рассеявшийся отряд и бросился в погоню. Судя по всему, в повозке не нашлось ничего более значимого, кроме четырех мешков и нескольких зачерствевших хлебных корок, чтобы бросить в преследователей, хотя паж Эриса тщательно обыскал все в поисках более подходящих снарядов. Фрейлина Каттилары держалась за хрупкую руку своей хозяйки и причитала.

Оказавшись по правую сторону от повозки, Лисс обнажила свой новый кинжал, правда, он казался весьма жалким дополнением к мечам мужчин. Эрис метнулся к Исте и увлек ее за собой в глубь повозки, опустился на одно колено и выхватил меч, приготовившись броситься на любого врага, посмевшего проникнуть внутрь.

Белый конь пронесся вдоль борта повозки; сверкнув на солнце, меч со звоном упал на доски. Эрис швырнул его к босым ногам слуги, который с благодарностью поймал клинок и занял пост в конце повозки. Несколько минут спустя белый конь промчался с другой стороны, а его хозяин наклонился, чтобы бросить в повозку еще один меч. Иллвин потряс вилами, и на его губах, словно луч света, мелькнула улыбка, после чего он развернул жеребца и исчез из поля зрения.

С места кучера послышался крик Горама. Эрис бросился вперед. Иста увидела лишь мелькнувшие пятки, когда он, сгруппировавшись, прыгнул на невидимого врага. Марч рубил мощно, быстро, уверенно. Казалось, что белый луч огненной энергии, соединявший его с Каттиларой, стал толще, плотнее.

«Слишком быстро, – подумала Иста в отчаянии. – Она не сможет долго держаться так. Это оставит ее без сил…»

Повозка с грохотом миновала узкий поворот. Иста ползала на коленях по днищу, собирая в ладони брызги белого пламени и направляя их в Каттилару, неподвижно лежащую на тюфяке. Заплаканное лицо фрейлины то краснело, то бледнело от жары и ужаса. Позади Лисс один из воинов ордена Дочери вылетел из седла и упал на обочине дороги, истекая кровью, а его конь, прихрамывая, сделал еще несколько шагов, рухнул и тоже замер. Иста попыталась повернуться и посмотреть, что с ними стало, но колесо угодило в выбоину, и повозка опять подпрыгнула, а когда Иста пришла в себя, гвардеец и конь уже исчезли из виду. Промчавшийся галопом джоконец как-то неловко воткнул меч между бортиком повозки и полусобранным брезентовым верхом и получил такой же неуклюжий удар от пажа Эриса, который, стоя на коленях, отбивался мечом, который добыл Иллвин.

Впереди, но на этот раз громче, послышались крики и проклятия на двух языках. Демоническая красно-фиолетовая вспышка промелькнула перед внутренним зрением Исты, когда она, скорчившись, посмотрела вниз. Из-под досок днища послышался скрежет металла. Повозка качнулась из стороны в сторону и потом вдруг подпрыгнула на левом заднем колесе. Три женщины повалились в кучу; и даже Иста вскрикнула. Она слышала, как сломалась задняя ось, и повозка просела назад. Слуга от толчка выпал наружу. Эрис скользнул по доскам назад, едва успев отвести острие своего клинка от рыдающей фрейлины.

Марч судорожно огляделся.

– Лисс! – позвал он.

– Я здесь! – Пегий конь вместе с всадницей уже снова скакал рядом с повозкой, замедляя шаг.

Спереди снова донеслись крики, на этот раз сопровождающиеся треском и лошадиным ржанием. Накренившаяся повозка съехала с дороги и со скрипом остановилась. Эрис бросил меч, подхватил неподвижное тело жены и передал его в руки испуганной Лисс.

– Забери ее, забери ее! И скачи, если сможешь. Скачи в Порифорс.

– Да, да! – поддержала его Иста.

В поле зрения появился конь Фойкса; наездник круто осадил его.

Иста указала вниз:

– Фойкс, это дело рук твоего демона?

– Нет, рейна! – Он перегнулся через луку седла и взглянул на нее; его глаза были широко раскрыты. Теперь тень медведя внутри его уже не сжималась в комок, а стояла на призрачных лапах и мотала косматой головой из стороны в сторону.

– Рейна?.. – осипшим голосом неуверенно позвала Лисс, стараясь покрепче держать свою неподвижную ношу.

– Да, забирай Каттилару и скачи прочь, иначе мы потеряем их обоих! Фойкс, отправляйся с ней, проложи им дорогу!

– Рейна, я не могу…

– Давайте! – Крик чуть не разорвал Исте легкие.

Оба коня унеслись прочь. На мече Фойкса, расчищающего путь, блестели тяжелые алые разводы. Крики, скрежет металла, звон спущенной тетивы арбалета, мягкое хлюпанье клинка, пронзающего плоть – чью? – все это эхом отдавалось в ушах Исты. А мерный стук копыт двух коней постепенно растворялся в этом шуме.

Иста проползла вперед, ухватилась за край сиденья кучера и выглянула наружу. Посреди дороги лежал паланкин, украшенный зеленой тканью с золотой отделкой. Одна из лошадей упряжки дергалась и брыкалась: ее передние ноги застряли в задней части паланкина. Острые щепки расколовшегося дерева впились ей в шкуру. Другая лошадь упала, запутавшись в упряжи, и истекала кровью, испуская душераздирающие стоны. Около дюжины носильщиков в богато расшитых зеленых одеждах лежали вокруг, крича от боли, а те, кто еще мог передвигаться, суетились вокруг раненых. Еще трое пытались удержать рвущихся прочь лошадей и вытащить четвертого из-под обломков.

Повозке удалось преодолеть где-то половину пути речного склона по направлению к тому месту, где дорога сворачивала к Порифорсу. Иста прикинула, что если бы не это досадное препятствие, то они бы наверняка смогли бы прорваться сквозь передние ряды колонны, но смогли ли бы они оторваться от врага – не ясно.

Горам замер, подняв руки вверх; Иста проследила за его испуганным взглядом и увидела джоконского солдата, стоящего посреди дороги и нацелившего арбалет на несчастного грума. Появлялись все новые и новые джоконцы, до тех пор пока повозка не оказалась окруженной дюжиной воинов, держащих настороженные пальцы на спусковых крючках арбалетов.

Один из джоконцев осторожно приблизился и столкнул Горама с сиденья. Горам ударился о землю, поднялся и, обхватив себя руками, принялся всхлипывать. Солдат вернулся, чтобы схватить Исту и стащить ее вниз. Она не стала сопротивляться, чтобы поберечь ноги. Эрис появился из-за козел и замер, сжимая в руках меч, но не пуская его в ход. Было заметно, как у него напряглось лицо, когда его взгляд скользнул по фигуре стрелка. Его губы сложились в странную ухмылку при мысли о том, что если арбалетные стрелы так мало могут ему повредить, то не лучше ли прямо сейчас броситься в атаку, повергнув врагов в оцепенение – полное оцепенение. Улыбка увяла, зубы сомкнулись, когда он представил себе все возможные последствия этого безрассудного поступка. Медленно, очень медленно он опустил клинок.

Арбалетчик жестом приказал ему бросить оружие. Эрис здраво оценил количество стрел, направленных на Исту, и подчинился. Клинок со звоном ударился о гравий. Джоконец подобрал его меч, а Эрис, не торопясь, спустился с сиденья кучера. Еще секунду джоконцы медлили – или боялись – его схватить.

Еще двое носильщиков, одетых в зеленое, помогали маленькой, на вид испуганной женщине, укутанной в темно-зеленые шелка, выбраться из-под странным образом накренившегося балдахина. Иста задержала дыхание.

Внутренне зрение открывало перед ней такое зрелище, какое ей еще не доводилось видеть. Душа этой женщины бурлила и кипела, источая яркое свечение по контуру ее тела, но к центру становилась интенсивнее, до тех пор пока Исте не стало казаться, что она в полночь смотрит в темный колодец. Темный, но не пустой. Из черной бездны во все стороны расходились слабые цветные жгуты света, напоминающие огромную паутину, которая переплеталась, пульсировала и становилась все более сложной. Исте пришлось отказаться от внутреннего взгляда, чтобы сосредоточиться на внешности женщины.

Внешне женщина представляла собой странную смесь изящного стиля, возраста и непривлекательности. Она была чуть выше Исты. Тусклые, седые каштановые вьющиеся волосы, как принято при рокнарском дворе, были заплетены в косички и украшены нитями драгоценных камней в форме маленьких цветочков. На землистом лице, испещренном морщинами, не было следа ни пудры, ни помады. Многослойное платье украшали узоры из переплетающихся птичек, вышитые золотистыми шелковыми нитями. Под ним скрывалось худое тело, обвисшие груди и вздутый живот. Поджатые губы выражали крайнее недовольство. Взгляд ее бледно-голубых глаз обжег Исту. Испепелил.

На идущем неровным шагом коне подъехал молодой офицер; он осадил жеребца, спрыгнул на землю рядом с женщиной и бросил поводья, которые тотчас же подхватил подоспевший солдат. При виде Исты офицер словно окаменел. О его высоком ранге свидетельствовали скорее украшения из золота и драгоценных камней на упряжи его лошади, чем покрой его собственной одежды, но его талию охватывал зеленый пояс с золотой отделкой, украшенный вышитой цепочкой белых летящих пеликанов. Высокие скулы подчеркивали его привлекательное и подвижное лицо, а волосы, заплетенные в тугие мелкие косички, прилегающие к голове, в ярком свете дня отливали золотом. Его душа… терялась в густой дымке фиолетового цвета, распространявшейся вдоль очертаний его тела.

«У них есть маг».

Происхождение вспышки неведомой силы, которая выбила крепления оси повозки и снесла задние колеса, теперь открылось перед внутренним зрением Исты, потому что свечение внутри его тела все еще пульсировало и дрожало, словно отзвук боли или эхо. Но, несмотря на это, под взглядом Исты демон словно бы сжался, замкнулся в самом себе.

Пажа и фрейлину, цепляющихся друг за друга, тоже извлекли из повозки и, подгоняя острием меча, поставили рядом с Эрисом. Марч подмигнул им, как будто бы пытаясь подбодрить, и снова повернулся к старой даме и офицеру. Ни Иллвина, ни гвардейцев ордена Дочери видно не было. Убежали? Захвачены в плен? Убиты?

Иста осознала, что ее простая дорожная одежда лишена каких-либо украшений и знаков, свидетельствовавших о ее высоком положении, а лицо покрыто потом и грязью. Ей в голову пришла вполне логичная мысль. Может ли она сойти за фрейлину или служанку? Скрыть от ее захватчиков ценность добычи, организовать побег, воспользовавшись их невнимательностью? Или же они просто бросят ее солдатам в качестве дешевого лакомого кусочка, чтобы они замучили ее и выбросили как ту несчастную служанку богатой женщины из Раумы?

Взгляд офицера-мага остановился на Гораме; глаза молодого человека на секунду расширились, а потом сузились, сделавшись задумчивыми. Или он…узнал его? Задумчивыми, но не смущенными. «Он видит разрушенную душу Горама. Но это его не удивляет». Офицер взглянул на Эриса, и его губы раскрылись от настоящего удивления.

– Матушка, она сияет ужасным цветом, а ее страж покойник! – сказал он на рокнари женщине, стоявшей рядом.

Он пристальнее посмотрел на Исту, и в его взгляде появился страх: словно он убедился в том, что это она сотворила чудо и оживила Эриса. Или представил себе, что она приберегла еще одного телохранителя-зомби и тот вот-вот появится из-под земли у его ног.

«Должно быть, это вдовствующая княгиня Джоэн собственной персоной, – ошарашенно догадалась Иста. – И князь Сордсо».

Этот подтянутый, стройный молодой человек вовсе не был похож на пьяницу. И все же – Сордсо ли был в этом подвижном теле? Свет демона, казалось, преобладал в нем. Офицер сделал шаг назад; женщина схватила его за руку, яростно впившись пальцами в кисть.

– Она обладает властью бога, мы погибли! – крикнул он с растущим ужасом.

– Она вовсе не то, что ты думаешь, – прошипела дама ему на ухо. – Она ничего собой не представляет. Она едва ли способна видеть хоть что-то. Ее душа вся в шрамах и порезах. Она боится тебя.

Это было в большой степени правдой. У Исты во рту все пересохло, голова раскалывалась; казалось, что она оказалась в бушующем море паники.

Голубые глаза женщины сузились и победно сверкнули:

– Сордсо! Посмотри на нее! Это же сама Иста, такая, какой ее нам описывали! Это половина добычи, за которой мы пришли сюда, и она уже у нас в руках! Это дар самих богов!

– Но на нее больно смотреть!

– Нет, она – пустое место. Она принадлежит тебе. Давай, я тебе покажу. Возьми ее! – Она тряхнула руку молодого человека. – Уничтожь ее. – Одна из извивающихся нитей, идущих из ее темного живота, как будто бы вспыхнула, засветилась. Другой конец этой нити, отметила Иста, связывал ее с телом Сордсо на манер пуповины.

Молодой человек облизнул губы; фиолетовый свет снова заполнил его тело до краев, сделался еще ярче. Он поднял руку, повторяя жесты, которые привык использовать для обращения с материальными предметами, чтобы направить силу, которая не имела ничего общего с материей. Пурпурное сияние сорвалось с его ладони и обвилось вокруг Исты, словно змея.

Ноги поддались первыми, подогнувшись под ней и уронив ее в грязь. Все ссадины разом треснули, и она почувствовала, как под изорванными, пропитанными потом бинтами начала струйками сочиться кровь. Ее позвоночник самопроизвольно выпрямился, щелкнув всеми позвонками, и заставил ее беспомощно наклониться вперед. Под каждой ключицей откуда ни возьмись возникли комки ужасающей боли. В животе тоже стало как-то нехорошо, хотя, может быть, это было следствием страха. Иста успела заметить, как оправленные бородой губы Эриса разомкнулись, глаза потемнели от смятения при виде того, как она на глазах у всех присутствующих рухнула вниз без видимой причины. Она вытянула руки, чтобы упасть на них, но и локти подогнулись под ее весом. Голова становилась все тяжелее и тяжелее, так что рейна едва успела подставить мягкую щеку, вместо того чтобы приземлиться носом прямо в острый гравий и грязь.

– Вот видишь? Точно так же нам будут кланяться и Шалион, и Ибра. – Голос Джоэн подрагивал от удовольствия. Иста видела носы ее зеленых туфель, торчащих из-под платья, и начищенные до блеска сапоги Сордсо. Сапоги беспокойно топтались на месте. На некотором расстоянии, словно в тумане, Иста слышала низкие, сбивчивые, глухие всхлипывания Горама. Благодарение богам, крики раненой лошади прекратились; должно быть, кто-нибудь милосердный перерезал ей горло.

«Пусть найдется еще один милосердный человек и перережет горло мне».

– Должна признать, – голос княгини Джоэн доносился теперь сверху, – я не понимаю природу этого покойника… – Туфли прошуршали по гравию в сторону Эриса. Иста поняла, что не в состоянии даже стонать. Она могла только моргать; капелька скатилась с ресницы и упала в грязь рядом с носом.

С верхней части склона вдруг донеслись крики. Голова Исты была повернута в противоположную сторону – рейна могла видеть только край дороги и долину внизу. За спиной послышался топот солдатских сапог. Она слышала звон тетивы арбалетов, у нее перехватило дыхание от страха за Эриса. Цоканье копыт. Цоканье множества копыт лошадей, летящих, несущихся, скользящих по склону. Безумный боевой клич в исполнении знакомого дорогого голоса.

Сордсо резко выдохнул. Его сапоги захрустели по гравию; что-то бормоча, он извлек обладательницу зеленых туфель из поля зрения. Сапоги снова пронеслись мимо лица Исты; рядом гальку скребло конское копыто. Иста умудрилась чуть-чуть повернуть голову. Княжеского коня, в седле которого расположилась Джоэн в окружении неудобных складок ее шикарного платья, бегом уводил носильщик, поминутно с ужасом оглядывающийся на вершину холма.

Послышался удар. Невидимая тяжесть, словно ладонь придавившая Исту к земле, стала менее ощутимой. Звон меча, который Сордсо извлек из ножен, так резанул Исте слух, что она дернулась и сумела повернуть голову в другую сторону. Кто-то из арбалетчиков оказался настолько безрассудным, что на секунду отвел взгляд от Эриса, и теперь марч уже сцепился с ним. Несколько арбалетчиков, стоявших рядом, выпустили стрелы в воздух и теперь судорожно перезаряжали оружие. Эрис сдернул кинжал с пояса поверженного врага и взмахнул им как раз вовремя, чтобы принять удар Сордсо. Удар металла – да. В ладони у Сордсо начал собираться фиолетовый свет. Он метнул его вперед.

Обжигающая фиолетовая молния прошла сквозь Эриса, но без видимого результата, и погасла, едва коснувшись земли. Сордсо удивленно вскрикнул и резко метнулся в сторону, словно бы для того чтобы отразить удар кинжала, который чуть не выбил меч у него из рук. И этот маневр закончился бегством.

Лавина всадников смяла их. Джоконские стрелки были отброшены назад и повержены. Звенели мечи, кололи копья, направляемые кричащими воинами в серо-золотых плащах. Прямо перед лицом Исты откуда ни возьмись появилась четверка копыт, размером с обеденную тарелку, которые, гарцуя, остановились рядом. Три ноги коня были покрыты шелковистыми белыми волосками, а четвертая залита алой кровью.

– Вот конь, которого вы хотели, – раздался голос Иллвина сверху; он, видимо, хотел произнести фразу быстро, но из-за того, что запыхался, желаемого не достиг. Рядом с обеденными тарелками, скрежеща о гравий, появились еще четыре копыта. На этот раз в интонациях Иллвина появились резкие нотки:

– Пятеро богов! ^ Она ранена?

– Думаю, она под воздействием магии, – выдохнул Эрис. Он опустился на колени рядом с Истой и принял ее в прохладные, неживые, гостеприимные объятия. Марч поднялся на ноги и передал ее выше, в руки брату. Она с безвольным стоном опустилась вниз животом поперек коленей Иллвина.

Иллвин выругался и крепко сжал ее бедро, скрытое юбкой, чтобы не дать ей упасть. Через плечо он крикнул кому-то, но явно не Эрису:

– Забери Горама!

– Они перестраиваются! – сообщил Эрис. – Поехали!

Звонкий хлопок по белому крупу коня едва ли был необходим для того, чтобы сдвинуть их с места; животное уже сорвалось с места. Они мчались вниз по склону, подальше от дороги.

Источник ужасающего алого потока тотчас был обнаружен: прямо под покачивающимся на скаку носом Исты на правом плече Пуха зиял багровый порез, из которого без перерыва сочилась кровь. Внизу головокружительно проносилась земля. Жеребец сбавил скорость, мышцы под шкурой набухли; Иллвин откинулся в седле, его ладонь теперь сжимала ее бедро, словно тисками. Внезапно они заскользили вниз по крутому склону, поднимая брызги грязи и разбрасывая камни, передние ноги коня напряглись; он чуть было не сел на широкий круп. Иллвин снова крикнул. Кусты хлестали Исту по лицу и царапали щеки. Стоит только хоть ненадолго потерять равновесие, и они все трое покатятся кувырком вниз, кости превратятся в труху, а кишки в кашу…

Бесконечное скольжение завершилось не так страшно, как могло: они на всей скорости въехали в речку, протекавшую рядом с Порифорсом. Вокруг стали появляться другие всадники. Иллвин разжал железную хватку, который сжимал бедро Исты, а потом рассеянно и ободряюще погладил ее по ягодице.

Иста обнаружила, что власть над собственным телом к ней возвращается, и выплюнула смесь крови, воды и грязи, забившуюся в рот. Что произошло с князем-магом? Очевидно, что его отвлекли от ее персоны.

«На какую-то секунду».

Но вместе с осознанием того, что тело снова принадлежит ей, появились и новые ощущения.

– Меня сейчас стошнит, – пробормотала она в красный бок коня.

На блаженную секунду они практически остановились. Иллвин наклонился и обнял ее длинными руками, чтобы перевернуть и посадить вертикально перед собой. Она бессильно обхватила его скользкое от пота худое тело; грудь его постоянно вздымалась и опускалась. Рубаха вместе с вилами потерялась где-то по пути. На губах запеклась кровь. Его настоящее, живое тело было горячим от напряжения. Но серьезных ран у него не было – это Иста проверила на ощупь.

Его трясущаяся рука дотронулась до ее лица, нежно стирая безбожно налипшие на ее щеки лошадиную кровь, пот и грязь:

– Милая Ис… рейна, вы ранены?

– Нет, это кровь вашего несчастного коня, – успокоила она его, предположив, что его испугала кровь. – Меня всего лишь немного потрясло.

– Немного. А. – Его брови выгнулись, губы расслабились, сложившись в улыбку.

– От этой поездки у меня на животе наверняка останутся синяки.

– Ох. – Его рука, лежащая поперек ее живота, неуклюже потерла ее ушибы. – Честное слово, мне очень жаль.

– Не нужно просить прощения. Что случилось с вашими губами? – Она пальцем коснулась израненного края.

– Удар древком копья.

– Ничего себе.

– Все же лучше, чем острым концом, уж поверьте. – Они снова двинулись в путь. Иллвин оглянулся через плечо. Они находились на дороге поменьше, практически на тропинке, которая бежала вдоль реки в сторону, противоположную той, куда вела главная дорога. Теперь они ехали в окружении солдат в серо-золотых плащах. – Не стоит задерживаться снаружи. Джоконская колонна, которую мы встретили, как говорят разведчики, уже подходит к стенам замка. Но до этих пор в обозах осадных орудий замечено не было. Вы сможете держаться за меня, если мы поскачем легким галопом?

– Конечно. – Иста села поровнее, отвела волосы ото рта; чьи это были волосы, она сказать точно не могла. Она почувствовала, как под ней напряглись его ноги, и белый конь без всяких переходов понесся длинными, убаюкивающими шагами.

– А где вы нашли этот отряд? – выдохнула она, крепче цепляясь за его скользкую кожу, чтобы качало как можно меньше.

– Это вы послали его ко мне, за что вам большое спасибо! Вы еще и провидица? Я встретил этих воинов по дороге как раз тогда, когда ехал за ними в Порифорс.

А. Значит, ди Кэйбон выполнил приказ. Немножко рановато, но Иста вовсе не собиралась ругать его за это.

– Просто на сей раз благоразумие было вознаграждено. Для разнообразия. Вы видели Лисс с Каттиларой и Фойкса? Мы отправили их прорываться.

– Да, они промчались мимо нас, когда мы поднимались на вершину холма, чтобы обрушиться на джоконцев. Теперь они должны быть за стенами в безопасности. – Он посмотрел через плечо, но не стал понукать коня, из чего Иста заключила, что на данный момент им удалось оторваться от погони. Длинные скачки коня стали укорачиваться, дыхание участилось, появился присвист; Иллвин расслабился и позволил жеребцу пойти шагом.

– А что случилось там на дороге? – спросил он. – Почему вы оказались на земле? Это действительно была магия?

– Действительно. Судя по всему, Сордсо Пьяница превратился в Сордсо Мага. Но откуда у него демон, я не знаю. Но я согласна с вами: это должен знать демон его покойной сестры. Если нам придется встретиться с Сордсо в бою… не знаете, есть ли у демонской магии зона действия? Не важно, я спрошу у ди Кэйбона. Или, может быть, Фойкс знает из собственного опыта. Не буду его за это винить.

– Три мага, сообщил Фойкс. По меньшей мере, – сказал Иллвин. – Столько он, как ему кажется, сумел различить среди джоконских офицеров.

– Что? – Глаза Исты расширились. Она подумала о странных жгутах, напоминающих гнездо змей и расходящихся из живота вдовствующей княгини Джоэн. Одна из этих змей впивалась в Сордсо, в этом сомнений быть не могло. – Тогда их должно быть больше трех.

Дюжина? Двадцать?

– Вы видели еще магов?

– Я видела нечто. Нечто сверхъестественное.

Он снова бросил взгляд через плечо.

– Что там видно? – поинтересовалась Иста.

– Эриса нет. Чтоб ему пусто было. Он всегда уходит последним. Я ему тысячу раз говорил, что такая бравада не пристала ответственному военачальнику. Но на мальчишек-новобранцев, приходится признать, это производит впечатление. Ад Бастарда, это производит впечатление и на меня, хотя я знаю лучше… эх.

Иллвин снова оглянулся, мрачная улыбка приподняла уголок его окровавленных губ. Он позволил коню продолжать идти медленно и нахмурился. Теперь стало отчетливо заметно, что жеребец прихрамывает. Но замок Порифорс возвышался уже практически прямо над головой. Последние жители текли в городские ворота. Голоса беглецов казались напряженными, но паники не было.

Эрис подъехал к ним верхом на джоконском коне, видимо, раздобытым Иллвином так же, как и до этого мечи. Позади марча сидел бледный как полотно паж и храбро сдерживал слезы. Внутренний взор Исты проверил бледную нить пламени, тянущуюся к сердцу марча; где бы Катти ни была, она все еще жива. Поток уже не тек с той бешеной скоростью, как раньше, но продолжал оставаться плотным.

Горам, что Исту очень обрадовало, тоже сидел позади другого солдата, а перепуганная фрейлина Каттилары хваталась за третьего. Босоногого слуги видно не было. Эрис махнул рукой брату, тот помахал в ответ. Марч мрачно и обеспокоенно посмотрел на Исту.

– Пора внутрь, – предложил Иллвин.

– Я не возражаю, – откликнулся Эрис.

– Отлично.

Усталые кони из последних сил преодолели извилистый подъем и въехали в парадный двор.

Лисс приняла Исту из рук Иллвина, когда он опустил ее вниз; подбежал Фойкс и предложил руку. Иста благодарно оперлась на нее, потому что иначе она бы бесполезной грудой рухнула на камни.

– Рейна, позвольте проводить вас в ваши комнаты… – начал было он.

– Куда вы поместили леди Каттилару?

– Мы уложили ее в спальне, женщины заботятся о ней.

– Хорошо. Фойкс, найди ди Кэйбона и приведи его ко мне. Сейчас же.

– Я должен осмотреть наши укрепления, – сказал Эрис. – Я приду к вам, как только смогу. Если смогу. Иллвин?..

Иллвин прервал объяснения, которые давал груму насчет раненого коня.

Эрис взглядом указал на внутренний двор, где располагались его покои и покои его жены:

– Делай то, что должен.

– О да. – Иллвин поморщился и последовал за Истой. Дикий восторг, который поддерживал его на протяжении всей стычки на дороге, начал сходить на нет. Когда они проходили под аркой, ведущей в дворик с фонтаном, он начал прихрамывать, как и его конь, еле переставляя ноги от усталости и истощения.
1   ...   18   19   20   21   22   23   24   25   ...   32

Похожие:

Annotation iconAnnotation

Annotation iconAnnotation

Annotation iconAnnotation

Annotation iconAnnotation

Annotation iconAnnotation Роман «Тарантул»

Annotation iconAnnotation Книга «Сталин»

Annotation iconAnnotation Премия "Небьюла"

Annotation iconAnnotation Роман «Троецарствие»

Annotation iconAnnotation Роман «Анжелика»

Annotation iconAnnotation Роман "Похитители"

Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
Школьные материалы


При копировании материала укажите ссылку © 2014
контакты
vb2.userdocs.ru
Главная страница