Шарль Бодлер Цветы Зла Непогрешимому Поэту всесильному чародею французской литературы


НазваниеШарль Бодлер Цветы Зла Непогрешимому Поэту всесильному чародею французской литературы
страница17/22
Дата публикации17.12.2013
Размер2.58 Mb.
ТипДокументы
vb2.userdocs.ru > Астрономия > Документы
1   ...   14   15   16   17   18   19   20   21   22

СМЕРТЬ




^

CXXXI. Смерть любовников




Постели, нежные от ласки аромата,

Как жадные гроба, раскроются для нас,

И странные цветы, дышавшие когда-то

Под блеском лучших дней, вздохнут в последний раз.
Остаток жизни их, почуяв смертный час,

Два факела зажжет, огромные светила,

Сердца созвучные, заплакав, сблизят нас,

Два братских зеркала, где прошлое почило.
В вечернем таинстве, воздушно-голубом,

Мы обменяемся единственным лучом,

Прощально-пристальным и долгим, как рыданье.
И Ангел, дверь поздней полуоткрыв, придет,

И, верный, оживит, и, радостный, зажжет

Два тусклых зеркала, два мертвые сиянья.140


^

CXXXII. Смерть бедняков




Лишь Смерть утешит нас и к жизни вновь пробудит,

Лишь Смерть – надежда тем, кто наг и нищ и сир,

Лишь Смерть до вечера руководить нас будет

И в нашу грудь вольет свой сладкий эликсир!
В холодном инее и в снежном урагане

На горизонте мрак лишь твой прорежет свет,

Смерть – ты гостиница, что нам сдана заране,

Где всех усталых ждет и ложе и обед!
Ты – Ангел: чудный дар экстазов, сновидений

Ты в магнетических перстах ко всем несешь,

Ты оправляешь одр нагим, как добрый гений;
Святая житница, ты всех равно оберешь;

Отчизна древняя и портик ты чудесный,

Ведущий бедняка туда, в простор небесный!141


^

CXXXIII. Смерть художников




Не раз раздастся звон потешных бубенцов;

Не раз, целуя лоб Карикатуры мрачной,

Мы много дротиков растратим неудачно,

Чтоб цель достигнута была в конце концов!
Мы много панцирей пробьем без состраданья,

Как заговорщики коварные хитря

И адским пламенем желания горя —

Пока предстанешь ты, великое созданье!
А вы, что Идола не зрели никогда!

А вы, ваятели, что, плача, шли дотоле

Дорогой горькою презренья и стыда!
Вас жжет одна мечта, суровый Капитолий!

Пусть Смерть из мозга их взрастит свои цветы,

Как Солнце новое, сверкая с высоты!142


^

CXXXIV. Конец дня




В неверных отблесках денницы

Жизнь кружит, пляшет без стыда;

Теней проводит вереницы

И исчезает навсегда.
Тогда на горизонте черном

Восходит траурная Ночь,

Смеясь над голодом упорным

И совесть прогоняя прочь;
Тогда поэта дух печальный

В раздумье молвит: «Я готов!

Пусть мрак и холод погребальный
Совьют мне траурный покров

И сердце, полное тоскою,

Приблизит к вечному покою!»143


^

CXXXV. Мечта любопытного



К Ф. Н.

Тоску блаженную ты знаешь ли, как я?

Как я, ты слышал ли всегда названье:"Странный"?

Я умирал, в душе влюбленной затая

Огонь желания и ужас несказанный.
Чем меньше сыпалось в пустых часах песка,

Чем уступала грусть послушнее надежде,

Тем тоньше, сладостней была моя тоска;

Я жаждал кинуть мир, родной и близкий прежде
Тянулся к зрелищу я жадно, как дитя,

Сердясь на занавес, волнуясь и грустя…

Но Правда строгая внезапно обнажилась:
Зарю ужасную я с дрожью увидал,

И понял я, что мертв, но сердце не дивилось.

Был поднят занавес, а я чего-то ждал.144


^

CXXXVI. Плаванье



Максиму Дю Кану


I


Для отрока, в ночи глядящего эстампы,

За каждым валом – даль, за каждой далью – вал.

Как этот мир велик в лучах рабочей лампы!

Ах, в памяти очах – как бесконечно мал!
В один ненастный день, в тоске нечеловечьей,

Не вынеся тягот, под скрежет якорей,

Мы всходим на корабль, и происходит встреча

Безмерности мечты с предельностью морей.
Что нас толкает в путь? Тех – ненависть к отчизне,

Тех – скука очага, еще иных – в тени

Цирцеиных ресниц оставивших полжизни —

Надежда отстоять оставшиеся дни.
В Цирцеиных садах, дабы не стать скотами,

Плывут, плывут, плывут в оцепененье чувств,

Пока ожоги льдов и солнц отвесных пламя

Не вытравят следов волшебницыных уст.
Но истые пловцы – те, что плывут без цели:

Плывущие, чтоб плыть! Глотатели широт,

Что каждую зарю справляют новоселье

И даже в смертный час еще твердят: – Вперед!
На облако взгляни: вот облик их желаний!

Как отроку – любовь, как рекруту – картечь,

Так край желанен им, которому названья

Доселе не нашла еще людская речь.


II


О ужас! Мы шарам катящимся подобны,

Крутящимся волчкам! И в снах ночной поры

Нас Лихорадка бьет, как тот Архангел злобный,

Невидимым бичом стегающий миры.
О, странная игра с подвижною мишенью!

Не будучи нигде, цель может быть – везде!

Игра, где человек охотится за тенью,

За призраком ладьи на призрачной воде…
Душа наша – корабль, идущий в Эльдорадо.

В блаженную страну ведет – какой пролив?

Вдруг среди гор и бездн и гидр морского ада —

Крик вахтенного: – Рай! Любовь! Блаженство! Риф.
Малейший островок, завиденный дозорным,

Нам чудится землей с плодами янтаря,

Лазоревой водой и с изумрудным дерном. —

Базальтовый утес являет нам заря.
О, жалкий сумасброд, всегда кричащий: берег!

Скормить его зыбям иль в цепи заковать, —

Безвинного лгуна, выдумщика Америк,

От вымысла чьего еще серее гладь.
Так старый пешеход, ночующий в канаве,

Вперяется в мечту всей силою зрачка.

Достаточно ему, чтоб Рай увидеть въяве,

Мигающей свечи на вышке чердака.


III


Чудесные пловцы! Что за повествованья

Встают из ваших глаз – бездоннее морей!

Явите нам, раскрыв ларцы воспоминаний,

Сокровища, каких не видывал Нерей.
Умчите нас вперед – без паруса и пара!

Явите нам (на льне натянутых холстин

Так некогда рука очам являла чару) —

Видения свои, обрамленные в синь.
Что видели вы, что?


IV


«Созвездия. И зыби,

И желтые пески, нас жгущие поднесь.

Но, несмотря на бурь удары, рифов глыбы, —

Ах, нечего скрывать! – скучали мы, как здесь.
Лиловые моря в венце вечерней славы,

Морские города в тиаре из лучей

Рождали в нас тоску, надежнее отравы,

Как воин опочить на поле славы – сей.
Стройнейшие мосты, славнейшие строенья, —

Увы! хотя бы раз сравнялись с градом – тем,

Что из небесных туч возводит Случай – Гений… —

И тупились глаза, узревшие Эдем.
От сладостей земных – Мечта еще жесточе!

Мечта, извечный дуб, питаемый землей!

Чем выше ты растешь, тем ты страстнее хочешь

Достигнуть до небес с их солнцем и луной.
Докуда дорастешь, о, древо кипариса

Живучее?…Для вас мы привезли с морей

Вот этот фас дворца, вот этот профиль мыса, —

Всем вам, которым вещь чем дальше – тем милей!
Приветствовали мы кумиров с хоботами,

С порфировых столпов взирающих на мир,

Резьбы такой – дворцы, такого взлета – камень,

Что от одной мечты – банкротом бы – банкир…
Надежнее вина пьянящие наряды

Жен, выкрашенных в хну – до ноготка ноги,

И бронзовых мужей в зеленых кольцах гада…»


V


И что, и что – еще?


VI


«О, детские мозги!

Но чтобы не забыть итога наших странствий:

От пальмовой лозы до ледяного мха —

Везде – везде – везде – на всем земном пространстве
Мы видели все ту ж комедию греха:

Ее, рабу одра, с ребячливостью самки

Встающую пятой на мыслящие лбы,

Его, раба рабы: что в хижине, что в замке

Наследственном: всегда – везде – раба рабы!
Мучителя в цветах и мученика в ранах,

Обжорство на крови и пляску на костях,

Безропотностью толп разнузданных тиранов, —

Владык, несущих страх, рабов, метущих прах.

С десяток или два – единственных религий,

Всех сплошь ведущих в рай – и сплошь вводящих в грех!
Подвижничество, так носящее вериги,

Как сибаритство – шелк и сладострастье – мех.

Болтливый род людской, двухдневными делами

Кичащийся. Борец, осиленный в борьбе,

Бросающий Творцу сквозь преисподни пламя: —

Мой равный! Мой Господь! Проклятие тебе! —
И несколько умов, любовников Безумья,

Решивших сократить докучной жизни день

И в опия моря нырнувших без раздумья, —

Вот Матери-Земли извечный бюллетень!»


VII


Бесплодна и горька наука дальних странствий.

Сегодня, как вчера, до гробовой доски —

Все наше же лицо встречает нас в пространстве:

Оазис ужаса в песчаности тоски.
Бежать? Пребыть? Беги! Приковывает бремя —

Сиди. Один, как крот, сидит, другой бежит,

Чтоб только обмануть лихого старца – Время,

Есть племя бегунов. Оно как Вечный Жид.
И, как апостолы, по всем морям и сушам

Проносится. Убить зовущееся днем —

Ни парус им не скор, ни пар. Иные души

И в четырех стенах справляются с врагом.
В тот миг, когда злодей настигнет нас – вся вера

Вернется нам, и вновь воскликнем мы: – Вперед!

Как на заре веков мы отплывали в Перу,

Авророю лица приветствуя восход.
Чернильною водой – морями глаже лака —

Мы весело пойдем между подземных скал.

О, эти голоса, так вкрадчиво из мрака

Взывающие: «К нам! – О, каждый, кто взалкал
Лотосова плода! Сюда! В любую пору

Здесь собирают плод и отжимают сок.

Сюда, где круглый год – день лотосова сбора,

Где лотосову сну вовек не минет срок!»
О, вкрадчивая речь! Нездешней речи нектар!..

К нам руки тянет друг – чрез черный водоем.

«Чтоб сердце освежить – плыви к своей Электре!»

Нам некая поет – нас жегшая огнем.


VIII


Смерть! Старый капитан! В дорогу! Ставь ветрило!

Нам скучен этот край! О Смерть, скорее в путь!

Пусть небо и вода – куда черней чернила,

Знай – тысячами солнц сияет наша грудь!
Обманутым пловцам раскрой свои глубины!

Мы жаждем, обозрев под солнцем все, что есть,

На дно твое нырнуть – Ад или Рай – едино! —

В неведомого глубь – чтоб новое обресть!145

1   ...   14   15   16   17   18   19   20   21   22

Похожие:

Шарль Бодлер Цветы Зла Непогрешимому Поэту всесильному чародею французской литературы iconШарль Бодлер Падаль
Бодлер, было бы, разумеется, преувеличением, и все-таки французский поэт не только прочно вошел в русскую культуру, но и стал в ней...
Шарль Бодлер Цветы Зла Непогрешимому Поэту всесильному чародею французской литературы iconБелый А. Символизм как миропонимание /А. Белый. М., 1994. Зарубежная...
Эстетика Ш. Бодлера в книге «Цветы зла» («Альбатрос», «Гимн красоте», «Красота», «Соответствия»)
Шарль Бодлер Цветы Зла Непогрешимому Поэту всесильному чародею французской литературы iconШарль Бодлер Вино и гашиш как средства для расширения человеческой личности Вино
...
Шарль Бодлер Цветы Зла Непогрешимому Поэту всесильному чародею французской литературы iconШарль Бодлер Стихи
Бодлера трудно любить. Но будь иначе, он, наверно бы, оскорбился. Однажды пылкий почитатель, признаваясь Бетховену в бесконечной...
Шарль Бодлер Цветы Зла Непогрешимому Поэту всесильному чародею французской литературы iconФилологический факультет, 3 курс, Отечественная филология (1 сем.)
Эстетика Ш. Бодлера в книге «Цветы зла» («Альбатрос», «Гимн красоте», «Красота», «Соответствия»)
Шарль Бодлер Цветы Зла Непогрешимому Поэту всесильному чародею французской литературы iconПлан “Конец века” как историко-литературное явление. Шарль Бодлер как предтеча символизма
В эту переломную эпоху возникают и развиваются многие явления, которые повлияют на ход историко-культурного процесса ХХ века. Хронологическими...
Шарль Бодлер Цветы Зла Непогрешимому Поэту всесильному чародею французской литературы iconЛафонтен жан басни предисловие. Издание полного собрания басен Лафонтена...
Эзоп, Федр), из произведений индийской и арабской мудрости (Бидпай, Локман) и незначительной частью из старинной французской литературы,...
Шарль Бодлер Цветы Зла Непогрешимому Поэту всесильному чародею французской литературы iconAnnotation Скандальный и шокирующий роман Луи-Фердинанда Селини одно...

Шарль Бодлер Цветы Зла Непогрешимому Поэту всесильному чародею французской литературы iconAnnotation «В сторону Свана» первая часть эпопеи «В поисках утраченного...

Шарль Бодлер Цветы Зла Непогрешимому Поэту всесильному чародею французской литературы iconV 0 – создание файла
Перед вами первое издание на русском языке романа классика французской литературы Луи-Фердинанда Селина (1894–1961) «Банда гиньолей»....
Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
Школьные материалы


При копировании материала укажите ссылку © 2014
контакты
vb2.userdocs.ru
Главная страница