Морис Дрюон Свидание в аду


НазваниеМорис Дрюон Свидание в аду
страница1/35
Дата публикации30.12.2013
Размер3.22 Mb.
ТипДокументы
vb2.userdocs.ru > Биология > Документы
  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   35

Морис Дрюон: «Свидание в аду»

Морис Дрюон
Свидание в аду




Серия: Конец людей – 3




Перевод: Я. З. Лесюк Н. И. Кудрявцева

Оригинал: Maurice Druon, “Rendez-vous aux enfers”

Аннотация



Франция середины XX века. У сильных мира сего, самых могущественных семей Парижа, пытаются отнять все, что дорого их сердцу. Их жизнь превращается в кошмар. Сможет ли принести им облегчение свидание в аду повседневной жизни с дорогими сердцу людьми?

Роман «Свидание в аду» – третий в прославленной трилогии лауреата Гонкуровской премии Мориса Дрюона «Конец людей».
^

Морис Дрюон
Свидание в аду



Эта книга посвящается Донин дe Сен-Совёр

Глава I
Бал чудовищ




1



Когда на каком-нибудь празднестве ожидалось прибытие того или иного министра, полицейская префектура была обязана направлять туда блюстителей порядка во главе с офицером; вот почему во вторую половину весны не проходило и дня, чтобы у подъезда дома какого-либо академика или редактора солидной газеты, герцогини, видного адвоката или крупного банкира не располагался наряд специальной охраны, который регулировал уличное движение и выстраивал автомобили длинной цепочкой.

На каштанах, окаймлявших улицы, «догорали» последние белые свечи; на лужайках Тюильри у ног мраморных статуй и юных парочек, застывших на скамейках в страстном поцелуе, пламенели тюльпаны.

Итак, каждый вечер, между пятью и восемью часами, в узких переулках возле Лувра и на запруженной площади Оперы, позади огромных зеленых автобусов, битком набитых ехавшими с работы усталыми людьми, быстро катился поток собственных автомобилей: в них, нетерпеливо ерзая на кожаных подушках, восседали сильные мира сего или люди, считавшие себя таковыми либо желавшие таковыми стать. И для любого из них каждая потерянная минута служила источником жестоких терзаний.

Весенний сезон в Париже был в самом разгаре.

Три сотни светских дам одна за другой переставляли с места на место мебель в своих гостиных и до блеска начищали столовое серебро, приглашали официантов из одних и тех же ресторанов, опустошали одни и те же цветочные магазины, заказывали у одних и тех же поставщиков одинаковые печенья и пирожные, выстраивали целые пирамиды одинаковых бутербродов из пшеничного или ржаного хлеба с одними и теми же салатами или анчоусами; после ухода гостей хозяйки неизменно обнаруживали, что их квартира выглядит так, будто в ней побывала на постое целая армия: на диванах валялись пустые бокалы и грязные тарелки, ковры были прожжены сигаретами, скатерти покрыты пятнами, на инкрустированных столиках виднелись липкие кружочки от рюмок с ликерами, а цветы, отравленные дыханием множества людей, бессильно клонили долу увядшие головки; и тогда элегантные дамы без сил опускались в кресла и неизменно произносили одну и ту же фразу:

– А в общем все прошло очень мило…

И на следующий день – либо уже в тот же вечер – они, превозмогая мнимую или действительную усталость, устремлялись на точно такие же приемы.

Ибо все те же сотни людей, составлявших цвет парламента, литературы, искусства, медицины, адвокатуры, самые могущественные финансисты и дельцы, самые примечательные из приезжих иностранцев (а они зачастую специально приезжали ради такого рода приемов и раутов), самая многообещающая и ловкая молодежь, самые богатые из богатых, самые праздные бездельники, самые сливки аристократии, самые светские завсегдатаи светских салонов встречались здесь, толклись в духоте, улыбались, обнимались, лобызались, злословили и ненавидели друг друга.

Появление новой книги, премьера нового фильма, сотый спектакль, возвращение какого-либо путешественника, отъезд дипломата, очередной вернисаж, новый рекорд пилота – все служило поводом для подобных сборищ.

Каждую неделю какой-либо кружок с помощью прессы открывал нового «гения», ему суждено было блистать два-три месяца, после чего он угасал в удушающей атмосфере собственного успеха подобно тому, как угасает факел в собственном чаду.

Париж в ту пору демонстрировал наряды, драгоценности, украшения – все, что производила промышленность, служа искусству и моде. Воображение и вкус, равно как и деньги, без счета расходовались на туалеты, драгоценности и украшения.

Столица Франции являла собой величайшую ярмарку тщеславия, пожалуй единственную в мире! Что же побуждало этих людей устраивать у себя приемы и ходить на приемы к другим, приглашать к себе в гости и самим бывать в гостях, делать вид, будто им необычайно весело, хотя на самом деле им было смертельно скучно танцевать из учтивости с теми, кто был им неприятен, и – из ложной скромности – не танцевать с теми, кто был мил их сердцу, огорчаться, если их фамилия отсутствовала в списке приглашенных, и притворно жаловаться всякий раз, когда они получали очередное приглашение, восторгаться творениями, авторов которых они презирали, и самим сносить презрение от тех, кем они восхищались, заискивающе улыбаться лицам, которые оставались к ним равнодушными, громко заявлять о своей мизантропии, о своем стремлении бежать от шумного света и расточать в этой незамысловатой игре свое время, силы и состояние?

Дело в том, что на этой «ярмарке», где всякий был одновременно и продавцом, и покупателем, где каждый что-либо предлагал и ему самому что-либо предлагали, происходил самый тонкий товарообмен на свете – его предметом были могущество и успех.

Так как успех и влияние – что бы ни говорилось обычно – не продаются: ими только обмениваются.

Самодуров по природе, людей, злоупотребляющих властью, прирожденных взяточников, мздоимцев, лизоблюдов, содержанок по призванию на свете гораздо меньше, чем принято думать.

Правила игры гораздо тоньше: тут все основано на взаимных услугах, это упорный труд «человеческих пауков», ибо каждый, желая соткать паутину, должен помогать другим заниматься тем же.

Ярмарка тщеславия была вместе с тем и ярмаркой женщин и мужчин, ибо влияние и успех лишь прокладывают путь к любви, если только они, в силу необходимости, не заменяют ее…

Представители власти, принимая, как и другие, участие в этом смотре истинных и фальшивых ценностей, сообщали ему тем самым официальный характер.

Ночью фронтоны величественных зданий освещались мощными прожекторами, придававшими архитектурным ансамблям, барельефам, колоннадам и балюстрадам нереальный феерический вид. Фонтаны на площади Согласия были окутаны светящейся водяной пылью. По лестницам театров, получавших государственные субсидии, мимо гвардейцев, стоящих по краям ступеней в белых лосинах и касках с конскими гривами, поднимались высшие сановники Республики, дабы представительствовать на пышных празднествах, из приличия именовавшихся благотворительными.

Сверх всего прочего в тот год должна была распахнуть свои двери Всемирная выставка – последняя в длинном ряду таких выставок, происходивших с 1867 года; выставки эти породили пять поколений павильонов, отделанных под мрамор, множество рекламной литературы и золотых медалей. Словом, тем летом в Париже ожидалось два «сезона», и к участию во втором из них предполагалось, хотя бы частично, привлечь народ – потому что время от времени это приходится делать.

  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   35

Похожие:

Морис Дрюон Свидание в аду iconМорис Дрюон Свидание в аду Эта книга посвящается Донин дe Сен-Совёр Глава I бал чудовищ 1
На каштанах, окаймлявших улицы, «догорали» последние белые свечи; на лужайках Тюильри у ног мраморных статуй и юных парочек, застывших...
Морис Дрюон Свидание в аду iconМорис Дрюон Яд и корона
Филиппа IV красивого, осудившего его на смерть. Охватывая период с первого десятилетия XIV века до начала Столетней войны между Францией...
Морис Дрюон Свидание в аду iconМорис Дрюон Узница Шато-Гайара
Филиппа IV красивого, осудившего его на смерть. Охватывая период с первого десятилетия XIV века до начала Столетней войны между Францией...
Морис Дрюон Свидание в аду iconМорис Михайловна Дрюон Лилия и лев
Тамплиеров подверг короля Филиппа IV красивого, осудившего его на смерть. Охватывая период с первого десятилетия XIV века до начала...
Морис Дрюон Свидание в аду iconМорис Михайловна Дрюон Железный король
Тамплиеров подверг короля Филиппа IV красивого, осудившего его на смерть. Охватывая период с первого десятилетия XIV века до начала...
Морис Дрюон Свидание в аду iconМорис Владимирович Дрюон Французская волчица
Тамплиеров подверг короля Филиппа IV красивого, осудившего его на смерть. Охватывая период с первого десятилетия XIV века до начала...
Морис Дрюон Свидание в аду iconМорис Михайловна Дрюон Негоже лилиям прясть
Тамплиеров подверг короля Филиппа IV красивого, осудившего его на смерть. Охватывая период с первого десятилетия XIV века до начала...
Морис Дрюон Свидание в аду iconМорис Дрюон Узница Шато-Гайара Серия: Проклятые короли 2 Вычитка mcat78
Великий магистр ордена Тамплиеров подверг короля Филиппа IV красивого, осудившего его на смерть. Охватывая период с первого десятилетия...
Морис Дрюон Свидание в аду iconМорис Дрюон Яд и корона Серия: Проклятые короли 3 ocr & spellcheck by HarryFan, 6 Jul 2000
Великий магистр ордена Тамплиеров подверг короля Филиппа IV красивого, осудившего его на смерть. Охватывая период с первого десятилетия...
Морис Дрюон Свидание в аду iconМорис Дрюон Лилия и лев Серия: Проклятые короли 6 ocr & spellcheck by HarryFan, 6 Jul 2000
Великий магистр ордена Тамплиеров подверг короля Филиппа IV красивого, осудившего его на смерть. Охватывая период с первого десятилетия...
Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
Школьные материалы


При копировании материала укажите ссылку © 2014
контакты
vb2.userdocs.ru
Главная страница