Элизабет Гилберт «Самая лучшая жена»


НазваниеЭлизабет Гилберт «Самая лучшая жена»
страница7/14
Дата публикации31.12.2013
Размер2.12 Mb.
ТипКнига
vb2.userdocs.ru > Астрономия > Книга
1   2   3   4   5   6   7   8   9   10   ...   14
^

Заберите этих глупых детишек



Марги и Пег арестовали после того, как они стащили у шеф-повара вино, напились, вышли на автостоянку и измазали сливочным маслом ветровые стекла всех припаркованных возле ресторана машин. Было это поздно ночью в последних числах сентября, и туристический сезон давным-давно закончился. Посетителей в этот вечер в том ресторане, где работали Марги и Пег, было совсем немного, и машин на стоянке тоже. Но надо же было такому случиться, что одна из машин, которую Марги и Пег основательно вымазали маслом, оказалась полицейской, принадлежащей патрульному штата Делавер. А они и не заметили, что машина полицейская. Они и внимания на это не обратили. Патрульный вышел из ресторана на автостоянку и поймал девушек на месте преступления, которое он квалифицировал как акт вандализма.

Пег, увидев патрульного, бросилась бежать, но Марги крикнула:

– Не беги, Пег! Он пристрелит тебя как собаку! И Пег в это поверила, хотя все угрозы патрульного ограничились тем, что он гаркнул:

– Эй!

Патрульный задержал Марги и Пег на автостоянке и связался по рации с городским копом. Он сказал, чтобы тот приехал и разобрался с ситуацией.

– Приезжайте и заберите этих глупых детишек, – сказал он по рации городскому копу.

Патрульный штата Делавер стоял на автостоянке с Марги и Пег. Дождь шел и шел и поливал их. На патрульном был практичный дождевик, а девушки мокли в своих форменных официантских платьицах.

– Позвольте осведомиться, не будет ли нам позволено войти внутрь ресторана и там дождаться прибытия другого полицейского? – спросила Марги. – Позвольте осведомиться, не будет ли более приятно не мокнуть под дождем, дожидаясь этого джентльмена. Нет?

У Марги была привычка (она приобрела ее этим летом) выражаться в такой утонченной, аристократической манере. Совсем новая привычка. Совсем новая изысканность, которая нравилась отнюдь не всем из тех, с кем встречалась Марги. А в этот вечер Марги говорила так, будто еще чуть-чуть – и она назовет патрульного «милейший». Патрульный штата Делавер глянул на Марги – языкастую девицу в промокшем насквозь форменном платьице. Марги явно была пьяна. Марги вопросительно вздернула бровь и кокетливо прижала палец к подбородку.

– По мне, так пусть вы проторчите под дождем хоть всю ночь, маленькая мисс Дюпон, – заявил патрульный штата Делавер.

– Очень смешно, – сказала ему Пег.

– Благодарю вас, – ответил он.

Подъехал городской коп. Вид у него был скучающий. То есть ему было так скучно, что он обвинил Марги и Пег в пьянстве в общественном месте, нарушении спокойствия и вандализме.

– Боже милосердный! – воскликнула Марги. – Это довольно серьезное обвинение за нашу невинную маленькую шутку.

Девушек погрузили в машину городского копа и повезли в местную тюрьму, где у них взяли отпечатки пальцев и заперли в камере предварительного заключения.

Через некоторое время бойфренд Пег, красивый парень, которого звали Джи-Джи, приехал, чтобы вызволить Пег и Марги, но это случилось только после того, как две девушки провели в уютной камере несколько часов.

– Хорошенько тут осмотритесь, дамочки, – посоветовал скучающий городской коп, запирая Марги и Пег в камере. – Прочувствуйте, каково тут. Запомните, что это такое – сидеть за решеткой. Не так уж мило, верно? Вспомните свои чувства, когда вас в следующий раз потянет на преступление.

Марги и Пег осмотрелись. Прочувствовали. У Марги оказалось несколько жвачек, они немного пожевали и уснули. Когда бойфренд Пег, Джи-Джи, наконец явился, чтобы вытащить их из тюрьмы, было уже три часа утра.

– Вы – две индюшки, – сказал Джи-Джи, вышел на улицу и подвел машину поближе к дверям полицейского участка, чтобы девушки не вымокли еще сильнее.

Они поехали домой. Дождь барабанил по машине громко, будто град. Казалось, каждая капля весит не меньше целой фасолины. Побережью Делавера достался кусочек урагана, пришедшего с Атлантики, но это был тот еще кусочек.

Джи-Джи ехал, почти прикасаясь подбородком к рулю, чтобы разглядеть дорогу. Пег спала на зад нем сиденье. Марги заметила прилипшую к волосам подруги жвачку и отклеила ее.

– Коп мне сказал, что вы по закону должны были всю ночь протомиться за решеткой, но я его уговорил, – сообщил Джи-Джи.

– И каким же образом тебе удалось этого достичь, наш красавчик, наш умник-разумник? – спросила Марги.

– Я сказал ему, что при таком ливне дорогу до нашего дома к утру может совсем размыть и тогда я не смогу приехать и забрать вас. Он сжалился над вами.

– Мужчины определенно любят побеседовать на такие чисто мужские темы, как размытые дороги, не правда ли?

– Это точно, – буркнул Джи-Джи.

– А вы обменялись крепким мужским рукопожатием, Джи-Джи?

– Да.

– И ты назвал его «сэр»?

– Да, мэм.

– Ты правильно поступил, Джи-Джи, – сказала Марги. – Я чрезвычайно признательна тебе за то, что ты освободил нас из этой отвратительной тюрьмы.

Когда они вошли в дом, бойфренд Марги, порочный и глупый Джон, не спал.

– Я требую, чтобы мне была предоставлена возможность выпить с гениями преступного мира, – заявил Джон.

У Джона была такая же привыка, как у Марги, – выражаться высокопарно и аристократично. На самом деле Марги переняла манеру так выражаться именно у Джона. Джон изобрел такой стиль речи.

– Ты находишь нас омерзительными, Джон? – спросила Марги и чмокнула его в щеку.

Джон воскликнул:

– Я требую! Я требую, чтобы мы все вышли под этот восхитительный дождь и выслушали леденящую душу историю о жизни в большом доме.10

Марги сказала:

– Глупенький Джон. Дурачок Джон. Разве ты не понимаешь, что это и есть большой дом?

Марги была абсолютно права. Это и вправду был очень большой дом. Личный дом Джона. Ему был всего двадцать один год, но он стал хозяином этого большого дома на побережье штата Делавер. Родители отвалили ему такой подарочек в честь окончания колледжа. А вот Марги родители подарили всего-навсего браслет. Родители Пег в качестве подарка к окончанию колледжа сводили ее поужинать, а родители Джи-Джи послали ему поздравительную открытку, подписанную всеми его тетушками и дядюшками.

Джон был богатеньким. Его отец был продюсером, он жил в Голливуде и был очень-очень богатеньким. Ну а мать Джона… она в каком-то году удостоилась звания «мисс Делавер». С отцом Джона она развелась и жила в особняке на берегу Чизапикского залива. За все лето она только раз навестила сына в его новеньком большом доме на побережье. Приехала на «мерседесе» – черном и блестящем, как мокрая скала.

Джон собрался прожить в этом дареном доме на берегу всю жизнь и пригласил своих однокашников из колледжа пожить вместе с ним столько, сколько они пожелают. Ребят было пятеро, а имен на пятерых всего два. Три Маргарет и два Джона. У кого-то было прозвище, у кого-то нет. Джон, Джи-Джи, Марги, Мэгз и Пег.

«Боже милосердный! – как-то раз с восторгом воскликнул Джон. – У нас просто фул-хаус!11 В некотором роде пара и тройка. Ну разве это не удача? Разве не восхитительная комбинация, на которой можно выиграть?»

Но Мэгз покинула дом на берегу в конце августа и уехала во Флориду.

Мэгз тайком призналась Пег: «Я тебе кое-что скажу, Пег. Дело в том, что я начинаю ненавидеть Джона».

После того как Мэгз уехала, Джон сказал про нее: «Ее никто и не думал удерживать. Никто не обязан жить в этом доме только ради того, чтобы сделать мне приятное. Правда, она, конечно, могла озаботиться тем, чтобы подыскать взамен себя другую Маргарет – хотя бы для того, чтобы сохранилась наша счастливая карточная комбинация, – или вы так не думаете? Увы! Теперь у нас всего-навсего две пары.12 Но ведь вы все остаетесь, не так ли?»

«Мы все остаемся!» – воскликнула Пег и крепко обняла своего дружка – красавчика Джи-Джи.

«А дом-то хоть отапливается? Зимовать в нем можно?» – поинтересовался Джи-Джи.

«О, помилосердствуй! – замахал руками порочный и глупый Джон. – Представления не имею! А ты бы не мог заняться утеплением дома, Джи-Джи? Ты такой умный. Нет? Насколько это сложно – подготовить мой дом к зиме?»

На самом деле дом не отапливался. Он вообще не был предназначен для того, чтобы в нем зимовать, и к концу сентября четверо обитателей дома начали это ощущать. Они не видели никакого реального способа согреться. Мало этого, к той ночи, когда арестовали Пег и Марги, ни у кого из этих молодых людей, по большому счету, не было работы. Джи-Джи все лето трудился в должности телохранителя, но эта работа закончилась сразу после Дня труда,13 как только разъехались туристы. Марги и Пег почти наверняка должны были уволить за дурацкую пьяную выходку со сливочным маслом. Что касается порочного и глупого Джона, то он вообще никогда не работал. Джон посвятил лето отращиванию волос и сочинению продолжений для кинофильмов, у которых уже имелись продолжения.

– Что ж, мои неописуемо восхитительные заключенные, – сказал Джон. – Давайте же взойдем на крышу и изопьем спиртных напитков, наслаждаясь этим великолепным дождем.

В общем, четверо друзей поднялись на плоскую крышу дома Джона – площадку с перильцами, – чтобы выпить пива и полюбоваться окрестностями. От моря их отделяла одна-единственная дюна. Пляж с трудом выдерживал натиск волн и ливня. Четверо друзей расселись в промокшие шезлонги под проливным дождем. У их ног плескались холодные лужицы, спину поливали не менее холодные струи.

Джон возвестил:

– Из-за этого шторма вода похолодает. Купание отменяется. Друзья мои, мне ужасно жаль, но я с прискорбием вынужден сообщить вам, что этот шторм – знак окончания нашего счастливого лета.

– Купание отменяется! – в ужасе воскликнула Марги.

– Отменяется, – подтвердил Джон. – Да! Как ни печально, но эта буря подводит наше милое лето к неизбежному финалу.

Марги, судя по всему, жутко расстроилась. Она словно бы впервые в жизни всерьез задумалась о таком понятии, как смена времен года.

– Купание отменяется? – с тоской вновь повторила она. Она была по-настоящему шокирована. – Неужели это правда?

– Сентябрь – самый жестокий месяц, – вздохнул Джон.

У него на коленях лежал большой пакет с картофельными чипсами. Дождь превратил чипсы в вязкую соленую жижу. Джон выудил из пакета пригоршню этой жижи и бросил через перильца.

– Ну и штормяга, – поежилась Пег. – Жуть!

Джи-Джи успокаивающе проговорил:

– Ничего страшного, Пег. Это даже не настоящий шторм. Настоящий шторм сейчас слишком сильно занят – он терзает какой-то другой кусок побережья, – и до нас ему нет дела.

– Джи-Джи совершенно прав, – объявил Джон. – Данное природное явление даже нельзя считать намеком на настоящий шторм.

– Боже мой! – сокрушенно проговорила Марги. – Однако дождь все же довольно-таки сильный. – Она окликнула подругу: – Пег, дорогая?

– Да, – буркнула Пег.

– Скажи, весьма ли трудно найти работу, если у кого-то есть судимость?

– У нас нет судимости, Марги.

– Разве? Разве нас нынче ночью не подвергли аресту?

– Да, но судимость – это совсем другое. Судимость – это когда ты преступник со стажем. Судимость можно заработать только тогда, когда ты совершишь несколько преступлений.

– Пег излагает свои мысли с такой уверенностью, – отметила Марги.

– С потрясающей уверенностью для человека, который не имеет ни толики понятия, о чем, черт побери, говорит, – поддакнул Джон. – Наша Пег разглагольствует совсем как опытный прокурор штата.

– А вот я полагаю, что получить работу, имея судимость или хотя бы привод в полицию, поистине невозможно, – сказала Марги. – Я теперь никогда не смогу найти работу, и Пег не сможет. Мы обречены! Джон, милый! Ты всегда будешь заботиться обо мне?

– Естественно, – отозвался Джон.

– Но что же станет с Пег? Ей придется стать забавой для какого-нибудь богатенького старика. Джон, милый! Не знаком ли ты с каким-нибудь богатеньким стариком, которому нужна юная девица для забав?

Джон ответил:

– Из мужчин такого сорта мне знаком только мой отец. Полагаю, он не испытывает недостатка в юных девицах.

В этот момент ярко сверкнула молния.

– Ой, мама, – вырвалось у Джи-Джи.

Джон встал. Он перебросил волосы, собранные в хвост, на плечо и, накрутив их на палец, провозгласил:

– Желаю изложить свое требование. Мы отправляемся купаться. Это наш последний шанс. Давайте не будем медлить, ибо завтра вода станет слишком холодной.

– Очень смешно, – фыркнул Джи-Джи. – Я не пойду.

– Очень смешно, – буркнула Пег. – Я тоже ни за что не пойду купаться.

– Вы оба на редкость потешны, – заключил Джон, – ибо мы, вне всяких сомнений, идем купаться. Я этого требую.

– Никто сегодня не пойдет купаться, балбес, – сказала Пег. – Среди ночи… с ума сошел?

Джон вскинул вверх сжатую в кулак руку и прокричал:

– К морю! Мы все со страстью отправимся к морю! Я требую страсти!

Марги мурлыкнула:

– Мой возлюбленный Джон лишился рассудка.

– Гроза завтра закончится, друзья мои, – объявил Джон. – Взойдет солнце, но вода уже будет холодной. И все вы чрезвычайно пожалеете о том, что упустили последний шанс поплескаться в водах океана.

– Джон воистину лишился рассудка, – заключила Марги.

– К тому же это даже не настоящий шторм, – не унимался Джон. – Разве не именно так выразился Джи-Джи? Нет? А Джи-Джи – человек разумный и рассудительный. Это всего лишь намек на шторм. Я бы с трудом назвал это штормом.

– Я пойду купаться, – заявил Джи-Джи. – Какого черта!..

Марги посмотрела на Пег, перевела взгляд на Джона, потом на Джи-Джи, которого друзья и вправду считали человеком разумным и рассудительным. Джи-Джи, выпивший порядочно пива, сидел, ссутулившись, в мокром шезлонге. Его поза была ужасна. Он был похож на чьего-нибудь пьяненького дядюшку.

– Конечно. Я пойду купаться, – повторил Джи-Джи. И, словно бы желая объяснить свое решение, добавил: – Ведь сильнее мы уже не промокнем, верно я говорю?

– Вот это ты правильно сказал, – похвалила его Пег. – По-моему, в этом есть смысл.

Ощущение у всех возникло такое, словно только что был вынесен официальный вердикт. Будто бы четыре крутых бизнесмена пришли к твердому согласию по важному деловому вопросу. С видом главных администраторов, принявших судьбоносное решение, все четверо поднялись, спустились по лестнице, перебрались через дюну и вышли на пляж. Когда они проходили через веранду, Марги взяла надувной спасательный круг в виде слона Дамбо14 и, просунув в него голову, спустила на талию. Это была детская игрушка, но ей она нравилась. Она все лето плавала с этим спасательным кругом. Сжав в руке серый хобот Дамбо, будто жреческий жезл, она входила в воду.

На пляже порочный и глупый Джон, а также красавчик Джи-Джи сняли туфли и, не раздеваясь, вошли в воду. Они двинулись вперед через полосу прибоя. Вода где-то доходила им до пояса, где-то – до груди. Парни высоко поднимали ноги, и впечатление было такое, будто они шагают по вязкой бурлящей грязи. Джона сбила с ног первая же волна, а Джи-Джи довольно ловко поднырнул под нее и вынырнул на гребне следующего вала. Джон выбрался на поверхность, радостно завопил, и его тут же снова накрыло волной.

Марги сняла верхнюю одежду, а Пег – только юбку. Марги побежала следом за Джоном и Джи-Джи, придерживая на талии надувного Дамбо и радостно взвизгивая.

Пег немного постояла на мелководье по щиколотку в воде. В темноте, за пеленой дождя, она почти ничего не видела, кроме голов своих друзей. Песок засасывал ее ступни. Она пошла вперед, прямо на волну, которая встала перед ней, высокая, как проволочная изгородь. В следующее мгновение волна упала. Пег расслабилась. Волна окатила ее, завертела и отпустила. Вынырнув, Пег очутилась на гребне следующей волны. Она увидела Джона, Джи-Джи и Марги внизу, в пространстве между двумя водяными валами. У всех троих были широко раскрыты рты. Хобот надувного Дамбо торчал из воды как перископ. Следующая волна была выше, она накрыла Пег и ее друзей.

Вновь оказавшись на поверхности, Пег не увидела своих приятелей. Работая руками, она одолела еще три волны и только с гребня четвертой увидела, что Марги, Джон и Джи-Джи уплыли дальше от берега. Они находились там, где волны поднимались, но не разбивались. Джи-Джи плыл на спине чуть поодаль от Джона и Марги. Марги увидела Пег и призывно помахала ей рукой. Минут за десять Пег добралась до друзей. Джон потерял резинку, державшую его конский хвост, и его длинные волосы разметались по воде, будто морские водоросли.

– Шумно, не правда ли? – крикнула Марги.

Пег едва дышала. Говорить у нее не было сил, она только кивнула. Длинная прядь волос Марги протянулась от уха к уголку рта. Казалось, ее щека рассечена ножевой раной. Все болтали руками без особого изящества, как попало, отплевывались и изо всех сил вытягивали шею, чтобы держаться над водой. Кроме Джи-Джи, который изящества не терял никогда. Он плавал спокойно и мощно, будто в бассейне YMCA,15 а не в бурном океане.

– Как полагаете, сэр, какова глубина? – крикнул Джон.

Джи-Джи, взлетев на гребень волны, расхохотался.

– Двадцать футов! – крикнул он. Но тут волна опала, и он прокричал: – Нет! Беру свои слова обратно. Десять футов! – Его подняла новая волна. Джи-Джи крикнул: – Восемнадцать футов!

Пег зажала нос пальцами и, погрузившись в воду, попыталась достать дно. Ее ступни сначала коснулись камней, а потом – чего-то мягкого. Она очень испугалась и, бешено работая руками и ногами, выбралась на поверхность. Глаза защипало, она пыталась протереть их рукой, но дождь мешал.

– Насколько было бы легче, если бы мы были существами, которым не нужно дышать, – проговорила Марги. Ее поддерживал надувной Дамбо, и она устала чуть меньше своих друзей. Ей было весело, она дышала намного легче. – Джон, милый! – крикнула Марги. – А как долго ты способен продержаться не дыша?

– В последний раз я продержался три часа, – крикнул в ответ Джон.

– Боже милостивый! – ахнула Марги.

Джон рассмеялся, морская вода попала ему в рот, и он закашлялся. Пег огляделась по сторонам и увидела, что их унесло в море далеко от причалов и от дома. Не говоря ни слова, все четверо направились к берегу. Все делали вид, будто плыть обратно легко и просто. Все порядком устали, но никто не желал в этом признаваться. Да, они старались плыть к берегу, но почти не приближались к нему. Они перестали перешучиваться, а потом и переговариваться перестали.

Прошло довольно много времени, и наконец Джи-Джи выругался.

– Черт!

– Что? – задыхаясь, спросила Пег у своего дружка. – Что такое?

– Медуза.

И снова потянулась долгая пауза. Все уже перестали притворяться, что плыть к берегу у них получается.

Потом Джон крикнул:

– Джи-Джи! Друг мой!

– Ну? – откликнулся Джи-Джи.

– Я… ощущаю… себя… весьма усталым.

– Ладно, – сказал Джи-Джи. – Сейчас.

Джон закатил глаза и почти раздраженно проговорил:

– Мои ноги меня просто убивают.

– Сейчас, – повторил Джи-Джи. – Я тебе помогу.

– Мои ноги очень… гм-м-м… тяжелые, – добавил Джон.

– Тебе стоит снять джинсы, Джон, – сказал Джи-Джи. – Сумеешь?

Холодный дождь бил по головам друзей. Все они дышали часто и хрипло.

Неприязненно морщась, Джон попытался стащить с себя джинсы. Он то погружался в воду, то всплывал, то снова погружался. Джи-Джи подплыл к нему сзади и подхватил его под мышки. Джон еще немного повозился, и наконец его джинсы всплыли на поверхность, немного поплавали – темные, как акулья шкура, – и затонули.

– Мы поплыли! – крикнул Джон. – Девчонки, если получится, тоже плывите. Не получится – постарайтесь не уставать. Просто держитесь здесь.

Пег и Марги так тяжело дышали, что у них даже не было сил ответить.

Парни поплыли прочь, и очередная волна сразу скрыла их от девушек. Марги и Пег смотрели в ту сторону, куда уплыли Джон и Джи-Джи. Казалось, они не смогут доплыть до причалов.

У Марги от холода стучали зубы. Пег подплыла к ней и схватилась за надувную голову Дамбо.

– Н-н-нет, – проговорила Марги. – Он м-м-мой!

– Извини, я должна подержаться, – ответила Пег. Вода была такая холодная, что у нее сводило ноги. Она начала болтать ими, чтобы согреться, и нечаянно задела ногой Марги. Марги расплакалась. Волна подняла их обеих, и они увидели, что Джон и Джи-Джи не так уж сильно приблизились к берегу. Пег затаила дыхание и зажмурилась. Волна ударила ее в спину. Она открыла глаза под водой, сделала вдох и захлебнулась.

– Мы не доберемся до берега, – проскулила Марги.

Пег лягнула ее.

– Заткнись! – рявкнула Марги, хотя Пег ничего не сказала.

Пег снова лягнула Марги. Девушки барахтались в воде, пытаясь разглядеть, получается ли у Джона и Джи-Джи приблизиться к берегу. Прошло довольно много времени, прежде чем им это удалось. Увидев, что ребята добрались до берега, Пег крикнула Марги:

– Смотри!

– Заткнись! – буркнула Марги и лягнула Пег.

Пег видела, как Джи-Джи вытаскивает из воды Джона. И тащил он его за волосы. Ни дать ни взять – пещерный человек и его жена. Джи-Джи выволок Джона на берег и рухнул на песок рядом с ним.

Марги не смотрела. Она зажмурилась и открыла рот. А потом и Пег перестала смотреть в сторону берега. Она представляла себе, что Джи-Джи сейчас стоит на коленях около Джона, а тот то ли дышит, то ли нет. Она представляла себе, как Джи-Джи пытается сделать Джону искусственное дыхание. Он выкачает воду из его желудка, а потом сам уткнется головой в песок, и его вытошнит.

А потом Джи-Джи встанет на ноги, и его сильные и красивые ноги будут немного дрожать. Пег хорошо себе это представляла. Он встанет и будет всматриваться в море, отыскивая взглядом Марги и Пег. И наверное, он не сумеет их разглядеть. Он будет стоять, тяжело дыша, опустив руки на колени, немного наклонившись вперед. И выглядеть будет совсем как усталый и героический великий футбольный вратарь, только что взявший труднейший мяч.

Да, Джи-Джи будет вот так стоять на берегу. Ему придется решать, плыть за Марги и Пег или звонить в береговую охрану и ждать помощи. Но как бы он ни решил поступить, он все равно будет ненавидеть Марги и Пег. Да, он все равно будет ненавидеть их за это. Пег барахталась в воде с закрытыми глазами, придерживаясь за спасательный круг Марги. Ей уже не нужно было смотреть в сторону берега. Нет, совсем не нужно было. Для того чтобы знать, что происходит, ей не нужно было на это смотреть.

Джи-Джи будет ненавидеть Марги и Пег за то, что из-за них ему придется принимать такое трудное решение. Точно так же, как Пег сейчас ненавидела хнычущую рядом Марги. Точно так же, как Пег ненавидела сейчас порочного и глупого Джона за то, что он их всех потащил купаться в разбушевавшемся океане. Почти так же, как Пег сейчас ненавидела своего красавчика бойфренда Джи-Джи. Пег ненавидела Джи-Джи за то, что он торчит на берегу, а ее в это время уносит все дальше и дальше в море. Она ненавидела его за то, что он такой хороший пловец. Она ненавидела его за то, что он так тяжело дышит и никак не может принять решение, а больше всего она его ненавидела за то, что он ненавидит ее.

1   2   3   4   5   6   7   8   9   10   ...   14

Похожие:

Элизабет Гилберт «Самая лучшая жена» iconЭлизабет Гилберт «Законный брак»
Бали Элизабет Гилберт встретила разведенного бразильца Фелипе (Жозе Нуньеса). Целый год Фелипе и Гилберт поддерживали «междугородную...
Элизабет Гилберт «Самая лучшая жена» iconЭлизабет Гилберт Происхождение всех вещей Элизабет Гилберт Происхождение всех вещей Что есть
И тут же – почти немедленно – вокруг нее стали формироваться самые разные мнения
Элизабет Гилберт «Самая лучшая жена» iconЭлизабет Гилберт Последний романтик «Гилберт «Последний романтик»,...
Он называл свой дом Черепашьим островом – в честь индейской легенды о Сотворении мира, согласно которой большая черепаха носит на...
Элизабет Гилберт «Самая лучшая жена» iconЭлизабет Гилберт Происхождение всех вещей Чтоестьжизнь, мы не знаем....
И тут же — почти немедленно — вокруг нее стали формироваться самые разные мнения
Элизабет Гилберт «Самая лучшая жена» iconЛюдмила Григорьевна Бояджиева
Самая тонкая, самая нежная, самая ранимая и самая жесткая женщина во всей мировой истории — это Марина Цветаева. Гениальный ребенок...
Элизабет Гилберт «Самая лучшая жена» iconПредисловие Что это за книга, или Загадка сто девятой бусины
К тридцати годам у Элизабет Гилберт было все, чего может желать современная, образованная, амбициозная женщина – муж, загородный...
Элизабет Гилберт «Самая лучшая жена» iconЭлизабет Костелло «Дж. М. Кутзее. Элизабет Костелло: Роман»
Но, как это всегда бывает, только наедине с собой, Элизабет Костелло может быть абсолютно откровенной. Именно в такие моменты, обозревая...
Элизабет Гилберт «Самая лучшая жена» iconНайт Э. Лесси
Конечно же Лесси. Самая знаменитая, самая верная, самая добрая собака возвращается! Книга1, телесериал и только что вышедший фильм2...
Элизабет Гилберт «Самая лучшая жена» iconЭлизабет Франкенштейн «Воспоминания Элизабет Франкенштейн»
Впервые на русском – новый роман автора знаменитого конспирологического триллера «Киномания»!
Элизабет Гилберт «Самая лучшая жена» iconЭлизабет Франкенштейн «Воспоминания Элизабет Франкенштейн»
Впервые на русском – новый роман автора знаменитого конспирологического триллера «Киномания»!
Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
Школьные материалы


При копировании материала укажите ссылку © 2014
контакты
vb2.userdocs.ru
Главная страница